2000 3/4

«Деревня для крестьянина стала хуже мачехи»

Публикуемые ниже материалы датированы 1932 годом и содержат сведения, отражающие положение на селе в годы коллективизации, Первые месяцы этого года характеризуются тем, что вновь начался так называемый "отлив" крестьян из колхозов.

Первый массовый "прилив" имел место по­сле ноябрьского (1929 г.) Пленума ЦК ВКЩб) и завершился в начале марта 1930 года. Тогда в колхозах Татарии оказалось 83,3 процента крестьянских хозяйств1. В этот период был осуществлен первый этап ликвидации кулачест­ва как класса, в результате которого "раскулачиванию в отдельных селах Татреспуб-лики подверглось 23% хозяйств"2.

После опубликования статьи Сталина "Головокружение от успехов" и постановления ЦК от 14 марта 1930 года "О борьбе с искрив­лениями партлинии в колхозном движении" выход крестьян из колхозов приобрел массовый характер. В результате период первого "отлива" (март-август 1930 г.) завершился тем, что мас­штаб коллективизации на 1 октября 1930 года составил 9,3 процента.

Второй "прилив" крестьян' произошел в первой половине 1931 года и к октябрю общее количество коллективизированных хозяйств дос­тигло 62,4 процента. На это же время пришел­ся второй этап массового раскулачивания.

Следует подчеркнуть, что с ноября 1929 по март 1930 года основным методом коллективи­зации являлось открытое раскулачивание с ши­роким применением административно-репрессивных мер по отношению к не всту­пающим в колхоз крестьянам. Естественно, это вызвало активное сопротивление крестьянских масс, которое, в свою очередь, вынудило пар­тийную верхушку начать процесс исправления "ошибок", "перегибов" и изменить свою такти­ку в деле колхозного строительства.

В 1931-1932 годах партийным руководством была сделана ставка на массовую работу среди крестьянства. Однако меры принуждения сохра­нялись, особенно экономического характера. Были повышены ставки сельхозналога на еди­ноличников. С учетом самообложения и культ-сбора крестьянские хозяйства, имевшие доход 700 рублей в год, должны были платить нало­ги, составляющие до 120 процентов годового дохода. Следовательно, этим хозяйствам, чтобы уплатить налоги, приходилось извлекать средст­ва от вынужденной продажи части своего иму­щества. Налоговой политикой единоличник ста­вился в такое положение, когда он был выну­жден вступить в колхоз. Так, документ № 3 свидетельствует о переобложении единоличников сельхозналогом в 5-10 раз. За невыполнение налога в Тумутукском районе было продано 60 процентов единоличных хозяйств.

Что касается политики ликвидации кулаче­ства как класса, надо подчеркнуть, что в 1931-1932 годах не делалось разбивки кулацких хо­зяйств на три категории, как было в 1930 го­ду. Но зато постановлением ЦИК и СНК Тата­рии от 28 декабря 1930 года "Об обложении кулацких хозяйств единым сельскохозяйствен­ным налогом в индивидуальном порядке"3 ука­зывались признаки кулацких хозяйств. Впро­чем, они постоянно расширялись: невыполнение государственных заданий, бегство в города, от­каз от работы и т.д. Количество раскулачивае­мых и выселяемых увеличивалось и вследствие того,   что   при   составлении   соответствующих списков крестьян учитывались не только "кулацкие признаки" данного времени, но и прошлых лет. Все хозяйства, отнесенные к ку­лацким, облагались в индивидуальном порядке. Так, на 1 февраля 1932 года по 44 районам Татарии было обложено 5 761 хозяйство4. А ведь к этому времени кулаков фактически уже не было. В 1927 году в Татарии было 518 027 крестьянских хозяйств, из которых 4 процента считались кулацкими, т.е. 20 721 хозяйство5. После XV съезда ВКП(б), который состоялся в декабре 1927 года, начинает претворяться в жизнь "политика вытеснения и ограничения капиталистических элементов экономическими методами". В результате за 1927-1929 года чис­ло кулацких хозяйств сократилось в полтора раза6, т.е. их стало 13 814. По неполным дан­ным, к 10 марта 1930 года раскулачиванию подверглось 14 658 хозяйств7, а в 1931 году около 5 тысяч хозяйств8. Таким образом, инди­видуально обложенные хозяйства в 1932 году являлись или бывшими кулацкими, или серед­няцкими, или даже бедняцкими.

Кулачество облагалось и твердыми задания­ми по заготовке сельхозпродукции. В случае невыполнения имущество крестьянина подлежа­ло продаже, а к нему нередко применялись ре­прессивные меры вплоть до выселения в опре­деленные районы страны. Один кулацкий двор в среднем платил налог в 10 раз больший, чем одно единоличное хозяйство, и в 100 раз боль­ший, чем один колхозный двор.

