1996 3/4

Поэзия древних тюрков.

Мы продолжаем публикацию памят­ников древнетюркскои культуры. На сей раз это "Большая надпись в честь Кюль-тегина". Большая надпись, так же как и Малая, вхо­дит в комплекс погребальных сооружений Кюль-тегина и представляет собой историко-героическую поэму. Автор текста надписи -родственник правящего дома Йолыг-тегин.

Большая надпись также посвящена описанию, с небольшими различиями, одних и тех же событий со времени возникновения Тюркского каганата по первую треть VIII ве­ка. Исторические события здесь служат фоном для создания образов тюркских героев и их прославления. Реальные исторические личности изображаются как легендарные герои.

Большая надпись в честь Кюль-тегина замечательна еще и тем, что в своей заключительной части, после описания воен­ных подвигов Кюль-тегина, она переходит в собственно эпитафию, сочиненную, как и весь текст в целом, от лица его брата, правящего Бильге-кагана, скорбящего о кончине героя. В жанровом отношении эта часть надписи пред­ставляет собой образец эпитафийной лирики, большая часть произведений которой связана с культурной жизнью другого тюркского госу­дарства - военно-политического объединения енисейских кыргызов.

 

Ия Стеблева,

доктор филологических наук

 

 

Большая надпись

Когда вверху возник свод Неба голубой,

а бурая Земля раскинулась внизу,

меж ними род людской был утвержден и жил.

 

Тот род людской сперва хранил Бумын-каган1,

а Истеми-каган2 продолжил труд его.

Они закон и власть - весь тюркский каганат

крепили, берегли, держали высоко.

 

Мир с четырех углов врагами полон бил.

Тогда Бумын-каган и Истеми-каган

пошли войной на всех, кто тюркам жить мешал,

и покорили всех, и усмирили всех.

 

Кто голову имел - заставили склонить,

колени кто имел - заставили согнуть.

Вперед - на Кадыркан3, к ТемирКапыгу4 – вспять

ходил народ кёк тюрк5 и расселялся там.

 

Живя в пределах тех, степной народ кёк тюрк

властителей обрел и сельбища обрел.

 

Отважнейший каган отважного сменял,

мудрейший принимал от мудрого свой трон,

и те, кто доводил законы до людей,

все были, как один, отважны и мудры.

 

Все беки, весь народ, правителям верны,

хранили свой уклад - крепили каганат.

Каганы, отходя в мир мертвых, всем живым

старались завещать устроенную жизнь.

 

На погребенье их - оплакать и почтить –

с восхода шел союз бёклийских6 степняков,

с других углов земли - тибетцы, татабы7,

табгачи шли сюда, отуз-татары8 шли,

уч-курыкане9, Рим, кидани10, - и не счесть

народов, что влеклись на погребальный сход:

так тюркский каганат был славен и силен,

так был каган ею силен и знаменит.

 

Но позже власть взяла их младшая родня:

сначала братья их, за ними сыновья.

 

И младший норовил не так, как старший, жить –

и поступать не так, и управлять не так.

И сыновья взялись не по-отцовски жить –

и управлять не так, и поступать не так.

 

Негоднейший каган негодного сменял,

безумный принимал у глупого свой трон.

И те, кто доводил законы до людей,

все были, как один, слабы и неумны.

 

Все беки, весь народ, не уважая власть,

табгачам предались - посул, обман и лесть

табгачских ловкачей поссорили их всех.

Со старшим младший жил в разоре и вражде,

со всеми все дрались, друг друга не щадя.

 

Табгачам удалось так тюрков расслоить,

что стал каган никем, и стал народ ничем:

мужским потомством он табгачам стал рабом

и женским - о, печаль! - врагам рабыней стал.

Знать тюркская, предав народ свой и себя,

забыла имена и титулы свои,

но, у табгачей взяв их имена взаймы,

полвека им была, как верная слуга.

 

А ведь ходили же войною на восход –

к бёклийцам, и к Темир-Капыгу - на заката

А нынче, тюрки, вы табгачам сдали всё:

детей и жизнь свою - весь тюркский каганат,

 

Тогда народ сказал правителям своим:

"Ведь я народом был и многих побеждал,

и царства разрушал, и многих подчинял:

народом прежде был - а кто же я теперь?

