1997 1/2

О татарских мечетях в России

Евфимий Малов (1835 - 1918)

Малов Е.А. родился в Симбирской губернии; образование получил в Симбирской духовной семинарии и Казанской духовной академии. Ученик Г.С.Саблукова, специализовался по кафедре противомусульманских предметов. До июля 1863 года преподавал в Казанской духовной семинарии. В этом же году по рекомендации Н.И.Ильминского был принят в Казанскую духовную академию, где преподавал татарский и еврейский языки, а также «миссионерские дисциплины». С 1868 года - экстраординарный профессор по кафедре противомусульманских предметов. С 1889 года - заслуженный профессор. Многочисленные статьи и книги Малова посвящены духовным и миссионерским сюжетам. Умер в Казани.

Предлагаемая читателям работа Малова была напечатана в журнале "Православный собеседник" в 1867 году.

 О татарских мечетяхъ въ России

Мечети у магометан в России разделяются на соборныя, или, вернее, сборныя, и пятивременныя. Внешним образом сборныя мечети различаются от пятивременных тем, что устрояются с минаретом, или высокою башнею, откуда муэдзин призывает магометан к молитве; пятивременныя мечети могут быть и без минарета, хотя нередко и они строятся с минаретами, каковы, напр., все пятивременныя мечети у татар в городе Казани. По деревням очень много можно встретить мечетей пятивременных и без минаретов. Внутренним образом мечети сборныя отличаются от пятивременных тем, что в них по пятницам совершается пятницкое богослужение, читается указным муллою хутба, или проповедь, и народ в пятницу собирается от пятивременных мечетей в сборную к богослужению, равно как и в дни магометанских праздников, напр, во время курбана и др.

В русских законоположениях о мечетях нет никакого разграничения мечетей сборных и пятивременных, а между тем эта неопределенность дает повод ко многим злоупотреблениям со стороны магометан и вводит даже в ошибку многих из русских правительственных лиц. Мечети без минаретов, или, как некоторые называют их, "богомольныя избы" татарския никак нельзя ставить в параллель, напр., православной русской часовне. В церкви совершается, напр., литургия; в часовне ее совершить нельзя: здесь могут быть совершаемы: вечернее богослужение, часы, отпевание усопших, крещение младенцев и т.п. У магометан же, напротив, все, что совершается в мечети сборной, может быть совершенно и в мечети пятивременной. Таким образом и происходит у магометан то явление, что каждая, даже малонаселенная, деревня непременно имеет мечеть и муллу, только эта мечеть устрояется без минарета, составляет род чистой, поместительной избы, а потому все таковыя мечети почти и не входят в счет мечетей, потому что без минаретов бывают незаметны для собирателей статистических сведений, а самими магометанами они не оглашаются, особенно если в деревне нет 200 душ магометан или если среди жителей деревни довольно значительная часть татар крещеных. Как прежде, так и в недавнее время русским правительством были открываемы такия пятивременныя, без минаретов, мечети в таких деревнях, где находятся крещеные татары и где численность самих магометан не имеет законнаго количества душ (200-300), чтобы иметь право на построение мечети. Но магометане таких деревень, несмотря на очевидныя улики, говорили, что у них мечети вовсе нет, что это простая изба и т.п. Так в 1840 году донесено было правительству, что в деревне Подлесной Шенталы жителей из старокрещенных татар и мордвов, по 8 ревизии, 175 душ, что с ними проживают некрещеные татары всего только в 11 душах (в 3 дворах), которые с давних лет в той деревне имеют деревянную мечеть и при ней муллу, Малоизбахтиной волости деревни Служилой Майны татарина, не имеющаго на такую должность права1. В недавнее время мечети были открыты среди большинства крещеных татар в уездах Свияжском (в деревне Татарских Азелей) и Чистопольском (в деревне Никиткиной).

Ввиду таких обстоятельств, кажется, неизлишне ознакомиться с состоянием мечетей в России, с законоположениями о них русскаго правительства со времени завоевания русскими Казанского царства до настоящаго времени.

Мечети татарския существовали в Приволжье и до завоевания Казани русскими, хотя и неизвестно достоверно, в каком количестве. Знаем только, что много было мечетей среди булгар и в самой Казани. Летописи наши упоминают о "многих молнах" (муллах) и сектах казанских и астраханских, что дает нам повод предположить о довольно значительном количестве и мечетей татарских во второй половине XV столетия2. Иоанн Грозный, овладев Казанью (1552 год), повелел очистить улицы от трупов и освятить св.водою. Татарския мечети внутри города были истреблены, а на их месте положено было основание церквам христианским3. "Божиею милостию и православного царя Ивана Васильевича великою верою, по его сердечному желанию, предаде ему Господь Бог безбожных татар казанских, и бесерменскую их веру благочестивый государь разори, и мизгити (мечети) их разсыпа и по-пра, и мрачная их места своим благочестием просвети и Божий церкви воз-двигу и православие устрой, и. архиепископью и многое священство по церквам учини" и проч4. Определенно, впрочем, летописи наши упоминают только о мечети муллы Кулшерифа, до которой доходили русские, овладевая Казанью 5, и об Отучевой мечети, которая находилась "на царском лугу" и была так названа, как полагает ученый исследователь касимовских царей и царевичей, по имени какого-нибудь Отуча, который построил ее.6

Иоанн Грозный сделал город Казань христианским городом; он запретил в нем строить мечети и жить некрещеным татарам и др. инородцам. Впрочем, это запрещение имело силу не очень долго. До 1584 года не было мечетей в Казани: о них ничего не говорят наши летописи. В начале 1570 года, января 24, отправлен был государем Иваном Васильевичем в Константинополь к султану Селиму дворянин Иван Петрович Новосильцов. Вот что, по словам Карамзина, сообщившаго в своей "Истории государства российскаго"7 извлечение из относящихся до этого посольства дел турецких, должен был Новосильцов сказать, между прочим, вельможам султанским: "Мой государь не есть враг мусульманской веры. Слуга его, царь Саин-Булат, господствует в Касимове, царевич Кайбула в Юрьеве, Ибак в Сурожике, князья ногайские в Романове: все они свободно и торжественно славят Магомета в своих мечетях: ибо у нас всякой иноземец живет в своей вере"8. В 1584 году, в июле, отправлен был в Константинополь Борис Петрович Благов объявить султану Мураду о вступлении на престол московский новаго Государя, Феодора Ио-анновича. Посланник наш, по словам Карамзина9, должен был при дворе султанском говорить, между прочим, следующее: "Жалуетесь еще на утеснение магометанской веры в России: но кого же утесняем? В сердце московских владений, в Касимове, стоят мечети и памятники мусульманские: царя Шиг-Алея, царевича Кайбулы" и проч.10. Наши посланники не упоминают при дворе султанском о мечетях в Казани. Но Феодору Иоановичу, сыну Грознаго, казанский митроплит Гермоген писал уже, что "сорок лет от казанскаго взятья не бывали в татарской слободе (казанской) мечети, а ныне учали мечети ставите близко посаду"11. Феодор Иоаннович отвечал (18 июля 1593 г.) воеводам казанским: "А что митрополит Гермоген писал к нам о мечетях о татарских, что татаровя многия мечети в слободе учали ставите, а от казанскаго взятья и по ся места мечетей татарских в Казани не поставливали и указы отца нашего блаженныя памяти царя и великого князя Ивана Васильевича всея Русии, и наши о том в Казани есть, что мечетем татарским в Казани быть никак не велено, и то сделалось вашим (воеводским) небреженьем и оплошкою, так есте сбредили, да и к нам о том не писывали, а при прежних наших боярах и воеводах и дьяких мечети татарския ото взятья и по вас не бывали: и вы б мечети татарския все велели посметати и впредь татаром мечети однолично ставите не велели, конечно бы есте мечети татарския извели"12. Воля царская была исполнена: татар из Казани выгнали, мечети их разметали. С тех пор, замечает один историк, и до последних лет царствования Михаила Феодоровича татары даже не показывались в Казани13 .

