1998 1/2

Турецкий след в архиве Татарстана

Общеизвестно, насколько тесно переплетены исторические судьбы татарского и турецкого народов. В период существования самостоятель­ного татарского государства на Волге, его свя­зывали с Турцией довольно тесные дипломати­ческие и экономические отношения. Еще теснее были связи в. области духовной культуры. Кон­такты братских народов не прекращались и в последующие периоды. Они переживали време­на спада и подъема, но никогда не уходили в небытие. Вместе с тем на их изучение накла­дывала свой отпечаток политическая конъюнк­тура. Эта тема, мягко говоря, не рекомендова­лась для изучения ни до 1917-го, ни после не­го. Сейчас, с обретением суверенитета, ученые Татарстана имеют большие возможности дая раскрытия этой страницы истории. Хотя остат­ки имперского мышления в сознании нет-нет да и дают еще о себе знать на различных уровнях. В Национальном архиве Татарстана отложился довольно солидный массив докумен­тов, имеющих самое прямое отношение как к татаро-турецким отношениям, так и в более широком смысле к политике царской России в отношении мусульман. Думаю, что они еще ждут своего часа для публикации. Во время визита в Татарстан руководителя архивной службы Турецкой Республики господина Исмета Бинарка была достигнута договоренность не только об обмене документами, представляю­щими взаимный интерес, но, возможно, и о совместных изданиях. Нет надобности напоми­нать, что целый ряд важных событий истории Золотой Орды и Казанского государства может быть прояснен только при ознакомлении с архивами Турецкой Республики. Мы весьма бла­годарны архивистам Турции за передачу нам копии письма хана Улуг Мухаммеда турецкому султану Гази Мурату, по-новому освещающего некоторые драматические события XV-ro века.

В этом номере журнал публикует фото­копию письма заместителя министра внутрен­них дел России Казанскому губернатору и отчет о пребывании в России известного турец­кого политического деятеля Хильми-паши. В нашей печати уже публиковались подобные же материалы о посещении Казани Махмудом-Эссадом, видным экономистом, будущим сорат­ником Кемаля Ататюрка. Все эти контакты на­ходились под неослабным наблюдением спец­служб России. Полагаем, что читателю будет интересно узнать об одной из малоизвестных страниц истории взаимоотношений двух брат­ских народов. На очереди и следующие публи­кации по этой теме.

 

Хроника пребывания бывшего турецкого великого визиря Хильми-паши в г.Казани 15-17 апреля 1910 г.

15    АПРЕЛЯ    1910    ГОДА, Четверг.

Из газет русских и татарских было известно, что бывший в Турции ве­ликим визирем Хусейн Хильми-паша, предполагая прокатиться вниз по Волге, намерен посетить и гор.Казань, но день приезда его в Казань никому из  публики  известен  не  был,  о  дне  и часе  его  прибытия  на пароходе "Достоевский" общества "Самолет" было известно лишь местной админист­рации.

В четверг 15 апреля к 10 часам утра на пристань пароходного общества "Самолет", ко встрече Хильми-паши, прибыли: вице-губернатор Георгий Болеславович Петкевич, начальник Казанского губернского жандармского управления Константин Иванович Калинин, городской голова Сергей Анд­реевич Бекетов, полицмейстер Алексей Иванович Васильев и члены Казан­ского временного комитета по делам печати Николай Иванович Ашмарин и профессор университета Николай Федорович Катанов. Последние 3 лица /гг.Васильев, Ашмарин и Катанов/ все 3 дня пребывания Хильми-паши в Казани /15, 16 и 17 апреля 1910 г./, а г.казанский губернатор Михаил Ва­сильевич Стрижевский последние 2 дня /16 и 17 апреля 1910 г./ находи­лись при Хильми-паше все время неотлучно, сопровождая его всюду, куда бы он ни ездил. Кроме того, встретил, всюду сопровождал и проводил Хильми-пашу жительствующий в Адмиралтейской слободе ахун Шарафуд-дин Абызов. Кроме упомянутых здесь 7 лиц, Хильми-пашу на пристани в 10 часов утра встретило несколько татар, бывших тут, по-видимому, слу­чайно.

- По специальному поручению и распоряжению г.казанского губернато­ра М.В.Стрижевского.

С пристани в 10 часов 15 минут утра Хильми-паша, в сопровождении вице-губернатора, полицмейстера, гг.Абызова, Ашмарина и Катанова, от­правился в г.Казань на Воскресенскую улицу, в гостиницу "Франция".

По прибытии в гостиницу, проф.Н.Ф.Катанов и Н.И.Ашмарин обрати­лись к Хильми-паше с предложением ему своих услуг при обозрении города в качестве переводчиков и разъяснителей по части местной археологии, ис­тории и этнографии и просили его о сообщении им, в каком порядке он, Хильми-паша, желал бы обозревать достопримечательности города и что именно было бы ему желательно осмотреть. Хильми-паша сказал, что он желает осмотреть в Казани: 1/ Академию восточных языков, 2/ Фабрики и заводы (сукна, шелка и пр.), 3/ Благовещенский собор, 4/ Башню Сююм-бике, 5/ Городской музей, 6/ Татарский город, 7/ Мечети.

По взаимному совещанию определено 15 апреля осмотреть все, что нахо­дится на Воскресенской и в кремле, а 16 и 17 апреля осмотреть татарскую часть города с мечетями, медресе и заводами. Об этом общем определении немедленно же было сообщено для соответствующих распоряжений полиц­мейстеру А.И.Васильеву.