Партийное руководство в своих постановле­ниях постоянно предостерегало местные органы власти от применения антикулацких мер по отношению к середнякам и беднякам, и осо­бенно к тем среди них, кто имел "определенные заслуги" перед Советской вла­стью. Но это предупреждение не имело реаль­ного значения, так как не закреплялось прак­тическими мероприятиями, тем более, что пар­тийное руководство в тех же постановлениях требовало неукоснительного выполнения госу­дарственных заданий, усиления нажима на ку­лака, дальнейшего роста и укрепления колхоз­ного движения. Так, в публикуемом документе приводятся  факты  применения  антикулацких мер к середнякам и беднякам9. В селе Сукояш твердым заданием было обложено 50 процентов единоличников, в селе Ямаш к кулацкому на­селению было отнесено около 30 процентов хо­зяйств. В документе также зафиксировано: "Было конфисковано имущество бывшего крас­ноармейца Бухохарова... и была осуждена на принудительные работы 62-летняя середнячка, у которой два сына погибли в борьбе за Совет­скую власть". Один их них имел особые заслу­ги перед революцией, за что "его именем был назван один из волжских пассажирских паро­ходов".

Особое внимание обращалось на ход хлебо­заготовок. Ведь сама коллективизация во мно­гом была подчинена задаче изъятия хлеба на нужды индустриализации страны, На селе по сути был открыт "хлебный фронт". Во время хлебозаготовок выискивали "организаторов сабо­тажа" и отдавали под суд. В районы, которые не могли осилить заготовки, полностью пре­кращался завоз промтоваров. Отстающие колхо­зы заносились в "черный список", с них дос­рочно взыскивали кредиты, в коллективных хо­зяйствах проводилась чистка состава. Для вы­полнения плана вывозился весь хлеб без ис­ключения, в том числе семенной, фуражный и выданный   за   трудодни.   Выполнившие   план колхозы облагались повторными заданиями по сдаче хлеба. Хлебозаготовки больно ударили по колхозам.

И если такое положение было с колхозами, то нечего и говорить об единоличниках. У них забирали все в счет хлебозаготовок, и они вы­нуждены были или покидать деревню и ухо­дить в город, или вступать в колхозы. В ре­зультате применения таких методов в 1931 го­ду в Татарии было заготовлено 34 млн. пудов хлеба, т.е. в два раза больше, чем в 1930 году, хотя объем валового сбора зерновых культур в году был почти на том же уровне, что и в предыдущем.  Не случайно, уже в начале года в отдельных селах и районах рес­публики имели место первые признаки голода, который зимой-весной 1933 года приобретает массовый характер. О фактах голодания и употребления в пищу различных суррогатов говорят и публикуемые документы. Так, зафик­сировано, что "в 4 местах (Тумутук, Лаиш, Ново-Шешминск, Тетюши) отмечены случаи го­лодания и питания суррогатами, в Тумутуках и Лаишеве обнаружены 3 опухшие от голода"10. В заявлении помкомвзвода И.Дмитриева о по­ложении крестьян в Бугульминском районе го­ворится: "Приезжаю домой... у них была заго­товлена какая-то болтушка из какого-то отбро­са. Спрашиваю: «Чем же вы кормитесь?" "Да вот этим и кормимся, и то не всегда бы­вает..."11 Следует также отметить, что при хле­бозаготовках резко увеличилось количество осужденных крестьян. К 1 января 1932 года было осуждено 4 793 человека12.

Насильственная коллективизация привела к резкому сокращению поголовья скота. Крестья­не перед вступлением в колхозы "забивали" скотину. Дело в том, что на практике разница в уровне обобществления скота между комму­ной и сельхозартелью была фактически стерта. Уже к весне 1930 года по сравнению с весной 1929 года резко сократилось поголовье скота: коров уменьшилось на 9,5 процента, молодняка старше года - на 36,7, телят - на 54,7, свиней - на 65,6, овец - на 23,2, коз - на 21, кур -на 23 процента. Рабочих лошадей уменьшилось с 419 300 голов до 37 6220, или на 10,5 про­цента, а молодняка старше   года с 73 500 до 43 510, или на 41 процент13.

Истребление скота являлось одной из самых тяжелых по своим экономическим последствиям форм крестьянского протеста против насилия в ходе создания коллективных хозяйств. Эта форма борьбы являлась характерной для всего периода коллективизации.