В таких действиях русскаго правительства обнаружилось решительное желание, чтобы магометанство оставило Казань и заняло другия места. Русское правительство не стесняло магометанства; оно только требовало, чтобы магометанство было вдали от христианскаго города, чтобы мечети не были в соседстве с церквами христианскими. Таков именно смысл всех последующих законоположений русскаго правительства относительно мечетей татарских.

Какая судьба татарских мечетей в России была во все продолжение XVII века, мы не можем сказать по неимению исторических известий об этом предмете. Русское правительство не-издавало, кажется, никаких постановлений в этом веке о мечетях татарских. Поэтому едва ли справедлива жалоба крымскаго визиря Сеферь-газы-али царю Алексею Михайловичу на то, будто этот царь разрушает татарския мечети. Жалоба эта находится в грамоте визиря Сеферь-газы-али, писанной при хане Мухаммед-гирее ко двору Алексея Михайловича, как полагает В.В.Вельяминов-Зернов, в 1660 и 1661 годах. Вот что, между прочим, писал этот визирь: "Если хотите знать, почему войска ваши понесли поражение, то вот почему. Уже сто лет как Казань и Астрахань, со временем отцов и дедов ваших, находятся у вас в руках; до сих пор тамошние мусульмане не терпели никаких притеснений; нынешний же царь ваш вообразил себя умнее прежних царей, отцов и дедов своих, и вы разорили мечети и медресы и предали огню слово Господа всевышняго (Курань). Поэтому войска ваши и понесли поражение" и проч.14.

В XVII веке скорее всего следует жаловаться русским на магометан, разоряющих св.церкви и монастыри в России. Так в 1662 и 1663 годах уфимские башкиры и кунгурские татары произвели бунт и разорили в Кун-гурском уезде церкви Божий и села и деревни пожгли без остатку и многих людей побили до смерти и проч.15. Сами крымцы на юге России неоднократно являлись в это время только для того, чтобы жечь русския селения и города с христианскими церквами. Так в 1659 году крымский хан с крымскими людьми у воронежских ямщиков лошадей отняли, и в то же время татары Корочунский монастырь разорили без остатку и выжгли, строителя взяли в полон, а братью всех и крестьян посекли, а иных крестьян, и жен, и детей побрали в полон... В том же 1659 году крымский хан лично предводительствовал ордою грабителей, опустошил многия села Боршевскаго и Карачунскаго станов16. В 1672 году турские люди в Каменце, Межибоже, Баре, Жванце, Язловце, Снятине и в др. местах церкви Божий разорили, поделали из них житницы, из других мечети, колокола на пушки перелили и проч.17. Вообще, в XVII веке многий православный церкви на юге России и в др. местах были или пожжены, или разрушены. Приведем несколько слов, характеризующих отношения крымских татар к России в разсматриваемое нами время: "ни из единыя иныя коея веры столько много они злочестивии, богоненавист-нии бусурмане, в плене себе людей имали, сколько в нашем царствии во украйных городех в малой России православных христиан овогда не по вся годы имали, и, будто скот, в иныя страны из Крыму на вечную злую бусурманскую работу продавали, и тем имени всемогущаго нашего истиннаго Бога Христа Иисуса ругалися и православной веры насмевалися, а проклятаго своего лжепророка Моамефа, будто их заступника и посмощника, величали, и бусурманскую свою богопротивную веру прославляли... посланники русских государей, будучи в Крыму с ханами... чинили многие договоры... и по тем своим договорам они (крымские ханы) не устоя, под государские городы он хан приха-живал, и свои бусурманские силы присылывал непрестанно, и церкви Божий разорял, образы святые и честные кресты и всякую святыню попирал и по-жигал, и государских людей многих побивали ж, и в полон безчисленное множество поймали и в разныя бусурманския страны православных христиан на вечную работу продавали" и проч.18. Таким образом, жалоба крымскаго визиря Сеферь-газы-али на русских должна считаться просто дипломатическою фразою, не имеющею основания. В XVII веке русское правительство не издавало никаких постановлений о разрушении татарских мечетей; русские в этом столетии только оплакивали сожжение и разрушение своих церквей от магометан, живущих в России и вне ея.