Затем Н.Ф.Катанов, для предварительного ознакомления Хильми-паши с достопримечательностями города Казани, представил ему 4 серии художе­ственных и фотографических снимков с достопримечательностей г.Казани, общею стоимостью в 3 рубля, и спросил, сколько дней почетный гость предполагает пробыть в Казани, куда он намерен отправиться из Казани и с какого часа угодно будет гостю начать сегодня обозрение города. На это Хильми-паша ответил, что он думает пробыть здесь до 1 часу дня 17 апре­ля, затем отправится на самолетском же пароходе до Самары, из Самары на сибирском экспрессе доедет до Москвы, из Москвы через Варшаву поедет в Вену, сегодня же он, после приведения в порядок своего туалета, с 2 часов дня, готов будет осматривать город.

В 12 часов дня Н.Ф.Катанов и Н.И.Ашмарин оставили Хильми-пашу в номере и удалились до 2 ч.д., причем рядом с номером оставался лакей па­ши, Ибрагим, отлично говорящий по-русски и посредственно по-турецки и по-татарски. К лакею на все 3 дня было приставлено двое городовых из татар, знакомых хорошо с городом, на случай, если бы лакей пожелал для себя или Хильми-паши достать что-либо в городе.

В 2 часа дня к Хильми-паше вместе с ахуном Ш.Абызовым пришло не­сколько татар, в том числе Исмагил Каримов, сын владельца типографии, учившийся в Германии /Лейпциг/ типографскому делу, и несколько других лиц, приветствовавших Хильми-пашу с благополучным прибытием и поже­лавших ему здравия и благополучия и на будущее время.

Затем Хильми-паша в сопровождении Н.Ф.Катанова и Н.И.Ашмарина отправился на Большую Проломную улицу в Северный банк, где он полу­чил денежный в размере 500 рублей перевод. Ввиду желания Хильми-паши ориентироваться в топографии города и его слобод, а также в истории хан­ства Булгарского и Казанского, Н.И.Ашмарин и Н.Ф.Катанов представили ему подробный план Казани со слободами, купленный Н.И.Ашмариным в магазине Бреева, а Н.Ф.Катанов, кроме того, сообщил ему вкратце историю Булгар от Айдар-хана и до разрушения их в 1431 г. русским князем Пест­рым и историю Казани от хана Улуг Мухаммеда, в 1445 г., до хана Едиге-ра, в 1552 г., причем Катанов заметил, что история упомянутых ханств лучше устанавливается с помощью арабских и русских источников, нежели с помощью рассказов татарских, изобретших сказки про котел /Казань/ и свиней /Кабан/.

Из Северного банка Хильми-паша отправился в университет. Прежде всего почетный гость направился в главную библиотеку. Тут он обратил внимание на вделанный в стену вестибюля могильный памятник из г.Булгар, снабженный арабской датой 4 часа джумади 11-го 690 года гид-жры /по-русски: 4 июня 1221 г./ и положенный над могилой Сабар-Ильчжи, дочери князя Бураша. Объясняя гостю содержание памятника, проф.Н.Ф.Катанов, между прочим, заметил, что к тому же XIII веку отно­сится другой памятник, но найденный в самой Казани, на Архиерейской даче, и что благодаря этому твердо устанавливается существование г.Казани еще до разрушения г.Булгар - сначала в 1361 г. золотоордынским князем Булат-Тимуром, а потом в 1431 г. русским князем Пестрым.

В библиотеке Хильми-паша прежде всего осматривал кабинет древностей русских и восточных. Из последних особенное внимание привлекло весьма древнее Пятикнижие Моисея на еврейском языке на 50 кожах, склады­вающихся в особый цилиндр. Кроме того, Хильми-паше были показаны восточные рукописи, из которых он видел, между прочим: чагатайский "Сборник изречений" /"Дивани хикмет"/ хаджи Ахмеда Ясави, умершего в 1166 г., турецкий "Сборник притч в честь Мухаммеда" /"Мухаммедне"/ Языджи-оглу, умершего в 1449 г., и некоторые другие сочинения XVII в. Библиотека с кабинетом редкостей была показана библиотекарем Николаем Степановичем Васильевым.

Из университетской библиотеки, в сопровождении помощника попечите­ля учебного округа Петра Дмитриевича Погодина, ректора университета проф.Григория Федоровича Дормидонтова и проректора университета Вла­димира Николаевича Тонкова, Хильми-паша перешел в мюнц-кабинет, где директор кабинета - проф.Дарии Ильич Нагуевскии демонстрировал монеты западные и восточные. Из последних внимание паши привлекли монеты са-санидские, а из западных древнерусские. Осматривая древние монеты, Хильми-паша, между прочим, заметил, что древности особенно ценны то­гда, когда ценность их понимают и народные массы. При уходе из мюнц-кабинета Хильми-паша расписался в книге почетных посетителей и побла­годарил проф.Д.И.Нагуевского за данные ему, паше, объяснения и за под­несенные ему в дар каталоги монет русских, персидских и др.

Затем проф.Алексей Максимович Миронов, директор Музея изящных искусств, показывал гостю предметы своего музея, при осмотре которых Хильми-паша выказал свою осведомленность и в античном искусстве.

Из Музея изящных искусств Хильми-паша перешел в актовый зал уни­верситета, где интересовался портретами российских государей, расспраши­вал о количестве учащихся, о том, какие имеются в университете факуль­теты и какие преподаются языки. Несмотря на последние дни Страстной седмицы, на дворе, в вестибюле университета и у парадного крыльца собра­лась большая толпа студентов, которая молча наблюдала за встречей и про­водами Хильми-паши.