К резкому сокращению поголовья скота привело постановление ЦК и СНК СССР от 30 июля 1931 года "О развертывании социалисти­ческого животноводства". На основе этого по­становления на местах началось форсированное комплектование колхозных и совхозных ферм путем принудительного обобществления скота, принадлежащего колхозникам и единоличникам. При этом возможности для содержания общест­венного скота (наличие помещений, кормов и т.д.) местными органами власти не учитывались, На это обращалось внимание и на сове­щании у заместителя председателя СНК Татар­ской АССР Гаврилова 9 февраля 1932 года14. На совещании было зафиксировано: "У нас положение чрезвычайно напряженное, так как ход комплектования оторван от обеспечения кормами... разрыв между ними создал угро­жающее положение.,, особенно тем совхозам, которые организованы недавно и не имели в 1931 году ни сенокоса, ни посева". Обеспечен­ность кормами в районах была очень низкой. Так, в Актанышем районе она составляла 16 процентов, в Черемшанском - 4, в Бавлинском - 12, в Камскоустьинском - 11, Елабужском - 8 процентов. Естественно, такое положение при­вело к массовому падежу скота. В совхозе "Козовод" за 25 дней января падеж скота со­ставил 16 процентов всего стада15. Падеж скота из-за острой нехватки кормов имел место и в Альметьевском районе16.

Коллективизация - это время массовых ре­прессий, беззакония, произвола. Об этом свиде­тельствуют многочисленные архивные материа­лы, в частности публикуемый документ, в ко­тором зафиксировано: "Факты избиения, изде­вательства и заключения в сырые подвалы, хо­лодные амбары, аресты беременных женщин ... отнюдь не единичные явления"17. Такое было характерно для всех районов, но особо следует отметить Альметьевский район, в котором без­законие творилось почти в каждом селе18. Кре­стьян арестовывали десятками. Были случаи массовой порки крестьян. Руководили этими злодеяниями должностные районные лица: Ка­римов, Сальманов, Нигматуллин. Особо выде­лялся уполномоченный райисполкома Шариф Булгаков, по распоряжению которого в с.Сулеево, было подвергнуто порке почти 50 процентов крестьян.

Насильственная коллективизация вызывала активное сопротивление крестьянских масс, имевшее многообразные формы, Одной из ак­тивных форм протеста явились массовые вы­ступления крестьян под лозунгами "Долой колхозы!" Об антиколхозном движении в Красноборском районе свидетельствует информацион­ная сводка прокурора Красноборского района Галеева19. Так, в д.Итяганово колхозники отка­зались от работы и подали 70 заявлений о вы­ходе из колхоза. Массовая подача заявлений имела место и в других селах данного района. В информационной сводке о массовых выходах из колхозов было зафиксировано: "За 14 дней апреля зарегистрировано посещение в ТатЦИК как групповых, так и индивидуальных предста­вителей от групп крестьян, всего от 3 746 колхозников"20.

Недовольство крестьян насильственной кол­лективизацией нашло отражение в жалобах, за­явлениях, письмах, которые тысячами поступа­ли в правительственные и партийные органы, газеты и непосредственно членам советского и партийного руководства. Так, в редакцию газе­ты "Правда" на имя Сталина было отправлено заявление Ивана Дмитриева, в котором он опи­сывает свои впечатления от увиденного в селах Бугульминского района21. Это по сути дела про­тест против того, что творилось в советской де­ревне (письмо публикуется).

Партийное руководство объясняло сопротив­ление крестьян исключительно "происками классовых врагов" - кулачества и духовенства. Однако все это было далеко от истины. Наси­лие со стороны государства не могло не порож­дать ответных действий.

Под лозунгом борьбы против кулачества произошло раскрестьянивание села: крестьянин оказался вовлеченным в обобществленное хозяй­ство и перестал быть свободным товаропроизво­дителем, заинтересованным в результатах своего труда. А сами колхозы превратились в простые насосы для выкачивания зерна на нужды инду­стриализации. В результате произошел резкий упадок сельскохозяйственного производства. Хлебозаготовки 1931 года еще более ухудшили положение крестьян, поставив деревню на грань нищеты.

 

Примечания

1. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.831. Л.16.

2. Там же. Л. 17.

3. НА РТ. Ф.Р-732. Оп.1. Д.1376. Л.163-165.

4. Там же. Д. 1629. Л. 167.

5. История Татарской АССР / Под ред. М.К.Мухарямова.-Казань,1973.-С154.

6. Залялова   A.M.    Социалистическое   преобразование   сельского   хозяйства    в   Татарии.-Казань, 1974.-С. 127.

7. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.831. Л. 17.

8. Залялова A.M. Указ. соч.-С.243.

9. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1129. Л. 14-20.

10. Там же.

11. Там же. Д. 1174. Л.86.

12. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1145. Л.16-17.