Был у меня каган - а где он, мой каган?

Кому я отдаю все силы, все труды?" –

и, так сказав, народ врагом табгачам стал,

кагану их врагом народ отныне стал.

 

Но на врагов народ не смог пойти войной,

не смог табгачам он в бою противостать –

и подчинился вновь тому, кто был сильней.

И, подчинясь, сказал: "Я больше не могу

так много сил, трудов да и своих детей

табгачам отдавать - и надо мне себя

искоренить, избыть, свести с лица земли..."

сказавши так, народ стал гибели искать.

 

Но сверху Небеса, а снизу Мать-Земля

сказали тюркам: "Вы не смейте погибать!

Да не исчезнет род - да будет жив народ!" –

так Небо и Земля их обязали быть.

 

Мне Илыпериш-каган11 великий - был отцом,

а Ильбильге-катун12 - мне матерью была.

Их Небо, поддержав в деяньях с высоты,

возвысило и сил для подвигов дало.

 

Семнадцать было их, с кем мой отец-каган

начала начинал - к ним, в горы, в дебри, в глушь

отважные стеклись, чтоб сверху хлынуть вниз.

Семнадцать было их, а семьдесят сошлось.

 

И Небо им дало отвагу, дерзость, мощь,

и были все они - как волки, а враги –

как овцы: смельчаки вели за боем бой.

Объединяя всех, всех вдохновлял отец.

 

И стало их семьсот - отважнейших мужей.

Тогда-то мой отец стал возрождать народ:

утративших закон - к законам приобщал,

привыкших в рабстве жить - от рабства избавлял.

Пересоздал людей отец мой: дал им цель

и доблесть в них развил, и предков им внушил

любить и почитать, и государство дал,

и беков обучил родами управлять.

 

И если справа нас табгачи стерегли,

то слева ьаз-каган13 токуз-огузов14 гнал

на нас - не счесть врагов: кыргызов15, курыкан,

киданей, татабы, отуз-татар, - все к нам...

И сорок семь отец походов предпринял,

и в двадцати боях поверг врагов своих,

чтоб тюрков оградить от ярых вражьих сил,

чтоб в тюрках возродить и честь, и жажду жить.

 

Так Небо помогло отцу: он усмирил

всех, кто ходил на нас - зорить и брать полон.

Имеющих вождей он их вождей лишил,

имеющих закон закона он лишил.

 

Кто голову имел - заставил он склонить,

колени кто имел - заставил он согнуть.

Восстановил наш эль мой доблестный отец –

народу дав закон, сам к предкам отлетел.

 

Был предан от земле - и ряд балбалов16 встал

над ним, чтоб знали все, кого он побеждал.

 

И властвовать потом стал Капаган-каган17

мой дядя, он отца стал продолжить в делах.

 

Возвысил тюрков он, ужесточил закон

и укрепил, как мог, мужающий народ:

как пешему - коня, богатство тюркам дал,

из малых тюрков он в великие возвел.

 

При дяде я тогда стал шадом18 - мне в удел

был дан народ тардуш19 - то было время войн.

 

Вперед - к Яшыл-огюз20 и до земли Шантунг21

ходили мы войной; к Темир-Капыгу – вспять

водили мы войска; перевалив Кёгмен22,

в страну кыргызов мы ходили воевать.

 

Я в двадцати пяти походах побывал,

в тринадцати больших сраженьях воевал.

Имеющих вождей и государство мы

лишили и того, и этого навек:

кто голову имел - заставили склонить,

колени кто имел - заставили согнуть.

 

Каган тюргешей23 был из тюрков, а народ

слыл близкою родней народу моему.

Но согрешил каган в неведенье своем

пред нами - и погиб, и в мир иной ушел.

За ним ушла и знать, и беки в свой черед.

Народ "он ок" тогда надолго впал в беду.