Из университета Хильми-паша отправился в городской научно-промышленный музей. Тут он был встречен городским головой С.А.Бекетовым, гласным думы татарином Иманкуловым и хранителем му­зея Эммануилом Даниловичем Пельцамом. Внимание Хильми-паши в го­родском музее было привлечено старинным русским вооружением, как-то: пистолетами, кольчугами и саблями. Затем он осматривал все отделы му­зея, причем подолгу интересовался каждой вещичкой и с интересом обо всем расспрашивал. Но более всего он интересовался предметами булгар-ской старины и костюмами приволжских инородцев: татар, черемис, пер­мяков и пр. Обратил внимание и на турецкие документы /квитанции, день­ги и пр./ При уходе из музея гость расписался гусиным пером в книге по­четных посетителей и поблагодарил гг.Бекетова, Пельцама и Катанова /последнего, как председателя совета музея/ за объяснения и за поднесен­ные в дар 5 каталогов музея.

Из городского музея Хильми-паша проследовал пешком в Казанскую го­родскую управу, куда пригласил его городской голова С.А.Бекетов. В го­родской управе Хильми-паша заинтересовался сметой городских доходов и расходов и в заключение попросил дать ему отчеты по городскому само­управлению, каковые и были ему поднесены. В управе объяснения гостю давали гг.Бекетов и Майков. При обозрении управы Хильми-паша, между прочим, заметил, что городское управление лишь тогда хорошо, когда к нему вполне подготовлено само население.

Из городской управы Хильми-паша проехал прямо в Благовещенский Кафедральный собор, о котором он знал, как о месте, где почивают мощи св.Гурия - первого проповедника христианства в Казанском крае. Входя в собор, Хильми-паша снял с головы феску, потом прошел направо и через проф.Н.Ф.Катанова стал расспрашивать ключаря Петра Александровича Рождественского о старинных иконах и других достопримечательностях со­бора, причем в архитектуре собора заметил сходство с Московским Успен­ским собором, а затем обратил внимание присутствующих на то, что в ту­рецких христианских храмах электричества, как новшества, из привер­женности к старине, все еще не допускают, продолжая употреблять олив­ковое масло. На прощание Рождественский поднес почетному посетителю в дар печатное описание собора.

По осмотре собора Хильми-паша прошел к башне Сююмбике, о которой, равно как и о других достопримечательностях города, он узнал из "путеводителя" Бедекера. Бедекер, по словам Хильми-паши, говорит, что дрейности принадлежат лишь нижние 4 яруса; поэтому-де он осмотрит лишь эти ярусы. Наверх он взобрался с Н.И.Ашмариным и А.И.Васильевым, полицмейстером и любовался оттуда окрестностями Каза­ни, причем, имея под руками план города, сразу ориентировался в дотоль неизвестной ему местности, спрашивал г.Ашмарина, где и куда течет Вол­га, где находятся алафузовские фабрики и заводы и пр. С большим интере­сом расспрашивал про памятник убиенным при взятии Казани воинам и пр. Взглянув с башни на губернаторский дворец, определил возраст ему в 60 лет. Когда он спустился на землю, проф.Н.Ф.Катанов сообщил, что, по общепринятому мнению, верхушка башни надстроена при императрице Анне Ивановне и что этой верхушки не видно на снимках Казани, сделан­ных путешественниками, напр., начала XVIII и конца XVII веков.

От башни Хильми-паша прошел в покои г.губернатора, где супругою г.губернатора был предложен почетному гостю кофе.

Лишь вечером, около 6 часов, Хильми-паша вернулся в гостиницу "Франция", у которой ждала его уже большая толпа зрителей. Как только высокий гость вошел к себе в номер, сейчас же подали свои визитные кар­точки татары: Мухаммед-Рахим Исхакович Юнусов, директор мусульман­ского детского приюта; Бедруддин Апанаев, купец-оптовщик; Исмагил Утямышев, купец; Ахмед-Гади Низамович Максудов, редактор-издатель га­зеты "Юлдуз". Войдя к Хильми-паше, упомянутые лица поклонились ему и, поздравивши его с благополучным прибытием, выразили желание чест­вовать его вечером 16 апреля, часов в 8 вечера, от имени всех мусульман /купцов, мулл и др.лиц/ в Купеческом клубе на Большой Проломной ули­це, на что и получили согласие. Бедруддин Апанаев, кроме того, пригласил к себе на 16 апреля в 2 часа дня позавтракать и тоже получил согласие. За­тем А.-Г.Н.Максудов поднес Хильми-паше в дар 20 своих изданий. Паша с благодарностью принял это подношение, внимательно пересмотрел те из изданий, которые были написаны г.Максудовым по-турецки, и указал ав­тору на некоторые неточности в орфографии и стилистике. При этом Хиль­ми-паша заметил, что русские мусульмане прекрасно делают, интересуясь и турецким языком, что, тем не менее, для них столь же важно было бы изу­чать, как турецкий язык, и русский и изучение последнего во многих от­ношениях практически, пожалуй, было бы даже полезнее изучения языка турецкого, потому что, во-первых, Россия для них - родина, мать, а во-вторых, чем больше человек изучает языков, тем сильнее раскрываются двери его знаний, ибо человек, изучивший 2 языка, равняется двум чело­векам, а изучивший 3 языка - трем и т.д. Потом присутствующие завели речь о борьбе в Казани за методы преподавания - старый, строго схоласти­ческий - богословский, и новый, с введением в школьный мусульманский курс и светских предметов, при обучении детей по новому, звуковому, ме­тоду взамен старого, слогового. Хильми-паша сказал, что подобная борьба нового со старым, богословского направления со светским была некогда и в Турции, что впоследствии к общему удовольствию она прекратилась и что то же случится, конечно, и в России у мусульман. М.-Р.И.Юнусов, привет­ствуя гостя с благополучным путешествием по России, заметил, что доро­гой гость прибыл в такую страну, где мусульмане и др. инородцы весьма довольны своею жизнью, ибо пользуются в ней такими же гражданскими правами, как и коренные русские. Хильми-паша благодарил посетителей за выраженные ему чувства привета и высказал надежду повидаться с ними и в следующие дни, после чего все посетители ушли домой.

