1997 1/2

Судьба поколения

В Национальном архиве Республики Татарстан хранится много документов личного происхождения. По-разному нашли они свой путь в архив: одни попали сюда в результате кропотливой работы сотрудников архива, другие – по инициативе авторов документов. Личные фонды объединили судьбы людей разных эпох, профессий, национальностей, но все они являются нашим духовным богатством, бережно передаваемом от поколения к поколению.

Одно из таких собраний документов – личный фонд Я.Г.Спешилова, человека с типичной для его поколения судьбой, вобравшей в себя много интересного, а порой и трагического.

Автор фонда сам поработал с документами как архивист, тщательно разобрав довольно объемный материал по темам и аккуратно подшив его по отдельным папкам. Здесь документы, воспоминания и фотографии, рассказывающие о родителях, семье, о сослуживцах и однополчанах. Там, где не хватало документов, автор скреплял повествование своими пояснениями, воспоминаниями. О каждом человеке, попавшем в его поле зрения, он стремился дать цельный рассказ со всеми подробностями.

Родился Яков Григорьевич Спешилов 7 октября 1893 года в семье крестьянина Слудской волости Пермской губернии. Отец его служил матросом на барже, затем стал лоцманом и проработал 33 навигации. Хотя и был он неграмотным, но дело свое знал хорошо, и многие пароходовладельцы приглашали его к себе.

В семье Григория Яковлевича и Екатерины Кондратьевны Спешиловых родилось 15 детей. Вырос и дожил до старости лишь один сын - Яков.

Окончив Слудское мужское начальное училище, Яков служил при канцелярии волостного правления помощником писаря, затем матросом, конторщиком. А вскоре началась Первая мировая война.

Из воспоминаний:

"Через каждые месяц-полтора проходили или досрочные призывы новобранцев, или мобилизации ратников первого разряда... По городу [Я.Спешилов в этот период жил в Перми. - P.A.] часто ревела сирена, извещая прибытие с фронта раненых. Меня мучила совесть, что я молодой и здоровый парень не на фронте и не в солдатах... По улицам бодро с песнями проходили солдаты. Казалось, им было весело. Был разговор, что царь сказал: "Не кончу воевать, пока не уйдет с земли русской последний неприятельский солдат". За эти слова некоторые люди называли его дураком. Слыхал разговор о революции. Раз в Набережном саду пьяный заводской рабочий об этом мимоходом намекнул, мой сосед сверстник Александр Лобов, встретившись со мной летом 1915 года уверял, что революция будет. И в конце августа я раза два был у одного адвоката. Он мне рассказывал о происходивших в то время солдатских бунтах и рабочих забастовках, направленных против войны. Я лично не видел подобных фактов, у нас на работе не было об этом разговоров, и я понимал, что все это малозначительно..."1

 

5 сентября 1915 года была объявлена очередная мобилизация. В армию призывали ратников ополчения второго разряда за пять последних призывов. Это были единственные сыновья и люди, пользующиеся льготами первого разряда по другим семейным обстоятельствам. Попал под мобилизацию и Яков.

 

Строки из дневника: "... Назначен в город Н.-Николаевск, в 17-й сибирский стрелковый запасный батальон. В ночь на 14 сентября выехал из города Перми... С 20 сентября началось обучение к строевой военной службе. 4 ноября я был назначен по желанию в маршевую роту. Вскоре выдано обмундирование и снаряжение. Числа около 20-го принял установленную присягу к военной службе. В ночь на 11 декабря наша рота в числе шести рот была погружена на поезд N63, и в ночь же выехали из города Н.-Николаевска..."2.

 В фонде содержится довольно объемная фронтовая переписка Я.Спешилова с родными. Вот некоторые строки из писем, которые передают мысли и настроение рядового участника исторических событий: 

"Дорогие родители, папа и мама! Шлю я вам сыновское почтение и прошу родительское благословение заочное на сей 1916 год... День Нового года я встретил здесь, в действующей армии, сравнительно с прежними плохо... Конечно, уже каждый знает, что в действующей армии хотя и хвалиться нечего, но все-таки Отечеству оказать помощь надо.." (1 января 1916 г.). "... Живется пока не плохо, но только все ждут конца войны. Неужели в этих месяцах или же осенью не будет мира. Ждали мир в мае, а теперь ждем в августе. Я думаю, что все солдаты других государств тоже ждут" (И августа 1916 г.). "Братище! Сообщи, какие несутся слухи о войне и мире и будущей жизни. Что более говорит слудский народ? У нас пока ожидаем Учредительного собрания" (29 октября 1917г.)3.