 

"Те земли, воды те, что предки дали нам,

да обретут своих властителей!" – сказал

Барс-бек24 и, вкруг себя собравши свой народ

и азами25 назвав, стал умножать свой эль.

 

Барс-беку дали мы и титул, и жену –

сестру свою, что всех моложе нас была,

но согрешил каган и умер потому,

и весь его народ пошел в рабы - к другим.

 

"Да обретет своих властителей Кёгмен! " –

сказали мы и вновь устраивать взялись

народ кыргызов там - и после многих битв

все ж государство им сумели мы создать.

 

Так впереди, уйдя за Кадыркан, в степях,

мы тюркский свой народ старались расселить,

а также позади, к Кенгю-Тарману26 вплоть

мы тюркский свой народ старались поселить.

 

Свободным стал, кто был рабом: стал обладать

рабами сам, и так упрочился народ,

и расплодился так, что сыновья – отцов

и брата - младший брат не ведали порой.

 

Вот почему и как наш племенной союз

стал государством вновь и власть над миром взял.

Так слушай же меня, о тюркский мой народ!

 

Ни небо, ни земля не разверзались, мор

и глад не били нас: так почему и кто –

о тюркский мой народ! - ответь, зачем и кто

закон и власть твои к погибели подвел?

 

Ты сам, ты сам, народ, перед своей землей,

перед каганом, что хотел тебе служить,

перед самим собой - ты сам и согрешил:

ты выбрал для себя, как смертный жребий, Зло.

 

Ведь не пришел никто, закованный в броню,

чтоб одолеть тебя, рассеять, взять в полон!

Ведь не пришел никто, чей был бы меч острей,

чтоб покорить тебя, согнуть, стереть с земли!

 

О тюркский мой народ, ты был самим собой –

ходил, куда хотел, не знал себе преград:

все взял, всего достиг, но в землях, где бывал,

чего ты для себя хорошего нашел?

 

Повсюду кровь твоя струилась, как вода,

повсюду кость твоя белела, как гора:

мужским потомством ты стал недругу рабом

и женским - о, печаль! - врагу рабыней стал.

 

И сверху Небеса, а снизу Мать-Земля,

что прежде вознесли отца и мать моих,

сказали тюркам вновь: Пусть имя не умрет,

коль слава не пройдет - да будет жив народ!"

 

Сказавши тюркам так, Земля и Небо вновь

простерли власть на мир, а милость - на меня:

стал государством я владеть и управлять,

и стал отныне я для всех Билъге-паган27.

 

Не на богатство сел, не царство принял я –

ничтожный и плохой достался мне народ:

голодный изнутри, снаружи голым был...

Помог мне младший брат - могучий Кюлъ-тегин28.

 

Я повторял всегда: ""Пусть имя, слава, честь,

что к тюркам перешли от предков боевых,

не сгинут без следа!" - не спал ночей, а дни

заботам посвящал, сил не щадил своих.

 

И с Кюль-тегином мы вступили в пору войн:

я умирал от ран и в битвах погибал,

но побежденных все ж не смешивал с огнем –

старался приближать, объединять в союз.

 

Когда я принял власть, ко мне пришел народ,

что, пеш и наг, бродил по четырем углам.

"Возвышу тюрков я!" - сказавши так, пошел

войною я на всех, кто тюркам жить мешал.

 

Налево я ходил - огузов усмирять,

направо я ходил - табгачей разорять,

вперед - киданей бить и татабыйцев жечь...

Двенадцать раз в поход войска я поднимал!

 

Был волею Небес удачлив я в боях,

и милостью Небес я тюрков возродил -

готовых погибать я к жизни возвратил.

 

Нагого я одел, дал пешему коня,

богатством наградил былого бедняка.

Умножил свой народ - с ним в племенной союз

сплотил соседей всех: так я творил Добро.

 

Народы всех земель всех четырех углов,

которых укрощал, которых покорил,

я словом и мечом друг с другом замирил

и тюркам подчинил: так я Добро творил.

 

Все силы положив для этого ж, мой брат,

любимый младший брат - отважный Кюль-тегин,

помог нам обрести невиданную власть,

а сам ушел от нас, не насладившись ею.

