1996 1/2

Ремесленник - это звучало гордо

Ремесленник - это звучало гордо

Все мы, и не без основания, восхищаемся вещами и одеждой, сохранившимися с далеких времен в музеях и на дне прабабушкиных сундуков. Часы прошлого века, показывающие точное время в конце настоящего, швейные машинки, обшившие на своем долгом веку не одно семейное поколение и не остановившиеся до сих пор, различная домашняя утварь, мебель и посуда. Поражают взор совершенством различные старинные украшения, а на улицах - узорные решетки, это «металлическое кружево Казани», по образному выражению Ниаза Халитова, автора одноименной замечательной книги. Да мало ли еще какие примеры можно привести в этом ряду! И невольно возникает сравнение: а как сейчас? Пусть уважаемый читатель ответит на этот вопрос сам, заодно вспомнив свои контакты с современными представителями нашей "службы быта", многие организации которой даже после смены вывесок не очень заботятся о своей профессиональной репутации.

В этой связи интересно было бы, наверное, вспомнить имеющийся отечественный (да и европейский) опыт организации "бытового обслуживания" и ремесленничества, ведь не одинок был Левша, тысячи и тысячи мастеровых входили в те или иные "цеха" (сапожный, кузнечный, портновский, столярный, хлебный и др.).

В частности, в Казани середины прошлого века "цеховые" составляли почти половину населения. В "цехах" начинали свою сознательную жизнь многие именитые люди; например, только хлебный цех Казани дал миру пролетарского писателя Максима Горького (у которого, правда, остались об этом периоде жизни не очень хорошие воспоминания) и известного своей благотворительной деятельностью купца Якова Филипповича Шамова, на чьи средства построена, в числе прочего, и больница, до сих пор называемая в народе "шамовской".

С развитием промышленности удельный вес ремесленников среди городского населения несколько снизился, но, тем не менее, в начале текущего века примерно каждый десятый казанец так или иначе относился к этой категории. Состав ремесленников был очень интернациональным. Когда листаешь пожелтевшие от времени списки ремесленников различных цехов, русские фамилии соседствуют с татарскими, часто встречаются еврейские и даже немецкие. Так, одно из самых известных в своей сфере деятельности предприятий -"Кузница для ковки лошадей и слесарное производство", принадлежало Вильгельму Заксе, награжденному в 1890 году серебряной медалью Казанской международной промышленной выставки "За трудолюбие и искусство". Заметим также, что не только в Казани делались вещи международного класса: предметы домашнего обихода и ювелирные изделия, изготовленные ремесленниками Рыбной Слободы экспортировались в Мюнхен, и это только один пример.

Некоторое представление о том, как была организована профессиональная жизнь этих людей дает публикуемый ниже документ из фонда Казанской ремесленной управы Центрального госархива Республики Татарстан. Управа эта была учреждена в 1785 г. и существовала до ноября 1917 г. как орган самоуправления цеховых ремесленников: наблюдала за сбором государственных податей и исполнением различных повинностей, рассматривала прошения о принятии в цеховое общество и выдавала свидетельства на право занятий ремеслом (факсимильная копия одного из таких свидетельств публикуется), следила за исполнением ремесленниками принятых правил их деятельности, своеобразного профессионального "кодекса чести" (публикуются в сокращении с сохранением некоторых особенностей орфографии 1875 года).

_____________________

Получивший из Ремесленной Управы свидетельство на звание ремесленника обязан в течение месяца устроить мастерскую со всеми нужными инструментами, для производства избранных им ремесел и иметь по крайней мере одного работника; в противном случае, он исключается из списка ремесленников.

[...]Ремесленник, который при отпуске заказанной у него работы или при продаже произведений своего ремесла, отдаст поддельное за настоящее или старое за новое, или одно за другое, или же обмерит, обвесит, укроет или обманет, или вымыслом присвоит непринадлежащее ему, Ремесленною Управою тотчас исключается из Ремесленного Общества, отсылается к суду и подвергается за означенные выше сего преступления наказаниям и взысканиям[...]

Если ремесленник, взяв у кого-либо работу, учинит ему ущерб или убыток как то: изломает, зальет, издерет или иным образом испортит, и на сие будет подана в Управу жалоба, то, по надлежащим двумя управными мастерами освидетельствовании случившегося, виновный подвергается денежному взысканию от одного до десяти рублей серебром в Ремесленную казну и обязан ... вознаградить за причиненный им вред или убыток.

Тому же взысканию и на том же основании подвергается ремесленник, который взяв работу, отдаст ненадлежащим образом сделанную и в том принесена будет жалоба Управе.

Ремесленник, который не изготовит к условленному времени отданную ему или заказанную у него работу, по принесении на то жалобы не представит законной к оправданию своему причины, подвергается за сие денежному взысканию от пяти до двадцати пяти рублей серебром в Ремесленную казну.

[...]Если мастер занимает ученика более домашнею, нежели относящеюся к его мастерству работой, то в первый раз он за сие подвергается денежному взысканию от одного до десяти рублей серебром в Ремесленную казну; при вторичном изобличении в том же проступке, от него отбираются ученики и запрещается ему иметь их в продолжении года; в третий раз он навсегда лишается права держать учеников. В случае нарушения сего запрещения, виновный приговаривается к аресту на время от трех недель до трех месяцев.

Если мастер вместе с собой напоит в рабочий день подмастерья или ученика или пойдет с ними в зазорный дом, или усмотрев развратное их поведение, за оное не накажет их, то он подвергается за сие денежному взысканию от двух до двадцати рублей серебром в Ремесленную казну, во второй аресту, на время от трех до семи дней, в третий раз он исключается вовсе из мастеров пока Ремесленная Управа не засвидетельствует о его исправлении.

Если ремесленный мастер не будет платить подмастерьям своим в определенное время настоящую договорную плату, то в случае принесения о том на него жалобы, он подвергается аресту на время от одного до трех дней, и обязан сверх того удовлетворить законное требование своих подмастерьев.

[...]Если будет доказано, что мастер не заботится об обучении и хорошем поведении своих подмастерьев и учеников, то у него ученики отбираются и отдаются другим, а ему запрещается иметь их в продолжении года, при вторичном изобличении сей срок продолжается на два года, а в третий раз виновный навсегда лишается права мастера..."

ЦГАРТ. Ф.277. ОП.1.Д.98.

Владимир Бобков,
член Центрального совета РОИА