В XVIII веке мы довольно много встречаем узаконений относительно татарских мечетей. Так в самом начале этого столетия, в 1703 году 11 октября, издан был указ для татар города Тобольска, чтобы мечети их от русских церквей были построены в отдаленности. В указе говорилось: "А в Тобольске им служилым и захребетным татарам и бухарцам и всяким иноземцам велеть приезжать в приказную палату, и сказать им его царскаго величества указ, чтобы они живучи на старых своих местах, между русскими людьми, близ церквей Божиих, во время божественаго пения не кричали и безчинства никакого, также и русским людям никакой препоны и обид не чинили и мечеть свою от церквей Божиих отнесли в дальныя места, чтобы никакого крика и пения их близ церквей Божиих не было. А буде они, во вромя божественной службы, учнуть кричать и смехотворение и безчинство и русским людям какую препону и обиду чинить: и им иноземцам у его царскаго величества за то быть в опале и в казни"19 . В 1726 году в татарской слободе в Казани явилась каменная мечеть, под которою находилось и мусульманское училище20. В местах, близких к Казани, также появилось множество мечетей, которыя построены были незаконно, против принятых издавна правил. Так в 1736 году Анна Иоанновна указом повелела, чтобы в башкирских землях мечетей и школ без указов вновь не строить21 . По всей вероятности, к этому времени довольно много стало возникать мечетей среди башкирскаго населения, так что самопроизвольная, безуказная постройка мечетей не могла не обратить на себя внимания правительства. То же самое было и в губернии Казанской. В продолжение XVII века магометане настроили здесь множество мечетей, так что в 1742 году, 19 ноября, издан22 был указ о недопущении в Казанкой губернии строить мечети. Вообще, в XVII веке многия православный церкви на юге России и в др. местах были или пожжены, или разрушены. Приведем несколько слов, характеризующих отношения крымских татар к России в разсматриваемое нами время: "ни из единыя иныя коея веры столько много они злочестивии, богоненавистнии бусурмане, в плене себе людей имали, сколько в нашем царствии во украйных городех в малой России православных христиан овогда не по вся годы имали, и, будто скот, в иныя страны из Крыму на вечную злую бусурманскую работу продавали, и тем имени всемогущаго нашего истиннаго Бога Христа Иисуса ругалися и православной веры насмевалися, а проклятаго своего лжепророка Моамефа, будто их заступника и посмощника, величали, и бусурманскую свою богопротивную веру прославляли... посланники русских государей, будучи в Крыму с ханами... чинили многие договоры... и по тем своим договорам они (крымские ханы) не устоя, под государские городы он хан приха-живал, и свои бусурманские силы присылывал непрестанно, и церкви Божий разорял, образы святые и честные кресты и всякую святыню попирал и по-жигал, и государских людей многих побивали ж, и в полон безчисленное множество поймали и в разныя бусурманския страны православных христиан на вечную работу продавали" и проч.18. Таким образом, жалоба крымскаго визиря Сеферь-газы-али на русских должна считаться просто дипломатическою фразою, не имеющею основания. В XVII веке русское правительство не издавало никаких постановлений о разрушении татарских мечетей; русские в этом столетии только оплакивали сожжение и разрушение своих церквей от магометан, живущих в России и вне ея.

В XVIII веке мы довольно много встречаем узаконений относительно татарских мечетей. Так в самом начале этого столетия, в 1703 году 11 октября, издан был указ для татар города Тобольска, чтобы мечети их от русских церквей были построены в отдаленности. В указе говорилось: "А в Тобольске им служилым и захребетным татарам и бухарцам и всяким иноземцам велеть приезжать в приказную палату, и сказать им его царскаго величества указ, чтобы они живучи на старых своих местах, между русскими людьми, близ церквей Божиих, во время божественаго пения не кричали и безчинства никакого, также и русским людям никакой препоны и обид не чинили и мечеть свою от церквей Божиих отнесли в дальныя места, чтобы никакого крика и пения их близ церквей Божиих не было. А буде они, во вромя божественной службы, учнуть кричать и смехотворение и безчинство и русским людям какую препону и обиду чинить: и им иноземцам у его царскаго величества за то быть в опале и в казни" . В 1726 году в татарской слободе в Казани явилась каменная мечеть, под которою находилось и мусульманское училище. В местах, близких к Казани, также появилось множество мечетей, которыя построены были незаконно, против принятых издавна правил. Так в 1736 году Анна Иоанновна указом повелела, чтобы в башкирских землях мечетей и школ без указов вновь не строить . По всей вероятности, к этому времени довольно много стало возникать мечетей среди башкирскаго населения, так что самопроизвольная, безуказная постройка мечетей не могла не обратить на себя внимания правительства. То же самое было и в губернии Казанской. В продолжение XVII века магометане настроили здесь множество мечетей, так что в 1742 году, 19 ноября, издан22 был указ о недопущении в Казанской губернии строить мечети. Правительствующий сенат приказали (пункт. 1); все имеющияся в Казанской губернии новопостроенныя за запретительными указами мечети, по силе св. синода определения и пославнаго в Казанскую губернскую канцелярию указа, а наипаче в таких местах, где восприявшие веру греческаго исповедания жительство имеют, сломать и впредь строить отнюдь не допускать, и того Казанской, Симбирской, Астраханской и Воронежской губерниям накрепко предостерегать; ежели же где оные татары жительство свое имеют в отдалении от новокрещенных жительств, и особливыми от них селами и деревнями состоят, а в них мечети есть же, оныя описав, сколько где ныне таковых есть, а когда построены и в скольком одна от другой мечети разстоянии, и при скольких дворах, и должно ль им впредь быть, или кои разломать, или без разломки для неминуемой жителей татарских законной нужды оставить надлежит: о том о всем тем губернским канцеляриям с епархиальными архиереи согласиться, и на мере постановя, в правительствующий сенат донести, и ожидать корфирмации". «В 1743 году, в год лошади, как говорится в одной татарской рукописи, мечети разломали; мало осталось их. Тогда царствовала дочь Петра Елизавета. Спустя три года она приказала, по повелению Божию, как выражаются по этому поводу магометане, вновь строить их». В самом деле, мы встречаем в 1744 году, от 22 июня, указ относительно постройки мечетей. Из него мы, между прочим, узнаем, сколько было в Казани и в Казанском уезде мечетей сломано и сколько оставлено; но из него же мы узнаем, что татарам сделаны были некоторыя уступки. Именно: "правительствующий сенат, слушав, обще с св. синодом, выписки, поданной сего 1744 апреля 13, по прошению Казанской губернии Казанскаго, Свияжскаго и Симбирскаго уездов выборных служилых ясачных татар, о даче им позволения о построении сломанных татарских мечетей, согласно приказали: которыя татарския мечети есть в таких местах, где русские, также из иноверцев, новокрещенные живут в одних деревнях, хотя где св. церкви веры греческаго исповедания построены, или где оных и нет, а по прежде посланным указам, те татарския мечети еще поныне не сломаны: те мечети все сломать, и вновь строить в тех деревнях, где русские и новокрещенные жить будут, отнюдь не давать, дабы новокрещенным от магометан не было какого соблазна. А тех иноверцев, из тех деревень, по силе состоявшагося сентября 28 дня 1743 года, ея императорскаго величества указа, переселить в другая деревни, где такие же иноверцы живут. А хотя по грамоте 1701 года, татарам мечети иметь и запрещено, и то не для чего иного тогда было учинено, чтоб не были те мечети в одних жительствах с русскими и новокрещенными, как о том из той же грамоты видно! А понеже из присланной из Казанской губернии о тех мечетях ведомости, показано, что в Казани и в Казанском уезде мечетей татарских было 536, из того числа сломано 418, и из тех всех, об одних объявлено, что построены еще до взятья под российское владение Казани, а другие назад тому лет 200 и ниже. Того ради в разсуждении того, ежели у них, татар, все мечети их сломать, то из того не иное что последовать может, токмо одно им, татарам, в их законе оскорбление, и от того б не могло до разглашения дойти в такия места, где между магометанами, в других государствах живут люди веры греческаго исповедания, и построены Божия церкви, и не произошло б какого тем церквам утеснения; к тому ж живущие в России татара магометанскаго закона приводятся к присягам по их законам в их мечетях. Того ради для таких обстоятельств, в Казани в татарской слободе, для татар магометанскаго закона, велеть им построить, ежели все сломаны, только две мечети, а в Казанском и прочих той губернии уездах, також в Воронежской, Нижегородской, Астраханской и Симбирской губерниях, где магометанцы ж жительство имеют особыми деревнями, в которых жительства русских и новокрещенных нет, а в тех их татарских деревнях, по переписи мужеска пола душ написано не менее, как от 200 до 300 душ, в каждой: таким, губернаторам, обще с епархиальными архиереи, до строения тех татарских мечетей, ежели где старыя сломаны, их допускать. А ежели в которой татарской деревне толикаго числе душ по переписи мужескаго пола нет, а мечети быть надобно: то велеть к той деревне приписывать ближния к ней деревни, чтоб было у каждой мечети, как выше писано, от 200 до 300 душ; и где те мечети из несломанных оставить, или вновь, вместо сломанной, построить определено будет: тем всем мечетям, в которой деревни и при скольких числом по переписи душ будет определено, подробныя ведомости прислать в правительств, сенат и св. правит, синод при доношениях, а таковы же оставить в губерниях и епархиях. А более того определеннаго числа, тех мечетей впредь, хотя по новой переписи, и после того, числом душ пред нынешним, их татар и умножилось, строить отнюдь не допускать, и того смотреть накрепко губернаторам и воеводам и епархиальных архиереям; а быть то-ликому числе мечетей, сколько по нынешнему положению по числу мужескаго пола душ определено; а ежели сверх того положения, где останутся излишния мечети, по прежним указам, сломать немедленно... Что же астраханский губернатор пишет о несломании мечетей прочих народов, кроме татар, а сколько каких именно, того не показано: того ради, из этой губернии, о том прислать в сенат обстоятельную ведомость, по которой тогда и решение учинено будет; и о том послать указы" и проч.23.