 

В семь лет осиротел, а в десять лет уже

он именем мужским был назван: "Кюль-тегин" -

подобная Умай29, мать счастлива была,

что он мужчиной стал, что воином он стал.

 

В свои шестнадцать лет мой младший брат ходил

с войсками, что водил наш дядя, -и в боях

он подданных и власть кагану добывал.

 

К согдийцам мы пошли - и шесть их округов

разбили, а когда табгачский Онг-тутук30

к нам тысяч пятьдесят копейщиков привел,

мы встретили врага, как тюркам надлежит.

 

Он пешим в бой вступил, отважный Кюль-тегин,

и Онг-тутука взял в полон со свитой всей:

так, в панцирях, их всех к кагану приволок...

Мы истребили тех, кто посягнул на нас.

 

Мы с братом на его двадцать втором году

напали на войска, что вел Чача-сенгун31.

 

Сначала брат вскочил на белого коня,

что Тадыкын32 отдал, - и врезался на нем

в ряды врагов, и конь под Кюлъ-тегином пал.

 

Тут Ышбара-Ямтар33 дал серого коня –

на нем мой младший брат врубился далеко

в ряды врагов, и конь под Кюлъ-тегином пал.

 

Тогда мой смелый брат гнедого взял коня,

что бек Йегин-Силиг34 подвел, и снова в бой

вступил - и третий конь под Кюлъ-тегином пал.

 

Стрел, видно, больше ста попало в панцирь, в плащ,

ударилось о шлем, но прочный медный шлем

от роковой стрелы героя уберег.

 

Не вам ли, тюрки, знать, как дрался Кюль-тегин?!

Мы истребили тех, кто к нам с войной пришел.

 

Потом Улуг-Иркин35 в земле Йир-Байырку36

нам сделался врагом, и мы пошли туда,

и дали бой ему вблизи Тюрки-Яргун37

и он от нас бежал, спасаясь с горсткой слуг.

 

Мы с братом на его двадцать седьмом году

пошли в большой поход - кыргызов покорять.

 

Горами, по снегам, что глубиной в копье,

поднявшись, мы прошли Кёгменскую тайгу

и на кыргызов, в ночь, напали, а в Сунге38

сразились, наконец, с самим каганом их.

 

На белом жеребце из Байырку мой брат

вломился в строй врагов - и одного стрелой,

а двух других копьем он сразу поразил

и множество еще противников побил.

 

В безжалостном бою тот белый жеребец

бедро сломал, но брат и пешим бился так,

что вскорости каган кыргызов был убит,

а государство их подвластно стало нам.

 

Тогда же нам пришлось тюргешей усмирять.

Мы в горы поднялись, Алтунскую39 тайгу

прошли насквозь, Иртыш преодолели вплавь –

и на тюргешей, в ночь, врасплох напали мы.

 

А при Болчу40 нам дал сраженье их каган –

его войска на нас, как буря и огонь,

обрушились, но им противостали мы.

 

На серого коня по имени Башгу41

сел Кюль-тегин в броне - и на врага напал.

Пал серий конь Башгу, и Кюль-тегин не смог

двух воинов своих от гибели спасти*.

 

Но снова Кюль-тегин ворвался в стан врагов:

кагана их пленил, с ним - беков всех его,

тутука азов взял, - тюргеши нам сдались.

 

Кагана их казнив, тюргешский каганат

включили мы в свои владенья, а народ,

поскольку он теперь весь нам принадлежал,

велели расселить на местности Табар42.

 

Решив согдийцам дать закон и власть, прошли

через реку Йенчу к Темир-Капыгу мы:

все смуты прекратив, установили мир.

 

Но тут народ тюргеш вновь сделался врагом

и, зная, что к нему нескоро подойдем,

он кенгересов43 стал теснить и избивать.

 

Коней поистощив в походах, были мы

слабы и голодны - изнурены войной.

Тогда-то, осмелев, друзья, врагами став,

то там, то здесь на нас набегами пошли.

 

Чтоб избежать беды, я брату дал отряд –

и Кюль-тегин умно преследовал врага,

и, улучив момент, он бой тюргешам дал.