Затем Хильми-паша обратился к проф.Н.Ф.Катанову с просьбой о сооб­щении ему: во-первых, сведений о числе, религии и местах обитания волж­ских и сибирских инородцев, говорящих на татарских диалектах; во-вторых, программы лекций, читаемых на всех 4 факультетах университета, в том числе и по восточным языкам; в-третьих, сведений о родственных от­ношениях казанских, золотоордынских и крымских ханов к Чингиз-хану и, в-четвертых, сведений о взаимном сходстве и различии татарских диа­лектов. Н.Ф.Катанов обещал доставить ему просимые сведения на другой день, но предупредил, что эти сведения, как извлеченные из печатных книг, будут все по-русски. На это Хильми-паша заметил, что у него в Кон­стантинополе есть секретарь, знающий отлично по-русски, и что этот сек­ретарь переведет ему все по-турецки.

Часов в 8 вечера Хильми-паша заявил, что желает принять ванну, а за­тем, немного отдохнувши, занести путевые впечатления в записную книж­ку, - и бывшие все время при нем гг.Ашмарин и Катанов уехали домой.

 

16     АПРЕЛЯ     1910     ГОДА, Пятница.

В 9 часов 30 минут утра пришли к Хильми-паше Н.И.Ашмарин и Н.Ф.Катанов. Последний из них поднес ему свои сочинения: "Родословие Чингиз-хана и сына его Джучи-хана", "Сравнительную фонетическую таб­лицу древних и новых татарских диалектов", "Обозрение преподавания в Казанском университете за 1909-1910 акад.год", "Описание эпиграфическо­го памятника Волжской Булгарии", виданного Хильми-пашей 15 апреля в вестибюле университетской библиотеки, поднес также рукописные выписки об инородцах угорского и татарского происхождения из "Энциклопедического словаря" Филиппова.

Вслед за гг.Ашмариным и Катановым пришел к Хильми-паше редактор газеты "Баянул-хак" Ахмедзян Сайдашев и поднес ему в подарок издания своей газеты - "Историю Булгар" и "Историю Казани", написанные Гай-нуддином Нахмуддиновичем Ахмаровым и составляющие собою лекции, читанные им в Восточном клубе.

Ровно в 10 часов утра приехали к Хильми-паше г. казанский губернатор Михаил Васильевич Стрижевский и приветствовал его с благополучным прибытием в Казань.

В 10 часов 15 минут утра Хильми-паша, в сопровождении г. губернатора М.В.Стрижевского и гг.Ашмарина и Катанова, направился в татарскую часть города. До них в татарскую часть города поехали: ахун Ш.Абызов, редактор - издатель газеты "Юлдуз" А.-Г.Н.Максудов и типограф И.Каримов. Хильми-паша прежде всего посетил "Медресе-Мухаммадия", называемое по-русски Галеевским медресе. Почетный посетитель был во всех 10 классах медресе: 4 классах младшей школы, 4 - средней и 2 - выс­шей, старшей, - и экзаменовал учеников старших и младших, которые, не­смотря на пятницу, вместе с учителями были на своих местах. Вопросы ученикам были задаваемы по грамматике арабского языка, арифметике, географии и логике. Беседа происходила по-турецки, причем ученики дава­ли ответы вполне сознательно, особенно ученики средних и старших клас­сов. Выходя из медресе, Хильми-паша похвалил порядок в медресе и зна­ния учеников по-арабски и по-турецки. Вообще, по настроению его было заметно, что и успехи учащихся, и постановка школьного дела произвели на него весьма приятное впечатление. При переходе из класса в класс Хильми-паша виделся как с администрацией медресе, так и с его препода­вателями: Абдур-Рахманом Тевфиком, Ахмедзяном Мустафой, Рахимом, Фатихом и др. За беседой Хильми-паши с учениками и преподавателями очень внимательно следил г.губернатор М.В.Стрижевский, которому в при­сутствии гг.Ашмарина и Катанова переводил все А.Г.-Н.Максудов. Г.губернатору при обозрении классов, представляющих полное подобие классам русским /с партами, классными досками и стенными картами/, было доложено, что мусульмане старого закала не желают заводить ничего, напоминающего русскую школу, и что из-за школьных парт, классных до­сок и стенных карт пришлось много вести борьбы. Перед оставлением мед­ресе Хильми-пашой и г. губернатором был представлен им учредитель мед­ресе, мулла Галимдзян Галеев, недавно только вернувшийся из админист­ративной ссылки. Прощаясь с учениками последнего класса, Хильми-паша обратился к ним с речью такого содержания: "Так как истинные сыны отечества должны служить прежде всего своему отечеству, а эта служба лучше всего отправляется людьми науки и учения, то завещаю вам подвизаться на пути именно науки и учения".

Как при встрече Хильми-паша у медресе, так и [при] проводах его из не­го на улице скромно стояла тысячная толпа зрителей - мусульман. Из тол­пы выделялось несколько татар-юношей, которые делали с Хильми-паши фотографические снимки.