Преосвященный Антоний, митрополит Тобольский, на посланный из св. синода указ представлял о переселении и о высылке из города Тобольска от общежительства с христианами юртовских татар и бухарцов (коих де на Нижнем посаде по переписным 1719 года книгам показано только 62 юрты, а живут в средине между российскими стена об стену) в их иноверческия, близ города Тобольска имеющияся жилища, или о поселении их особою слободою за городом... и о сломании у них татарских мечетей. Св. синод был вполне согласен с представлением митрополита Антония, что "ради Церкви Христовы и общей государственной и всех тобольских благочестивых граждан прописанной в его преосвященства представлениях пользы, и для пресечения всех происходящих от общаго с ними татары жития христианам соблазнов и в юртах их чинящихся скверных беззаконий и свад, помянутых татар и бухарцов, яко в самом малом юрте числе, т.е. точию в 62 находящихся, из города Тобольска на показанное в 2 верста место, или в ближния к Тобольску, а именно в 6 точию верстах находящиеся медянские юрты, в коих к поселению их места имеется весьма довольное число, или кто куда из них пожелает, переселить весьма надлежит. А Сибирская губернская канцелярия на посланный из правител. сената указ рапортом объявляет: То-больскаго де уезда и о городских и дяревенских мечетях в Сибирской губерн. канцелярии, где татарския мечети надлежало сломать, и для их неминуемой законной татарской нужды без разломки по числу мужеска пола душ от 200 до 300 душ оставить надлежало, росписание учинено, и к преосвященному Антонию, митрополиту Тобольскому и Сибирскому, при промемории сообщено с требованием на то общаго, в силу онаго указа, согласнаго определения, ибо по тому Сибирской губернской канцелярии росписанию определено разломать в Тобольском во всем уезде 66 мечетей, да оставить и вновь построить всего при числе мужеска пола 5.843 душах 23 мечети". Преосвященный Антоний отвечал, что по силе состоявшихся указов "надлежит определение учинить не токмо об одном том, что татарския мечети сломать и сколько где оных без разломки оставить и татар к ним по числу душ распределить, но их татар самих из всех таких мест, где русские и новокрещенные жительство имеют, выслать в их иноверческия татарския жилища, где такие же иноверцы живут, как в состоявшемся ея императорскаго величества сентября 28 дня 1743 года указе изображено, и для того о переселении обретающихся в сибирской губернии магометанскаго закона татар, как из прочих русских и ново-крещенных жилищ, так и из Тобольска в их татарския жилища, где они сами пожелают жить, надлежало определить, и потому учинить высылку неотменно, почему б удобнее возможно было его преосвященству знать, где и при какой именно мечети сколько душ обретаться будет... От Сибирской губернской канцелярии промемориею к его преосвященству было объявлено, что канцелярия сия из Тобольска татар и бухарцов в их татарския жилища переселить опасна, потому, что в присланном ея императорскаго величества из правительс. сената указе то, чтоб обретающихся в городах татар переселять в другая татарския жилища, не показано, а повелено переселить татар тех, кои в деревнях живут, где русские и новокрещенные жить будут, и требовало вторично, дабы учинить его преосвященству согласное с Сибирскою губер. канцеляриею о сломании татарских мечетей и о распределении к оставшим за разломкою мечетям же татар по числу душ, как о том в прежде посланной промемории написано; на что того же 1745 года генваря 4 дня в Сибирскую губернскую канцелярию присланною ж промемориею от его преосвященства написано: понеже де хотя в оном присланном ея императорскаго величества указе из правит, сената того, чтоб из городов татар в их иноверческия жилища высылать, и не написано, а написано высылать из таких деревень, где русские и новокрещенные жительство имеют, только ж и того, чтоб из одних только деревень высылать, а из городов не высылать, не написано ж; а разумеется де оное определение по силе вышереченнаго ея императорскаго величества указа, о всех магометанах быти генеральное, а не частное, какое для того, что без всякой выключки объявлено об них общею речью, где они магометане жительства свои с христианы имеют, повелено высылать, и ежели о деревнях такое попечение иметь, где мало христианских душ обретается, то де кольми паче за преимущество городов и за преизящество благочестивых христиан жительства надлежит иметь всеприлежное тщание, чтоб выслать оных тобольских, також и тюменских татар в их иноверческия жилища, как и прочих в скорости, дабы отныне впредь татары жительство имели с подобными себе татарами, а не сместно с христианы, а христоименитый народ русские с новокрещенными, чтоб никому от них татар впредь никакого соблазна не было"... Сибирская канцелярия тянула только время и говорила, что выслать, сама собою, татар и бухарцов из Тобольска и других сибирских городов, за неимением точнаго о том указа, принудить опасна. Прежде нежели этот точный указ пришел, преосвященный Антоний сочел нужным взять с городских магометан подписки с обозначением того, " при которых они мечетях в причислении быть пожелают, чтоб впредь, когда повелено будет их из городов выслать, не имели они к переселению своему отговорки и отлагательств. По справке оказалось в городе Тобольске татар и бухарцов муж. пола 290 душ в 42 дворах. В ведомости Сибирской губернской канцелярии было показано, что в городе Тобольске на Нижнем посаде две мечети сломаны, при них муж. пола 290 душ, кои приписаны по близости к мечети в Медянских юртах от Тобольска в 6 верстах, Тобольскаго ж уезда во всех юртах сломано 66 мечетей, оставлено и вновь построено 23 мечети, в оных мужеска пола 5.843 души".