 

На белом скакуне по кличке Алп-Шалчы44

ворвался Кюль-тегин в тюргешские ряды –

и многих потоптал, и многих поразил,

и множество в полон тогда он захватил.

 

И снова был поход,и снова Кюль-тегин

был впереди, когда Кушу-тутука45 бил:

все воинство его развеял Кюль-тегин,

а все его добро доставил к нам в орду.

 

Народ карлуков46 был стремителен и смел,

но, сделавшись врагом, нам долго досаждал.

Мы двинули туда отборные войска

и в местности Тамаг47 вступили с ними в бой.

 

Тридцатилетний мой отважный Кюль-тегин

на белом скакуне по кличке Алп-Шалчы

был, как всегда в боях, всех впереди - рубил,

колол, разил врага и устали не знал.

 

Двух воинов подряд он поднял на копье...

Карлуков разметав, мы покорили их.

 

Год миновал, и мы на азов шли войной –

при Кара-кёле48 мы сражались с войском их.

 

И снова в схватках был отважный Кюль-тегин

На белом скакуне по кличке Алп-Шалчы:

он истребил врага, а эльтебера49 их

пленил, - так азов мы свели с лица земли.

 

Когда наш каганат ослаб, когда вражда

грозила привести в упадок нашу власть,

мы на народ изгиль50 пошли в большой поход.

 

Там славный Кюль-тегин на белом Алп-Шалчы

был в гуще всех боев, копьем разя врага, -

и пал под храбрецом могучий Алп-Шалчы,

но и народ изгиль с лица земли исчез.

 

Народ токуз-огуз - мой собственный народ –

из-за того, что все смешалось, что у нас

настали времена разора и вражды,

стал нам, его друзьям, опаснейшим врагом.

 

В один лишь год мы пять сражений дали им!

Вначале бились мы при городе Тогу51.

 

На белом скакуне Азмане52 Кюль-тегин

ворвался в строй врагов - и шестерых копьем

низвергнул с их коней, седьмого зарубил,

схватившись на мечах, и был недолгим бой.

 

Затем под Кушлагак53 мы с войском подошли –

с эдизами54 тогда сражены началось.

 

Был бурый азский конь под Кюлъ-тегином - в бой

брат ринулся, как волк, и одного копьем

с разгона заколол, потом девятерых

убил он, окружив, - народ эдиз погиб.

 

А в третий раз была с огузами борьба:

на белом скакуне Азмане Кюлъ-тегин

водил войска - и нам огузов подчинил.

 

В четвертый раз, когда в верховьях Чуш55 враги

побили сильно нас, то тюрки, оробев,

дав ослабеть ногам, готовились бежать.

 

Здесь Кюлъ-тегин помог: врагов он отогнал,

и мы десятерых из племени Тонгра56

там, где Тонга-тегин57 был погребен, нашли

и, окружив, в бою лишили жизни всех.

 

А в пятый раз пошли мы в Эзгенти Кадаз58,

где жил народ огуз, - там вновь сразились мы.

 

Все тот же азский конь в бай Кюль-тегина нес,

и Кюлъ-тегин копьем двух воинов пронзил,

но в город не вошел, а бил врага у стен, -

так вражескую рать он всю там перебил.

 

Мы зимовать ушли в Магы-кургаи59, весной

с огузами опять продолжилась война.

Над войском старшим был поставлен Кюлъ-тегин.

Враг хитростью напал, чтоб ставку захватить.

 

На белого коня Огсиза60 брат вскочил,

девятерых копьем он в схватке заколол, -

так ставку отстоял отважный Кюлъ-тегин.

 

О, мать-катун61, и вы, кто следует за ней,

о старшие мои и младшие мои,

рабынями вы все могли при жизни стать,

а, мертвые, могли без погребенья сгнить.

 

Когда б не Кюлъ-тегин, вас всех бы враг попрал.

Когда б не Кюлъ-тегин, погибли бы вы все.

Но умер Кюлъ-тегин, мой младший брат ушел –

я заскорбел о нем, была безмерна скорбь.