Из Галеевского медресе Хильми-паша, в сопровождении г. губернатора М.В.Стрижевского, гг.Ашмарина и Катанова и др. лиц, перешел наискосок в типографию братьев Каримовых. Тут он подробно знакомился с постанов­кой дела, осматривал шрифты, в том числе и турецкий. Объяснения по-турецки давал Исмагил Каримов, сын владельца типографии. Улучив удоб­ный момент, А.Я.Сайдашев по-татарски сказал Хильми-паше, что мусуль­мане Казани, видя у себя такого высокого гостя, радуются этому, будут все­гда гордиться таким посещением и помнить это из рода в род. Посетители восхищались прекрасной постановкой типографского дела, чистотою возду­ха в типографии, художественностью некоторых шрифтов и пр.

Из Каримовской типографии поехали посмотреть Азимовскую мечеть, отличающуюся самою красивою архитектурою из всех мечетей. У мечети Хильми-паша встречен имамом этой мечети. Народу в ней не было.

Из Азимовской мечети Хильми-паша поехал осматривать Араслановский мыловаренный завод, где ему были показаны и простые дешевые, и туалет­ные дорогие. Осматривая мыла, Хильми-паша советовал пускать в продажу, возможно, меньшие куски, чтобы могли покупать их и самые бедные люди; помещать на мылах объявления, чтобы знали фабрику и в дальних краях, и ездить за границу с целью изучения усовершенствованных способов при­готовления мыла. Показывая Хильми-паше разные сорта мыла, управляю­щий показал ему и мыло, выпущенное ко дню юбилея публицистической деятельности Исмаила Гаспринского, редактора-издателя бахчисарайского журнала "Переводчик", но Хильми-паша счел это мыло с портретом Гас­принского рекламой и не принял его во внимание.

С Араслановского завода мимо старинной (Апанаевской) мечети близ учительской семинарии поехали в мечеть на Сенном базаре, где на улице тихо поджидала гостя тысячная толпа народа. Хильми-паша, в сопровож­дении г.губернатора М.В.Стрижевского, полицмейстера А.И.Васильева и гг. Ашмарина и Катанова, вошел в мечеть. Перед молитвой имам мечети про­изнес на татарском языке проповедь о ремеслах и промыслах, как занятиях богоугодных. Затем была совершена соборная молитва, причем Хильми-паша находился в первом ряду молящихся, с самой правой стороны, подле кафедры. Богослужение закончилось молитвой о здравии и благоденствии государя императора Николая Александровича, и наследника его цесареви­ча и великого князя Алексея Николаевича, и всего царствующего дома.

Из соборной мечети Хильми-паша поехал к купцу Бедруддину Апанаеву, подле дома которого стояла уже тысячная толпа мусульман. Б.Апанаевым и его супругой в роскошно убранных аппартаментах был сервирован прекрас­ный и обильный завтрак с чаем. К завтраку были приглашены, кроме Хильми-паши и г.губернатора М.В.Стрижевского, также: городской голова С.А.Бекетов, муллы Галеев, Апанаев и Абызов, ред.-изд. газ. "Юлдуз" А.-Г.Н.Максудов, гг.Ашмарин и Катанов и др.лица. За завтраком прежде все­го был превозглашен тост за здравие государя императора, затем - за здра­вие султана Оттоманской империи. Потом произнесены были речи: на ту­рецком языке А.-Г.Максудовым, Б.Апанаевым и Ш.Абызовым в честь при­бытия в Казань высокого, сановитого гостя с благодарностью ему за внима­ние к мусульманам, которых он удостоил своим посещением, а М.В.Стрижевским и С.А.Бекетовым - по-французски в честь и во здравие высокого гостя и во имя дружественных отношений и культурно-просветительных успехов таких великих держав, как Россия и Турция.

Поблагодарив Б.Апанаева и его супругу за угощение, Хильми-паша на­правился на крестовниковский завод. С Хильми-паши, при выходе его из дома Апанаева, несколько любителей-татар сделали фотографические сним­ки.

На крестовниковском заводе Хильми-паша подробно расспрашивал о хо­де дела, интересуясь решительно всем. Объяснения давали по-русски масте­ра и управляющий заводом, а переводили их на турецкий язык то гг.Ашмарин и Катанов, то г.Максудов. Управляющий рассказывал о том, как получаются стеарин, глицерин и олеин, почему он предпочитает выпи­сывать сало из Австралии, а не из киргизских и калмыцких степей (австралийское сало оказывается лучше и дешевле местного, российского), как и что изготовляется заводом и пр.

С Крестовниковского завода Хильми-паша направился в мусульманский детский приют, управляемый М.-Р.И.Юнусовым. Перед приютом, несмотря на дождь, стояла толпа народа. Здесь Хильми-паша прежде всего посетил школу, расспрашивал учеников о том, чему и как они учатся, умеют ли чи­тать и писать по-русски и пр. Оставляя приют, Хильми-паша пожелал де­тям учиться лучше по-русски, так как Россия-де для них родина. Затем он написал в книге почетных посетителей по-арабски и по-турецки таким об­разом: по-арабски: "Лучший из людей тот, кто приносит людям пользу", турецкая же запись гласит по-русски следующее: "Посетив настоящий приют, основанный Юнусовым 60 лет тому назад и благополучно просуще­ствовавший до настоящего времени, я чрезвычайно признателен и тронут всем. Желая основателям и руководителям, покинувшим мир, Божьих ми­лостей, здравствующим же ныне долгой и благоуспешнои жизни, а также благ земных и будущих, заканчиваю свою речь. 16 апреля 1910 года. Быв­ший турецкий великий визирь Хусейн Хильми".