Но как разрушение незаконнопостроенных мечетей в Казани вызвало че-лобитныя, так и здесь произошло тоже самое. "В собрании правительствующий сенат, слушав челобитныя Сибирской губернии городов Тобольска, Тюмени, Тары, Томска, татар и бухарцов, Абыза Итик Сеитова, Аптуха, Кафа-ра, Абреимова, Миролея Есиева, Ашмелева, и св. синода ведения и выписки, а в челобитье оных татар и бухарцов написано: в прошлых давних годах, до взятья и по взятье под высочайшую ея императорскаго величества державу, сибирская сторона и до поселения городов Тобольска, Тюменя, Тары и Томска, от роду их татары и бухарцы, и по них прадеды, деды и отцы их жили, и они живут на тех же местах и поныне без утеснения, и службы служат и всякия подати и поборы платят всегда бездоимочно. А в 1743 году апреля в 5 день по грамоте, присланной из Москвы, повелено, которые иноземцы в Тобольске живут под горою и в иных местах, но прежнему в тех же местах жить, а на Паньин бугор и за Знаменский монастырь высылать не определено. Да и по грамоте же 1743 года октября 11 дня велено, мечети для их законней нужды в Сибирской губернии иметь невозбранно. А в 1744 году июля от 24 числа по присланному невозбранно. А в 1744 году июля от 24 числа по присланному ея императорскаго величества из правит, сената указу велено, Сибирской губернии, где магометанскаго закона жительство имеют особыми деревнями, в которых жительства русских и новокрещеных нет, в тех местах для необходимой их законной нужды мечетей оставить, чтоб было у каждой не более от 200 до 300 муж. пола душ, а не в каждой деревне, а прочия оставшия по числу муж. пола душ мечети велено все разломать без остатка. И в силу де онаго ея императорскаго величества указа, а по определению Сибирской губернск. канцелярии имевшияся в городе Тобольске на Нижнем посаде две мечети сломаны, а приписаны все тобольские татары и бухарцы 290 душ к Медянской мечети чрез разстояние 6 верст, а прочие Тобольскаго уезда в деревнях только оставлено по учиненному в реченной губернск. канцелярии росписанию от 200 и до 300 душ по одной мечети, всего в Тобольском уезде при 5.843 душах 23, а разломано 66, в Тюмене городе и в уезде разломано 19, оставлено 13, и приписываны к оставшим мечетям разстоянием от 70 верст и более, и для моления по их магометанскому закону живущим, как в городе Тобольске татарам и бухарцам в Медянские юрты, и объявленных городов Тюменя, Тары и Томска в уездах из деревень за дальностью разстояния ездить никак невозможно, в зимнее время от тяжких морозов, а в летнее за реками от великих погод, а паче тобольским из города за великою рекою Иртышем, ибо моление происходит по закону их в каждые сутки по 5 раз, и за таковым отдаленным разстоянием и частыми для моления переезками, ко-тораго оставить по их законной нужде невозможно, приходят все во всеконеч-ное разорение и нищетстсво; а в прошедших де годах бывший в Тобольске и в Тюмене преосвящ. схимонах Феодор, проповедник закона христианскаго, крестил из разных родов иноверцов Сибирской губернии идолопоклонников, а желающих из татар и бухарцов, а в мечетях их, как церквам и закону христианскому никакой противности не усмотрел, тако же и по нем схимонах Феодор бывшие митрополиты; а хотя они татары и бухарцы в предании магометанском отпадшие находятся, и приносят молитву по закону пророка Моисея, а воздают вышнему небесному Богу благодарение, а не идолам, которые приносят в молитву Акун и Абыз, и моление их совершается не во время христианскаго в церквах пения, ово прежде, ово после... а в городе Казани по указу ея императорскаго величества повелено татарам построить две мечети, а они тобольские, тюменские, тарские и томские татары и бухарцы с русскими и новокрещеными в житии дворами и деревнями никакого сообщества не имеют, и отстоить деревня от деревни верст по 5 и по 10 и более от русских жилищ, а не так, как в Казанской губернии в городе и в уезде татары с русскими и новокрещеными жительство имеют смежное; в губернии ж Астраханской в городе Астрахани у татар и бухарцов, которые магометанскаго ж закона, выехавши из разных городов Бухарин в Астрахань, имеют мечети невозбранно и не ломаны, а в Тобольском городе на Нижнем посаде живущих татар и бухарцов у 290 душ мечети ныне не имеются, в чем они за частыми отьездками для моления не малое же имеют разорение и приходят в убожество, и просят, чтоб повелено было за показанными их изнеможениями в построении разломанных, как в городе Тобольске на Нижнем посаде и в уезде, так и по городам в Тюмене, в Таре, и в Томске в уездах по деревням мечетей по прежнему повелено было для их законных крайних и необходимых нужд дать позволение24 . Приказали (8 октября 1747 года): живущих в Тобольске и в прочих той губернии в вышеписанных городах, а не в уездах иноверцов из городов ныне до будущаго указа в другая места не переводить, а прислать в сенат из той Сибирской губернии доношение: в Тобольске и в прочих вышеозначенных городах те иноверцы ныне живут особливыми ли от русских слободами, или в тех городах между русскими в смежности своими дворами поселены, а ежели они иноверцы живут между русских людей дворов, и для того, буде из городов свесть и поселить в одном месте слободами, то к тому их поселению есть ли порозжия и удобныя к тому их поселению места и при городах ли, и в каком разстоянии от городов; и учиня о всем том опись и чертежи приложить при вышеписанном доношении; а для показанных от них иноверцов по их закону нужд, как живущих в Тобольске, так и в прочих той губернии в вышеписанных городах, тем иноверцам до вышеписаннаго разсмотрения дозволить построить разстоянием от каждаго города, где пристойно, в полуверсте по одной мечети, и о том в сибирскую губернскую канцелярию послать указ; что же в вышеписанном их татар и бухарцов челобитье написано, яко бы в уездах мечети сделаны, и они приписаны к тем мечетям разстоянием от 10 верст и больше, от чего несут отягощение... о том надлежит разсмотрение и надлежащее учинить Тобольскому архиерею обще с сибирским губернатором... в вышеписанном же в Сибирскую губернию указ написать, чтоб та губерния, пока о переселении тех магометан из городов в сенат точное решение будет учинено, имела крепкое смотрение, дабы они магометане христианам никаких соблазнов и непотребств отнюдь чинить не дерзали" 25.