 

И острые мои глаза ослепли вдруг,

и вещий разум мой не в силах мысль родить -

о брате я скорбел, безмерна скорбь моя.

 

Нам Небеса дают и жизнь, и время жить:

приходит род людской затем, чтоб уходить.

 

Так я скорбел о нем, слез удержать не мог

и в сердце удержать рыдания не мог -

скорбел и вновь скорбел: прощай, мой младший брат!

 

И думал я, скорбя: "Родня и сыновья,

разноплеменный мой народ, теперь, когда

ушел мой Кюль-тегин, то все. кто покорен,

восстанут...'" - и опять всем сердцем я скорбел.

 

Оплакать и предать достойного земле

кидани к нам пришли и татабы пришли –

тех и других сюда Удар-сенгун62 привел.

 

Каган табгачей нам прислал свои дары,

где золота не счесть и серебра не счесть, -

все это к нам в орду привез Исъи Ликенг63.

Тибетский к нам каган вельможу отрядил.

 

С той дальней стороны, где солнечный закат,

согдийцы к нам пришли - привел их Ненг-сенгун64.

Бухарцы к нам пришли - их вел Огул-таркан65.

 

Каган тюргешей, сын благословенный мой,

и мой народ "он ок" прислали тамгачей66 -

то были: Макарач67 и с ним Огуз-Бильге68.

А от кыргызов был - чур Ынанчу-Тардуш69.

 

Чтоб Кюль-тегину храм надгробный возвести,

чтоб Кюль-тегину столп искусно надписать,

каган табгачей к нам племянника послал –

и прибыл Чанг-сенгун70, и мастеров привел.

 

Ушел наш Кюль-тегин отважный в год Овцы71

семнадцатого дня от нас он отлетел.

В девятый месяц мы двадцать седьмого дня,

обряды совершив, навек простились с ним.

 

Надгробный храм ему. балбалов и резной

из камня столп - затем, в год Обезьяны72, мы

двадцать седьмого дня воздвигли, освятив.

 

Ушел наш Кюль-тегин! - он пролсил сорок шесть

исполненных боев, трудов и славы лет...

 

Перевод Анатолия Преловского

 

Примечания:

1. Бумын-каган (ум. в 552 г.) - основатель и правитель древнетюркского государства - Тюрк­ского каганата.

2. Истеми-каган (Исиги-каган, ум. в 553 г.) - преемник Бумына.

3. Кадыркан - горы Больной Хинган.

4. Темир-Капыг - см. прим. №12 к Малой надписи в честь Кюль-тегина.

5. Кёк тюрк ("голубые тюрки") - название тюрков, вокруг которых сложилось военно-политическое объединение племен - Тюркский каганат.

6. Бёкли - государство Когурё на севере Кореи.

7. Татабы - название народа.

8. Отуз-татар ("тридцать татар") - название одного из объединений древнемонгольских пле­мен.

9. Уч-курыкан ("трое курыкан") - объединение курыканских племен, северо-восточных тюр­ков - предков якутов, живших вокруг Байкала и по Ангаре.

10. Кидани (китаи) - племена монгольской группы, впоследствии образовавшие могуществен­ное государство (Х-ХП вв.)

11. Ильтериш-каган ("каган - собиратель государства") - имя, которое принял Кутлуг, возгла­вивший восстание против владычества Китая и основавший второй Восточнотюркский каганат (ум. в 691 г.).

12. Ильбильге-катун - жена Ильтериш-кагана, мать Бильге-кагана и Кюль-тегина.

13. Баз-каган - имя предводителя токуз-огузов.

14. Тогуз-огузы ("девять огузов") - союз девяти племен тюрков-огузов.

15. Кыргызы - тюркский народ, живший по Енисею и образовавший государство енисейских кыргызов - Хягас (существовало VII-XII вв.)

16. Балбалы - установленные на могиле погребенного каменные изображения или просто камни, обозначавшие убитых им врагов.

17. Капаган-каган - имя, которое принял Мочжо, младший брат Ильтериш-кагана, его преем­ник (правил в 691-716 гг.), дядя Бильге-кагана и Кюль-тегина.