Из приюта Хильми-паша был приглашен к М.-Р.И.Юнусову в дом, где гостям было предложено по чашке кофе в той комнате, в переднем углу ко­торой на столе лежат около 40 листов того самого экземпляра Корана, ко­торый имеется в Императорской публичной библиотеке. Осмотрев упомяну­тые листы Корана и почерк в них, Хильми-паша усомнился в принадлеж­ности Корана руке халифа Османа, потому что, по его мнению, куфический почерк во времена этого халифа, в первой половине VII века, еще не достиг такого совершенства и такого изящества, какое представляет настоящий экземпляр Корана. По его мнению, самое раннее время, к которому бы можно было его отнести, П-Ш века гиджры, т.е. века VIII-IX; однако и при всем этом показанные ему листы драгоценны и священны для каждого му­сульманина.

Из Юнусовского приюта в 4 часа дня Хильми-паша поехал, в сопровож­дении г.губернатора М.В.Стрижевского, гг.Ашмарина, Катанова, Васильева и Абызова, в губернаторский дворец. Оттуда Хильми-паша с супругой г.губернатора поехали сначала в училище слепых, а оттуда в Александров­ский приют, где он со вниманием интересовался и порядком, и постановкой дела. Оттуда к 6 часам он вернулся во дворец и там, у г.губернатора, до 7 часов 30 минут вечера обедал.

Поблагодарив за обед, Хильми-паша, в сопровождении г.губернатора М.В.Стрижевского, а также гг.Ашмарина, Катанова и Васильева, отправил­ся на Большую Проломную в Купеческий клуб, куда прибыл в 7 часов 45 минут вечера. Раньше того в клуб оказались прибывшими г. жандармский полковник К.И.Калинин и г.городской голова С.А.Бекетов. В зал клуба, хорошо убранного, прибыло народа от 75 до 100 человек. За обедом почет­ное место было предоставлено Хильми-паше. По правую сторону высокого гостя сидели г.губернатор М.В. Стрижевский, г.городской голова С.А.Бекетов и г.начальник жандармского управления К.И.Калинин, а по левую сторону сидели имамы казанских мечетей. Остальные гости состояли из мулл, купцов-мусульман, мусульман-учащихся и учащих и видных об­щественных деятелей. На обед был, говорят, приглашен и г.командующий войсками, но он по болезни не приехал.

Собравшимся прежде всего был предложен чай с закуской, а затем обильный, роскошно сервированный обед. За обедом было произнесено не­сколько речей. Первый тост был провозглашен г.. губернатором М.В.Стрижевским за здравие и благоденствие государя императора, причем тост был заключен 3-кратным ура. Затем А.Я.Сайдашев на русском языке от имени казанских татар приветствовал Хильми-пашу, удостоившего сво­им высоким посещением Казань и тем давшего возможность местным му­сульманам безгранично гордиться. Затем о значении дружеского русско-турецкого в международной политике сближения говорил по-турецки г.Ибрагимов, сын бывшего редактора С.-Петербургской газеты "Ульфять" Абдур-Рашида Ибрагимова, ныне путешествующего по Японии с целью привлечения сердец к мусульманам России. Затем по-татарски от имени студентов-мусульман говорил студент 1 курса медицинского факультета Абдур-Рахман Ахмедзянович Мустафин, корреспондент оренбургской газе­ты "Вакт", который приветствовал Хильми-пашу с благополучным прибы­тием в Казань, жители которой - мусульмане - не могут не гордиться столь памятным для всех их посещением, как посещение высокого гостя, Хиль-ми-паши, и просил передать привет и константинопольским студентам. Хильми-паша в ответ благодарил Казанский университет за оказанный ему прием и, выразив надежду, что отныне между русскими и турецкими уни­верситетами установятся добрые отношения, поднял бокал за процветание Казанского университета. Затем по-русски произнес речь бывший член 2-ой Государственной Думы Калимулла Хасанов, который выразил пожелание, чтобы существовавшие раньше трения во взаимных отношениях России и Турции на будущее время прекратились и заменились отношениями мир­ными, дружественными.

Потом Ш.Абызов вновь произнес ту же речь, которую произносил за завтраком у Б.Апанаева. За Абызовым по-арабски произнес речь редактор-издатель газеты "Юлдуз" А.-Г.Н.Максудов, который заявил, что российские мусульмане, покровительствуемые государем императором и пользующиеся у него всеми гражданскими правами, желают быть в крепкой дружбе и единении на научно-культурной почве и с мусульманами соседственной, единоверной с ними державы - Турции. Эту речь Хильми-паша, выслушав внимательно, тут же передал по-французски г. губернатору M. В .Стрижевскому.

Последним произнес речь по-немецки учитель Самигулла Салихов, кото­рый, как и предыдущие ораторы, приветствовал высокого гостя с благопо­лучным по России путешествием и пожелал ему здравия на многие годы. Речи за здравие гостя покрывались обыкновенно 3-кратным арабским "мархаба" ("милости просим!").

Под конец был подан пломбир, изготовленный в виде башни Сююмбике с 2-главым орлом вверху. По поводу этого кушанья зашла речь об основате­ле Казани и о башне Сююмбике, причем Хильми-паша заметил, что преда­ние о происхождении названия города от котла (казан), потерянного жен­щиной, едва ли заслуживает доверия и что правдопобнее объяснение г.Катанова, что основателем старого города был татарин "Казан" или "Хасан" (каковое прозвище, по Гаммеру, носил Туда-Менгу, внук Батыя, царствовавший в 1280-1287 гг.)