Замечательно в вышеприведенных законоположениях о татарских мечетях то, какое важное значение давалось местному преосвященству, как блюстителю веры и благочестия в своей епархии. Светское правительство, губернския канцелярии и губернатор обязывались законом действовать согласно и совместно с преосвященным ко благу Церкви Христовой. Чтобы русским и ново-крещенным татарам не было никакого соблазна от магометан, повелевалось этих последних выселять в иноверческия, т.е. нехристианския, жилища; там, где жили вместе магометане с русскими и новокрещенными, ни под каким видом не позволялось строить мечетей татарских. При таком ограничении магометане, действительно, не могли бы делать насмешек над новокрещенными, да и сами не могли бы почитать себя вполне свободными от влияния русскаго православного духовенства: преосвященному вверено было строгое наблюдение за тем, чтобы число мечетей не умножалось и не превышало штатного количества душ муж. пола. Преосвященный хорощо понимал, что увеличение мечетей увеличит силу магометанства, а следовательно, задержит распространение между сибирскими инородцами вообще, и татарами в особенности, христианства. К сожалению, светское правительство в Сибири, как заметно, далеко не могло соревновать заботам преосвященного Антония о пользе Православной Церкви. Не  смотря на то, что в указе прямо говорилось о разобщении магометан от русских и новокрещенных, светское правительство опасалось выслать из Тобольска татар и бухарцов, тогда как нимало не опасалось производить  это разобщение по деревням. В челобитной сибирских татар многое представлено было нев надлежащей справедливости. Городские тобольские татары и бухарцы давно занимали внимание местных преосвященных. Своими криками близ св. церквей, своими соблазнами для русских и совращениями новокрещенных в магометанство, они давно возбудили в архиереях желание удалить их из города, от сообщения с русскими и новокрещенными. Еще тобольский митрополит Павел (1685 год) просил, чтобы их переселить на Панин бугор. Но тогда татар и бухарцов не перевели из Тобольска, а только обязали, чтоб они, живя близ руских церквей, во время служб не кричали и безчинства не чинили и новокрещен обратно в свою бусурманскую веру не прельщали26.  После преосвящен. Павла представлял о переводе тобольских татар и бухарцев на Панин бугор митрополит Филофей (Лещинский); но и его представление  не было вполне уважено. В 1703 году велено было тобольским татарам мечеть свою отнести от церквей Божьих в дальныя места27. Было ли испол­нено тобольскими татарами это высочайшее повеление, не можем сказать ре­шительно; но, судя по тем сведениям, какия доставлены были преосвящ. Ан­тонием (Стаховским) в св. синод, и по справкам, какия наводила губернская сибирская канцелярия, можно с уверенностью предположить, что оно не было исполнено. Вместо одной мечети, которую повелевалось отнести в дальныя места от св. церквей, в 1744-1745 годах на Нижнем посаде было уже две ме­чети. Жалоба татар-магометан на то, будто некоторые из них приписаны к таким мечетям, которыя находятся от них верст на 70 и более, едва ли оказа­лась справедливою. Но если бы даже было и так, то разве многая русския деревни в Сибири не отстояли от своих приходских церквей более, чем на 100 вест? Припомним, кстати, что магометанин, собственно говоря, и не нуждает­ся в мечети: всякая частная изба может быть мечетью и все пятивременныя молитвы, без всякаго ущерба, могут быть также совершены и в избе, а не в мечети непременно. Татары и бухарцы писали в челобитной, что они живут с русскими и новокрещеными не смежно, как в Казани и в Казанском уезде, между тем преосвящ. Антоний писал, что они с русскими и новокрещенными живут стена об стену: значит, их речи были несправедливы. Точно также они говорили ложь, будто им позволено по грамате 1703 года иметь мечети в Си­бирской губернии невозбранно. Столь же было несправедливо их указание и на то, будто в Астрахани мечети не ломаны и магометане имеют их невоз­бранно. Несправедливость эту мы скоро увидим.
Мечети не сломаны были против указа 1742 года, от 19 ноября, только в земле башкирской и то по какому-то странному опасению. "Правительствующий сенат, слушав доношение Уфимской провинциальной канцелярии, приказали (20 февраля 1744 года): понеже, по именному блаженныя памяти государыни императрицы Анны Иоанновны, 736 года, указу велено, в башкирах мечетей и школ без указов вновь не строить, а чтоб старыя испразднить, того не изображено; да и по определению правит, сената 742 года ноября 2 (19) дня велено: новопостроенныя за запретительными указами мечети, по силе св. синода определения, а наипаче в таких местах, где восприявшие веру греческаго исповедания жительство имеют, сломать, и впредь строить не допускать; а ежели где оные татары жительство имеют, во отдалении от новокрещеных жительств, и особливыми от них селами и деревнями, состоять, а в них мечети есть; но и о таких Казанской, Астраханской и Воронежской губерний губернским канцеляриям, согласаясь с епархиальными архиереи и на мере постановя, донести в правительствующий сенат и ожидать конфирмации; а в башкирских жилищах татарския мечети впредь до указа оставить, дабы те башкирцы, как бригадир Аксаков представляет, не поставили себе в тягость, и от того не воспоследовало б какого помешательства, а впредь без особливых из сената указов таких мечетей не строить28".

Надобно удивляться, как местное правительство Уфимской провинции было увертливо. Еще Анна Иоанновна запретила в 1736 году вновь строить мечети среди башкир. Можно предположить, что эта государыня не желала закреплять башкир в магометанстве, так как они тогда были еще почти чужды магометанства и придерживались более шаманских, языческих заблуждений. В 1742 году был издан указ о сломании мечетей в видах ограждения религиозно-нравственной жизни новокрещенных. Бригадир Аксаков, не к чести своей, подобно сибирской канцелярии, начал хлопотать об интересах магометанства среди башкир: стал наводить объяснения на указы. Если был прислан указ о сломании мечетей среди башкир, то и следовало его исполнить, тем более, что башкиры состояли "под особливыми указами". Здесь, следовательно, не нужно было даже брать во внимание, при сломании мечетей, тех условий, какия были узаконены среди довольно уже укрепившагося магометанства татар казанских. Присовокупим к этому еще и то, что несправедливо было доношение Уфимской провинциальной канцелярии о том, будто "в башкирских жилищах новокрещенных жительства никто не имеют". Еще в 1742 году архимандрит Димитрий Сеченов, управляющий конторою новокрещенных дел, доносил Св. синоду, что из башкир, исповедывавших магометанство, обращено к христианству в 1741 и в январе 1742 годах 143 души29. Надобно заметить, что доно-шения уфимской провинциальной канцелярии не отличались обстоятельностью. В них, напр., вовсе не показано, сколько тогда (в 1744 году) было башкир в этой провинции и сколько было в то время у них мечетей.