О февральской революции 1917 года в 1-м стрелковом полку, где служил Я.Спешилов, узнали на пути из Бессарабии в Румынию, а Октябрьская революция застала его на стыке Румынии и Буковины. В декабре 1917 года Яков отбыл домой в кратковременный отпуск, однако в свой полк вернуться ему уже не пришлось, т.к. после 1 марта 1918 года было объявлено о всеобщей демобилизации.

А вскоре Спешилову вновь пришлось надеть гимнастерку: в октябре 1918 года он был мобилизован в Красную Армию, где и прослужил при штабе 87-го стрелкового полка переписчиком по апрель 1921 года. Вместе со своим полком Яков прошел через Псков и Петроград, Белоруссию и Польшу. А домой к родным снова полетели письма.

 "Служу я пока писарем при штабе полка на позиции, писарей со мной не было, они находятся дальше в тылу, но я тоже не на передней линии. Только для меня это все равно. Лишь бы белые не убивали. Война продлится не очень долго... Белым скоро будет конец" (16 сентября 1919 г.). "Теперь вы можете жить спокойно и не верить провокаторам, которые говорят, что белые идут кругом на нас... Недавно белые гили на Петроград  с юга на Москву. Теперь наши красные войска белых гонят от Петрограда, а более всего гонят деникинцев на Южном фронте. Там недавно наши взяли Царицын, Киев и ещее два губернских города..." (24 октября 1919 г.).

"Здравствуйте, папа и мама! Все письма, которые получаете от меня, вы храните до меня. Я потом их буду хранить. Они через несколько лет будут гштересны для читателя, особенно для молодого, который не увидит и не переживет этот момент, который переживаем мы" (19 февраля 1920 г.). 4

 В то время, когда Я.Спешилов находился в Красной Армии, его отец служил в Камской красной флотилии, а мать оставалась дома одна. После прихода белых начались аресты, расстрелы. По чьему-то доносу арестовали и мать Якова и подвергли ее порке. В своем письме сыну Екатерина Кондратьевна писала:"Я сидела под арестом, думала, что расстреляют. Но меня отстегали 20 раз железными плетями, а ты, Яша, плакать мне не велел. Один сын помер, другой ушел в солдаты, а папа не известен был. Я жила в такой погибели".5

А еще в нехитрых строчках материнского письма отразилась та тяжелая атмосфера, которая царила в обществе во время гражданской войны. Сын шел против отца, брат – на брата, гибли люди, рушились семьи, сердца людей были отравлены ядом ненависти и ожесточения..."Александр Лобов убит зимой на пароходе. Митрофан убит на войне, служил в белой армии. Иван Лобов в красных. Павел Дудин тоже в красных рядах. Григорий Лобов в ожидании красных в Сибирь уехал. Николай Дудин с женой разошелся, и она уехала с белыми в Сибирь, а он остался здесь. Степан Громыхало, говорят, в солдатах Красной Армии. Андрей Спешилов был мобилизован белыми, а теперь на пароходе красных".6

Вот что писал Яков Спешилов много лет спустя об этом времени:"С 20 февраля по 5 марта 1919 г. наги полк еще занимал позицию под Нарвой... В штаб полка приезжал Иосиф Виссарионович Сталин. Он беседовал с командованием полка, а другой человек сидел со мной и отвлекал меня от подслушивания их беседы".

"2 апреля 1919 г. штаб полка располагался в дер. Зачеренье Псковской губернии, в доме попа. Подали лошадей. Командование полка поскакало верхом. Среди них командир полка Новиков в кожаной куртке и кожаной фуражке, выше других ростом, белое лицо. В соседней деревне, километра за два, оказались войска противника и встретили их ружейными выстрелами. Командование быстро повернуло обратно. Пуля вдогонку попала в спину Новикова и так, что его в штаб полка привезли мертвого".