Засим в 11 часов ночи Хильми-паша выразил глубокую благодарность обществу мусульман за радушный прием, выразил радостное чувство по по­воду образования между Россией и Турцией дружеских и мирных отноше­ний и пожелал, чтобы на многие годы и впредь продолжались отношения, поддерживающие мир и дружбу и способствующие процветанию обеих дер­жав вообще и торгово-промышленным предприятиям в частности. Речь Хильми-паши была заключена 3-кратным ура.

Из Купеческого клуба Хильми-пашу до гостиницы "Франция" проводи­ли: г.губернатор М.В.Стрижевский, г.полицмейстер А.И.Васильев и гг.Ашмарин и Катанов. Оттуда все сопровождавшие разъехались по домам.

 

17     АПРЕЛЯ     1910     ГОДА, Суббота.

В 9 часов 30 утра пришли к Хильми-паше Н.И.Ашмарин и Н.Ф.Катанов, вслед за ними явились греки гг.Станица и Триантафиллиди, торгующие в Казани кондитерскими товарами. Эти торговцы, как турецкие подданные, сочли долгом преставиться своему сановнику и, получив от него по 1 экземпляру визитных карточек, немедленно же удалились. По уходе греков поднес Хильми-паше свое сочинение "Булгары и чуваши" член Ко­митета по делам печати Н.И.Ашмарин, так как Хильми-паша еще накану­не интересовался этнографическим составом бывшего Булгарского ханства.

Затем на 3 минуты приходила к Хильми-паше татарка-учительница Амина Фейзхановна с 4 девочками. А.И.Фейзханова доложила, что у нее ученицы занимаются, между прочим, и рукоделием. Хильми-паша сказал, что, если бы он знал об этом раньше, с удовольствием посмотрел бы руко­делия казанских мусульман, и спросил, изучают ли ее ученицы и русский язык своей родины. Ему учительница ответила, что изучают, и затем, по­желавши Хильми-паше благополучия и здравия, удалилась. Вслед за учи­тельницей вошли в номер: М.-Р.И.Юнусов, А.Я.Сайдашев, А.-Г.Н. Максу­дов и студент-мусульманин, корреспондент газ. "Вакт" А.А.Мустафин. Все они, поклонившись Хильми-паше, приветствовали его с добрым утром. За­тем А.Я.Сайдашев по-русски пожелал Хильми-паше доброго здоровья во время дальнейшего путешествия, а г.Мустафин задал Хильми-паше вопро­сы о том, довольны ли турки современным положением дел в Турции, сильна ли еще там реакция, и можно ли думать, что туркам сочувствуют российские мусульмане. Студенту Мустафину Хильми-паша ответил, что хотя он уже давно уехал из Турции, однако думает, что политическое по­ложение ее надо считать самым лучшим и твердо установившимся, что ре­акции в ней никакой более нет, что дела в Турции идут, вообще, лучше, чем во всякой республике. Затем Хильми-паша заметил, что процветают, вообще, и прогрессируют лишь те государства, в которых, как, например, в Турции, люди твердо идут за наукой и знанием. Науку и знания вообще и изучение языков в частности он рекомендовал и российским мусульманам, если они желают участвовать в общечеловеческом прогрессе наук и знаний. Что же касается настроения российских мусульман, то каковое, сказал па­ша, известно г.Мустафину больше, нежели ему самому, и, подавая ему ру­ку, просил не истолковывать его слов в дурную сторону.

В 10 часов 30 минут утра прибыл к Хильми-паше г.губернатор М.В.Стрижевский, а вслед за ним вошли 2 татарки - Юнусова и Богданова, которые говорили с ним минут 10 по-французски, рассказывая о татарках и о себе и прося передать привет турецким дамам, подобно им, стремящимся к прогрессу и науке вообще и изучению европейских языков в частности. Юнусова говорила, что с матерью она бывала в Турции, видалась там с турецкими дамами и знает хорошо их жизнь и что отец ее путешествовал и по Западной Европе.

В 10 часов 45 минут утра Хильми-паша отдал визит г.городскому голове С.А.Бекетову, жительствующему тут же, в гостинице "Франция", а потом, в сопровождении г.губернатора М.В.Стрижевского, полицмейстера А.И.Васильева и гг.Ашмарина и Катанова, по отдаче визита г.вице-губернатору Г.Б.Петкевичу на Ново-Коммисариатской улице, направился на берег оз.Кабана, в Восточный клуб, где уже были г.городской голова С.А.Бекетов и г.начальник жандармского управления К.И.Калинин.

Посетители прежде всего осмотрели читальный зал, полюбовались отту­да видом на оз.Кабан и затем приступили к чаепитию. Во время чаепития было произнесено несколько речей, причем первым оратором был председа­тель клуба статский советник Ибрагим Валиуллович Терегулов, который по-русски приветствовал гостя по случаю посещения клуба и поднес ему в дар свои труды по гигиене, медицине и естествоведению. Хильми-паша вы­разил радость по поводу приобщения татар к европейской культуре и науке и обещал выслать на имя читальни клуба некоторые турецкие сочинения. Тут же Хильми-паша, г.губернатор М.В.Стрижевский и г.городской голова С.А.Бекетов администрацией клуба были приглашены в число почетных членов клуба.

Затем, по поручению членов клуба, Абдур-Рахман Карям произнес на турецком языке следующую речь:

"Уважаемый г.Паша!