В 1744 же году явилась мечеть близ Оренбурга. Анна Иоанновна вызывала людей к Оренбургу и дала некоторые преимущества тем, кто согласится поселиться в Оренбурге. Охотников на переселение было очень мало. В 1744 году казанские татары, "люди торговые и пожиточные", самоохотно изъявляли желание поселиться и жить при Оренбурге, на основании данных преимуществ. Они просили только, чтобы их уволили от дачи рекрут и позволили им свободно отправлять свою веру, т.е. строить мечети. Правительствующий сенат согласен был с представлением тайнаго советника Неплюева о желании казанских татар поселиться близ Оренбурга и дал знать, чтобы "тех татар принять только двести семей, а более не принимать, и при приеме их накрепко наблюдать, чтоб принимаемы были люди пожиточные и торги производить могущие, от чего б в тамошмем, яко вновь заведенном месте, коммерция распространялась и от того интересу ея императорскаго величества было приращение; а подушныя деньги платить за них в те места, где оне положены, собирая с них из оренбургской коммиссии, а рекрут с них не брать, а им, вместо того, когда случай требовать будет, служить с прочими нерегулярными около Оренбурга; службы також и мечеть им вне города, где их особо селение будет, по силе данной городу Оренбургу привиллегии, построить позволить, токмо их обязать, чтоб они в свой магометанский закон из поданных ея императорскаго величества и из других народов, которые туда приезжать будут, никого не подговаривали и не превращали" и проч.30.

О мечетях в Астраханской губернии мы узнаем по поводу челобитной, поданной от татар Казанскаго и Сибирскаго уездов. "Правительствующий сенат, слушав экстракт, учиненный по челобитью Казанской губернии от всех служилых мурз и татар повереннаго от Казанскаго и Сибирскаго уездов на горной стороне деревни Верхних Чапках, служилаго татарина Якуба Биметева, в котором явствует, что в 1744 году апреля 13 дня (далее следует содержание указа 1744 года, который нам уже известен, см. выше стр.296-299). А присланными в сенат ведомостьми показано, а именно: из Казанской губернии, что в Казани и в Казанском уезде прежде было 536 мечетей, сломано 418, оставлено 118; а при скольких душах, того не показано; из Сибирской: в Тобольске, в Таре и в уездах было 133 мечети, сломано 98, оставлено и вновь построено 35, при оных мужеска пола 8.535 душ; из Астраханской: при Астрахани де и в степных местах, в татарских юртах было 40 мечетей и из них сломано 29, оставлено 11, при них татар и прочих магометанцов 3.245 душ. А ныне (в 1756 году) поданным в сенат Казанской губернии от всех служивых мурз и татар поверенный служивой татарин Якуб Биметев челобитьем просит, чтоб в их татарских больших и малых деревнях, в коих они жительствуют, а мечетей не построено, повелено было мечети для моления по закону из вновь попрежнему построить; а находящихся в тех деревнях новокрещенных, коих находится по малому числу душ, а именно человек от двух до шести, из тех их жительств вывесть и поселить с прочими новокрещены или с русскими. А по состоявшемуся в 1740 году сентября 11 именному (Анны Иоанновны) указу, в 6 пункте, между прочим велено: новокрещеных иноверцов, которые живут с некрещеными, перевесть в другая деревни и поселить вместе с крещеными... А в 1743 году сентября 28 по именному же ея императорскаго величества указу, подписанному на докладе сенатском, по представлению св. синода, а в оный по доношению бывшаго у новокрещеных дел архимандрита (что ныне преосвящ. епископ Рязанский) Димитрия, между прочаго 3 пунктом велено: понеже по вышеписанному 1740 года указу велено новокрещеных, кото-рыя живут в одних деревнях с некрещеными, переводить в другая деревни, а в Казанской губернии в одних деревнях является новокрещеных две, а иноверцов одна часть двороваго числа и меньше, и буде иноверцы с малым числом дворов будут оставаться на прежних с малым числом дворов будут оставаться на прежних своих жилищах и от того переселения новокрещеных восследует убыток и от иноверцов же порицание, якобы за восприятие св. крещения они старинных своих жилищ лишаются, чрез что многие иноверцы к тому крещению приходить воспрепятствуются, и для того новокрещеных в другая места к переселению не высылать, а переселять иноверцов, которые с крестившимися в одних деревнях живут; чего ради оные иноверцы, не хотя прежних своих домов и земель лишиться, придут все к св. крещению самовольно. А в 1755 году сентября 3 дня ея императорское величество указать соизволила: состоящих в Казанской и прочих губерниях магометанскаго закона некрещеных татар, живущих с новокрещеными в одних деревнях, но от тех татар о непереселении их просьбы в сенат происходят, до ея императорскаго величества указа не переселять". Сенат в то же время требовал, чтобы доставлены были ведомости о том, сколько состоит в каждой деревне магометан, крестившихся и некрестившихся. "А присланными в сенат ведомостями показано, что тех татар крещеных и некрещеных в разных деревнях состоит в ведомстве нижеписанных мест, а именно: в Казанской провинции ясачных крещеных 1.616, некрещеных - 35.005; в Казанской адмиралтейской конторе состоящих при корабельной работе крещеных 1.766, некрещеных 63.908; в Сибирской провинции крещеных 288, некрещеных 592, итого крещеных 3.670, некрещеных 99.505. А присланными в сенат обретающийся в казанской и прочих губерниях у новокрещенских дел статский советник Вечеслов доноше-ниями представлял, что по вышеписанному 1746 году сентября 28 числа указу велено некрещеных иноверцов, живущих в одних деревнях с новокрещеными, переселять в другая деревни; а ныне де, по усмотрению его, Казанской губернии и той губернии разных городов в уездах во всех иноверческих деревнях имеются новокрещеные и жительство имеют с некрещеными, да не только в каждой деревне, но и в одних домах и семьях живут при отцах некрещеных дети новокрещеные, а в иных дворах отцы новокрещеные, а дети иноверцы некрещеные, от чего де происходят не малые соблазны, да и священникам в такие домы для обучения христианскаго закона и с всякою требою входить никак невозможно; а хотя де в татарских нескольких деревнях новокрещен и не имеется и таких деревень самое малое число, и в тех деревнях всех иноверцов уместить и землями и всякими угодьями удовольствовать никак невозможно... требует он Вечеслов, повелено ль будет как новокрещен, так и иноверцов в тех же уездах, в коих они жительство имеют, развести особыми деревнями,... а которые новокрещены живут в одних семьях и дворах, не повелено ль будет потому же их отлучить... Приказали: в вышеписанных Казанской, Воронежской, Нижегородской, Астраханской и Сибирской губерниях, где татары магометанскаго закона жительство имеют особыми деревнями, в которых жительства русских и новокрещеных нет, а в тех их татарских деревнях по нынешней ревизии муж. пола душ написано не менее как от 200 до 300 душ в каждой: таких, до строения татарских мечетей, ежели где оных нет, а в которых и были, да сломаны, по силе вышепредписанного общаго их прав, сената и св. синода прошлаго 1744 года апреля 13 дня определения, допускать; а ежели в которой татарской деревне толикаго числа душ по ревизии муж. пола душ нет, а мечети быть надобно: то велеть к той деревне приписывать ближния к ней деревни, и те мечети в тех деревнях им татарам строить, располагая по препорции, чтоб при каждой мечети было от 200 до 300 душ; в которых же их татарских деревнях находятся новокрещеные, коих против их татар состоит десятая часть, и таковых новокрещеных всех из тех их татарских деревень вывесть в другая деревни и поселить вместе с крещеными ж из иноверцов и старинными русскими людьми, и по переселении тех новокрещен, в тех их татарских деревнях к строению их татарских мечетей допускать, располагая по вышеписанной же препорции, чтоб при каждой мечети от 200 до 300 душ было; буде же в которых деревнях тех новокрещен против их татар состоит свыше десятой части, и таковых новокрещен из тех деревень не переводить и в оных к строению мечетей их татар не допускать, а строить им татарам те мечети в других их татарских ближних деревнях, в которых русских и новокрещенных не будет, располагая число душ, как выше сего написано". По поводу доношений советника Вечеслова было сказано: "ежели из них при которых отцах крещеных из магометан, явятся дети некрещеные малолетние и не свыше 12 лет, то их оставлять при тех отцах их, кои крестившиеся, дабы и они, будучи в малолетстве могли в христианский закон приведены быть; а у которых новокрещеных магометан дети есть свыше вышеписанных лет, в веру греческаго исповедания не крещены, тех с отцами их крещеными, также и кои отцы состоят поныне в своем магометанском законе, а дети их живут в одних домах с отцами крещеными, а в тех деревнях всех крещеных состоит не свыше десятой части, то тех крещеных переселить в другая деревни, где русские и новокрещеные из иноверцов живут, а не крещеным остаться на прежних жилищах; а в коих деревнях новокрещен состоит против татар свыше десятой части, то тех отцов и детей некрещеных вывесть же в другая места и поселить с некрещеными" и проч.31.