18. Шад - один из тюркских народов.

19. Тардуши - один из тюркских народов.

20. Яшыл-огюз - ("Зеленая река") - тюркское название реки Хуанхэ.

21. Шантунг - Шаньдун, полуостров и провинция в Восточном Китае.

22. Кёгмен - гряда гор и местность в Западных Саянах.

23. Тюргеши - западные тюрки, владевшие в начале VIII в. землями от долины Таласа до Ал­тая.

24. Барс-бек ("Тигр-князь") - имя одного из тюркских предводителей.

25. Азы - название одной из ветвей тюргешей.

26. Кенпо-Тарман (Тарбан) - название местности в Средней Азии по среднему течению Сыр-дарьи.

27. Бильге-каган (букв. "Мудрый каган") - имя, которое принял старший сын Ильтериш-кагана Могилян (брат Кюль-тегина) при воцарении, правил 716-734 гг.

28. Кюль-тегин - младший сын Ильтериша-кагана, знаменитый полководец (годы жизни 685-731)

29. Умай - женское божество тюрков, богиня-мать, олицетворение гоюдородящего начала.

30. Онг-тутук - китайский военный чин и титул (онг - из кит., ван - "князь", тутук из кит. ду­ду - "военный правитель области"), имеется в виду принц Ли Дан, главнокомандующий китайской армией во время войны тюрков против Китая в 701-702 гг., будущий китайский император.

31. Чача-сенгун - имя и титул военачальника, главнокомандующего китайской армии в войне тюрков против Китая в 706 г.

32. Тадыкан-чур - имя собственное и титул одного из тюркских военачальников.

33. Ышбара-Ямтар - имя собственное.

34. Йегин-Силиг - имя собственное.

35. Улуг-Иркин - имя одного из враждебных тюркам предводителей.

36. Йир-Байырку (Байырку) - название местности.

37. Тюрги-Яргун - название озера.

38. Сунга - название нагорья, черни.

39. Алтунская тайга (чернь) - горная местность на территории Алтая. \

40. Болчу - название местности.

41. Башгу - кличка коня.

42. Табар - название местности.

43. Кенгересы - одно из тюркских племен, жившее по среднему течению Сырдарьи.

44. Алп-Шалчы - кличка коня ("Отважный Шалчы").

45. Кушу-тутук - собственное имя и титул военного правителя области.

46. Карлуки - одна из тюркских народностей, населявшяя в Средней Азии область Семиречья.

47. Тамаг - название горной вершины (или реки), скорее всего в Тарбагатае.

48. Кара-кёль ("Черное озеро") - место, где тюрки в 715 г. сразились с азами.

49. Эльтебер - титул военачальника у азов.

50. Изгиль - название одного из народов (возможно, ветвь булгар).

51. Тогу - название города.

52. Азман - кличка коня.

53. Кушлагак - название местности.

54. Эдизы - тюркская народность, ветвь огузов.

55. Чуш - название реки (или горной вершины).

56. Тонгра - название племени.

57. Тонга-тегин - собственное имя ("Леопард") и титул младшего члена каганской семьи.

58. Эзгенти Кадаз - название местности.

59. Магы (Амгы)-курган - крепость, место зимовки войск Кюль-тегина.

60. Огсиз - кличка коня ("Безумный, бешеный").

61. Катун - госпожа, правительница.

62. Удар-сенгун - имя и титул военачальника.

63. Исьи Ликенг - имя посланца китайского императора.

64. Ненг-сенгун - имя и титул военачальника.

65. Огул-таркан - имя и титул крупного военачальника.

66. Тамгачи - хранитель печати.

67. Макарач (из санскр.махараджа) - здесь: имя собственное.

68. Огуз-Бильге - имя собственное.

69. Ынанчу-Тардуш - имя собственное.

70. Чанг-сенгун - имя и титул военачальника.

71. Год Овцы - восьмой год двенадцатилетнего животного цикла летосчисления.

72. Год Обезьяны - девятый год двенадцатилетнего животного цикла летосчисления.