"Комиссар полка Федор Васильевич Сдобников, невысокий, черноватый, больше всего суетился, горячился, придирался. В спокойном расположении я видел его меньше. Числа 18 мая 1919 г., когда мы стояли в дер. Зайково, под Псковом, я записывал в книгу полка еще незаписанных людей и обратился к Сдобникову. Он любовно рассказал, что у него в Петрограде жена и две дочери. Гражданская специальность - башмачник. А дня через четыре Сдобников попал в плен к противнику. Там сразу же его выдал свой красноармеец и его тут же зверски убили. Дня через два наши это место отбили и тело Сдобникова повезли к нам, к штабу полка, а хоронить увезли в Петроград"На партийном собрании нашего полка впервые проходил прием в члены партии из сочувствующих в июле 1919 г. А на партбилете написано "принят 23 августа 1919 г" Тогда и я стал членом Российской коммунистической партии большевиков. С того времени в полку коммунистов стало много... Некоторые из коммунистов побывали в церкви и там пели на клиросе. Это было в марте 1920 г. Очень внушительно было высказано против религии на партсобрании... Немного после появилось несколько фактов: коммунисты выпивали самогон. Разговор на партсобрании был шумный. В том числе попали под обстрел критики командир полка Вагнер и другие командиры... Около 1 апреля 1920 г. на полковом партсобрании был комиссар бригады. Он говорил о революционном движении в Индии и о необходимости направления туда наших войск. Какой был высокий энтузиазм у партийных и беспартийных воинов полка! Крепкая вера в победу, и в то время, когда наша республика была сжата кольцом. Это в 1919 году... А сколько мною было проведено агитации и пропаганды под этим чувством среди населения'?! Я премного благодарен крестьянам Псковской губернии и Белоруссии. Они, как родные, ежедневно подкармливали нас... В начале декабря 1920 года проходила перерегистрация коммунистов. Проведено шумное партсобрание. Я на этом собрании не был, тяжело болел. Декабрь и январь дважды я находился в госпитале. В полк не возвратился. А в политотделе дивизии мне сказали, что после перерегистрации я в партии не состою.."7

Вернувшись домой, Яков Григорьевич работал в различных учреждениях счетоводом, бухгалтером. Долгие годы писал заметки и статьи в местные и центральные органы печати о людях, с которыми работал вместе, о проблемах и недостатках, с которыми приходилось сталкиваться.

В январе 1924 года Я.Спешилов познакомился с Павлой Александровной. Но она была замужем, и Якову Григорьевичу ничего не оставалось делать, как смириться, хотя он и почувствовал в ней духовно близкого человека и испытывал большую симпатию. Весной 1926 года Павла Александровна овдовела и, не имея детей, ушла из этой семьи. Через год, как писал Я.Спешилов, оба "в один и тот же час написали друг другу письма".

 Строки из его письма: "... Не хочется жалеть и воскрешать доброе прошлое, не хочется роптать и на худое прошлое. Все это кажется есть путь, самый прямой путь к тому, что ooıcudaem впереди. Хочется с сильным рвением сердца создать самую крепкую дружбу, еще небывалую в жизни дружбу и непоколебимую любовь с той, до кого я с большим трудом добрался, а именно с Вами, Павла Александровна. Сердцам и мыслями близко припадаю к Вам".

А вот что написала ему она: "... Думы все те же и неотвязные думы, и кажется, что будто бы и ты с ними уносишься далеко-далеко в деревню Плотниково, а наверное, это исполнится скоро, прибуду в эту деревню сама и скажу тогда уже не письменно, а сама лично все то Якову Григорьевичу, что думалось и чувствовалось за эти последние дни"8.

Через несколько дней они стали мужем и женой. В районной газете появилась заметка о молодоженах, которые, отказавшись от расходов на религиозные праздники, приобрели облигацию займа индустриализации.9

Будучи сам активистом, селькором, Яков Григорьевич вовлек в общественную работу и жену. Долгие годы прожили они вместе, разделяя все тяготы и заботы своего времени и сохранив друг к другу самые теплые и нежные чувства. Яков Григорьевич написал даже очерк о жене в газету "Труд".

В годы Великой Отечественной войны Я.Спешилов был призван в ряды РККА, где прослужил стрелком 11-го отдельного местного стрелкового батальона, а Павла Александровна работала в госпитале.

После демобилизации Якова Григорьевича в июле 1945 года семья Спешиловых поселилась в Арске.

... Проходят годы, сменяются поколения, но не прорастает трава забвения. Люди, которые помнят свое настоящее, ставшее прошлым, не теряются в потоке времени, подают достойный пример уважения к былому во имя грядущего.

Римма Абдуллина,
научный сотрудник Национального архива РТ

   Примечания

  1. НА РТ. Ф.Р-7352. Оп.1. Д.8. Л.2,2об.
  2. Там же. Д.8. Л. 7,8,8об.
  3. Там же. Д.8. Л.96,97,147,147об.,184.
  4. Там же. Д.9. Л.32об.,33,45,73.
  5. Там же. Д.2. Л.63,63об.,64.
  6. Там же.
  7. Там же. Д.9. Л.168,170172,175,175об.
  8. Там же. Д.11. Л.1об.
  9. Там же. Д.11.Л.11.