Восточный клуб, в который Вы изволили сегодня пожаловать, есть клуб национальный, основанный казанскими мусульманами всего лишь 3 года тому назад, с одной стороны, в целях усиления взаимной любви и братства, а с другой стороны, в целях распространения в народе знаний, - и на самом деле клуб довольно ревностно держался до сего дня намеченного пути: раз в неделю читались здесь по разным отраслям знания лекции, устраивались здесь концерты и литературные вечера. Несмотря на крайнюю тесноту по­мещения, мы стремимся все же вперед, к прогрессу. В настоящее время клуб имеет более 120 членов и прекрасную библиотеку. Мы, администра­ция клуба, а равно и толпящиеся здесь члены его, видя Вас среди нас в клубе, изъявляем крайнюю свою радость и свое счастие по поводу Вашего посещения и благодарим Вас за то, что Вы удостоили оным наш клуб". Та­кого же приблизительно содержания речь произнес по-русски, по поруче­нию членов клуба, Самигулла Салихов.

Хильми-паша, г.губернатор М.В.Стрижевский и г.городской голова С.А.Бекетов благодарили членов клуба за честь, оказанную им администра­цией клуба предложением их в число почетных членов, и расписались в книге почетных посетителей - Хильми-паша по-турецки, а остальные двое по-русски таким образом:

"По приглашению братьев своих по вере в день оставления г.Казани я посетил Восточный клуб. Хотя он, лишь недавно открытый, и не достиг еще степени совершенства, однако, познакомившись поближе с казанскими юношами и старцами, не могу не предвидеть, что клуб пойдет вперед, и на­деюсь, что в будущем, под покровом прогресса и наук, он усовершенствует­ся и составит для Казани гордость. 17 апреля 1910 г. бывший турецкий ве­ликий визирь Хусейн Хильми.

17-го апреля 1910-го года посетил Восточный клуб. Остается только пожелать полного успеха благому начинанию. Казанский губернатор Миха­ил Васильевич Стрижевский.

17-го апреля 1910-го года имел счастие быть в Восточном клубе, про­изведшем на меня прекрасное впечатление. Городской голова г.Казани Бе­кетов".

Произнес по-русски речь и А.Я.Сайдашев, который благодарил Хильми-пашу за внимание к казанским мусульманам, выразившееся в посещении их и принятии от них хлеба-соли.

Прощаясь с администрацией клуба, Хильми-паша сказал, что Восточный клуб произвел на него весьма приятное впечатление.

Из Восточного клуба Хильми-паша, в сопровождении г. губернатора М.В.Стрижевского, и начальника жандармского управления К.И.Калинина, г.полицмейстера А.И.Васильева и гг.Ашмарина и Катанова, отправился в дом Каримова, владельца осмотренной накануне типографии и большого на Московской улице книжного магазина. Каримовым были предложены гос­тям чай и фрукты. Пользуясь случаем, А.-Г.Н.Максудов выпросил у Хиль-ми-паши на память себе и своей жене визитную карточку.

От Каримова Хильми-паша, в сопровождении упомянутых сейчас 5 лиц и мусульман, направился на устье Казанки, на пароходную пристань обще­ства "Самолет", чтобы плыть до г.Самары.

В Адмиралтейской слободе, называемой по-татарски "Бишь-Балта", Хильми-паша на 15 минут заезжал попить чаю к ахуну Шарафуддину Абы-зову, у которого на прощание он оставил свою на французском языке ви­зитную карточку.

На пароход Хильми-паша сел в 12 часов 15 минут дня. Проводить его, кроме вышеупомянутых 5 лиц, явилась масса мусульман: представите­ли благотворительных и просветительных обществ, именитые граждане и пр. На прощании в числе прочих был и студент А.А. Мустафин, который на память себе и редакции газеты "Вакт" выпросил у Хильми-паши визит­ную карточку.

Все пожелали Хильми-паше здоровья и благополучного путешествия и после 2-го свистка удалились на пристань, причем некоторые татары цело­вали ему руки. На прощании Хильми-паша благодарил мусульман за не­обыкновенный почет и радушный прием, ему здесь оказанные, и добавил, что о русских мусульманах он имеет теперь достаточное количество верных сведений, и печатных, и рукописных (последние - его записи). Прощаясь же с г.губернатором М.В.Стрижевским, Хильми-паша искренно благодарил его за необыкновенное внимание, которым он, Хильми-паша, с самого при­бытия в Казань (15 апреля) до отъезда на пароход (17 апреля) был заботли­во окружен и которого он никогда-де не забудет. Между прочим, он благо­дарил г.губернатора и за то, что его превосходительство приставил к нему знатоков археологии, истории и этнографии Поволжья (т.е. гг.Ашмарина и Катанова), без объяснений которых он, Хильми-паша, недостаточно под­робно и правильно познакомился бы с краем. Ровно в 1 часу дня самолет-ский пароход увез Хильми-пашу вниз по Волге.

В заключение следует заметить, что Хильми-паша говорит только по-французски и по-турецки, и что в тех случаях, когда говорили с ним по-русски, ему приходилось прибегать к помощи переводчиков, и что, кроме того, Хильми-паша понимает и литературную татарскую речь, хотя по-татарски не говорит. С Хильми-пашей объяснялись: г.губернатор М.В.Стрижевский, вице-губернатор Г.Б.Петкевич и городской голова С.А.Бекетов по-французски, Н.И.Ашмарин и Н.Ф.Катанов по-французски и по-турецки, а татары держали речи по-русски, по-татарски, по-арабски, по-французски, по-немецки и по-турецки.

Члены Казанского временного комитета по делам печати      Н.Ашмарин

Н.Катанов

 

НА РТ. Ф.1. Оп.4. Д.4240. Л.24-36.

Документ издан в виде брошюры, отпечатанной типографским способом