За челобитною Якуба Биметева явилась скоро челобитная Алкина и служилых татар и мурз деревни Поповки (близ Казани). В 1759 году от 23 сентября дано было позволение строить мечеть в деревне Поповке. Из этой деревни служилые татары и мурзы просили, чтобы дозволено им было построить другую мечеть, так как в Поповку из татарской казанской слободы после пожара переведено до 800 человек и более, и так как поблизости Поповки св. церквей и русских людей в жительстве не находится. "Приказали: понеже в 1744 году апр. 13 по общему правит, сената и св. правит, синода определению, и после того 1756 году генваря 26 и марта 8 чисел велено было (затем приводится содержание этих указов, которые мы уже поместили выше, см. стр.296-299 и 314-319). А в вышеобъявленной деревне Поповке, как переводчик Алкин в прошении своем объявляет, что их татар после пожара из казанской татарской слободы в означенную деревню Поповку переведено до 800 душ, к томуж и посланный из правит, сената для освидетельства в казанской татарской слободе и в вышеписанной деревне Поповке земли, геодезии офицер, в 753 году в сенат доношением объявил, что оная деревня Поповка от русских жилищ разстоянием состоит, а именно: с одной стороны в версте в 240 саж., а с другой стороны в версте и в 40 саж., а в той деревне Поповке в близости ея русских жилищ никого не имеется, а их татар поселено 128 дворов. Того ради в разсуждения такого их татар в той деревне Поповке не малаго числа душ, и что как в ней, так и вблизости оной св. церквей и русских жительств не находится, в силу вышеписанных прав, сената и св. правит, синода 1744 и 1756 годов определений, в построении в означенной деревне Поповке для моления их татар другой мечети казанской губернской канцелярии дать позволение"32.

Продолжение читайте в следующем номере журнала

Примечания

1 См. дело Каз. дух. консистории (по 1 столу) № 6 (о браках крещ. татар с некрещеными... и о переселении уклонившихся в магометанство крещ. татар Чистоп. и Спасск. уездов 8 др. селения. Нач. 18 января 1847 г. стр.351, а также 423 и дал.
2 Русск. летопись по Никонову списку. Спб. 1791 г. 4.VII, стр.83, 86, 98, 222, 287.
3 Там же стр.185, 181 и 191 и наобор.
4 Там же стр.233.
5 Там же стр.178.
6 Там же стр.150. Труды восточн. отдел. Импер. архёол. общ. ч.IX. стр.387 и 275.
7 Tom.IX. стр.105.
8 Или, как сказано в подлинных дел. турецк. Ne 2 л.23, по ссылке Карамзина же в пр.347 к T.IX: "И в тех городах мусульмански* веры люди по своему обычею миэгити и кошени держать, и государь их ничем от их веры не нудить, и мольбище их не рушить; всякой иноземец в своей вере живет".
9 Карамз. Истор. госуд. росс. т.Х. с.36 и пр. 108, где ссылка на дела турецкия.
10 Труды восточ. отделения. Импер. археол. общества ч.Х. Соб. 1864 г. "Иэследовяние о касимовских царях и царевичах .В.В.Вельяминова-Зернова. ч.2-я, стр. 1-2 и 83-84.
11 Акты археограф, экспед. т.1. № 358.
12 Акты археограф, экспед. т.1. № 358.
13 История Казани, Баженова. ч.И, глав.XVIII. стр.31. Казань. 1847.
14 Труды восточн. отделения Импер. археол. общества. Ч.Х1. (1866 г.) "Иэслед. о касимов. царях и царевичах". ч.Ш стр.218,219.
15 Пермск. губ. ведом. 1855 Журн. м. вн. дел. 1855 кн.II.
16 Памяти, княжк. Воронежской губ. 1861 г. стр.134,157. и др.
17. Истор. России, Солоьева. т.ХII. стр.139. Подольск, епарх.ведом. 1865 г. № 4.
18. Полн. собр. закон. Т.Н. № 1224 и 1313.
19. Полн. собр. закон. T.IV. № 1946.
20. Топограф, описание Казани, Зиновьева. Москва. 1788. стр.50.
21 Полy. собр. зак. т.1Х. № 6890 п.14.
22 Там же т.ХI. № 8664.
23 Полн. собр. закон. т.ХII № 8978
24. В ведении св. синода говорилось то, что выше мы сказали о митрополите Антонии.
25. Полн. собр. закон. т.ХII. № 9446.
26 Полн. собр. зак. т.II. № 1117.
27 Там же, т.IV. №1946.
28 Полн. собр. зак. т. XII №8875
29 См. Прав. Собеседн. 1858 г. ч. III. стр. 248.
30. Полн. собр. зак. т.XII. № 8893.
31 Поли. собр. зак. T.XIV. № 10597.
32 Поли. собр. зак. T.XV. № 10991.