13. НА РТ. Ф.Р-732. Оп.1. Д.1307. Л.114.

14. Там же. Д. 1499. Л.383-386.

15. Там же.

16. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1174. Л.11.

17. Там же. Д.1129. Л. 14-20.

18. ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1006. Л.11-21.

19. Там же. Д.1174. Л.36.

20. Там же. Д.1145. Л.48-49.

21. Там же. Д.1174. Л.86.

 

Из заявленияь о положении крестьян в Бугульминском районе И.Дмитриева на имя т.Сталина в редакцию газеты "Правда"

8 апреля 1932 г.

Я, помкомвзвода, служу в г.Витебске в 4-м стрелковом полку третий год. Семья моя находится в Татреспублике, в Бугульминском районе, в колхозе "Красный доброволец". Получая письмо из дома, я не мог верить и никогда не верил, что они сидят без хлеба, почти голодные. [...] Но, когда я получил отпуск с 27/02 по 7/04 1932 г., приехал в гор.Бугульму, то там встретил отца, приехавшего за семенами. Я едва мог узнать его. [...] При­езжаю домой, смотрю, чем меня будет кормить мать. Я даже не мог пред­ставить, что у них была заготовлена какая-то болтушка из какого-то от­броса. Спрашиваю: "Чем же вы кормитесь?" - "Да вот этим и кормимся, и то не всегда бывает". [...]

Работа, проводимая районными организациями, превышает даже воен­ный коммунизм. Лазят по сундукам, по горшкам, по печам, отбирают у крестьянина последнюю одежду, самовары, подушки, ломают постройку на дрова, выгоняют из домов. [...]

В Бугульминском районе, и вообще во многих районах Татреспублики, деревня стала для крестьянина хуже мачехи. Народ бежит кто куда, броса­ет свои холупы.

Я задаю вопрос председателю сельсовета и уполномоченному от РИКа: "Как вы смотрите на единоличника?" Получаю ответ: "Мы на него не об­ращаем никакого внимания". Спрашиваю: "Почему?" Отвечают: "Да власть так велит".

Прихожу однажды в РИК, и при моем присутствии приходит председа­тель колхоза и просит отношение на получение дров для отопления школы. Председатель РИКа дает ему ответ: "Разве у нас нет кулацких построек?"

Чтобы разъяснить крестьянину какой-либо вопрос, его в сельсовете от­ругают матом и выгоняют. [...] Председатель колхоза как-то избил колхоз­ника в управлении колхоза "Красный доброволец". За это он был осужден на год на принудительные работы, исключен из партии. Но потом его об­ратно восстановили в партии и на ту же работу. [...]

Иван Дмитриев

ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1174. Л.86.

 


Приложение

к информационной сводке прокурора Альметьевском района организационно-инструкторскому отделу Наркомата юстиции ТАССР
о массовых беспорядках в д.Кудашево

1-15 февраля 1932 г. Секретно

1. В деревне Кудашево 14 февраля произошел массовый беспорядок. Два середняка, единоличники во главе толпы в 70-80 чел. пошли ломать кол­хозный амбар и распределять семена. Толпа, сломав дверь, пыталась за­хватить все семена и избить председателя с/совета. По этому делу осужде­но всего 6 чел., из которых 4 женщины. Двум середнякам по ст. 74-й из­брана мера социальной] защиты по 1 г[оду] и 8 мес[яцев], женщинам -принудительные работы.

2. За несдачу семян осуждены 2 кулака, которые в сводку не вошли. Мера социальной] защиты - 2 года лишения свободы и ссылка. Сбор се­мян, как я уже информировал раньше, никаких положительных результа­тов не дал. По району собрано всего 35%.

Я лично созывал общее собрание в 12 селениях и поставил вопрос о се­менах. Все граждане не только не сдают, но и конкретно заявляют, что ес­ли государство не поможет, то они останутся без хлеба.

В дер.Кудашево бедняки и середняки начали резать лошадей, мотиви­руя, что они голодные. Привлекались по этому делу к штрафу 7 бедняков, и осужден 1 кулак к лишению свободы.

16 февраля организована судебно-следственная бригада, которая выяв­ляет злостно истребляющих скот и отказавшихся от сдачи семян кулаков и проводит показательные процессы.

Случаи голодания встречаются часто: в с.Сулееве, Кудашеве, Урсали имеются заболевания от голода.

3. За неимением кормов в дер.Сулеево пало 12 лошадей, Кудашево - 2.
[...] Такие факты имеются и в других деревнях. По моему предложению в
Сулеево отправлены солома, сено. Сейчас РИК занимается регулированием
кормов. Принимаются меры к переброске кормов остро нуждающимся
колхозам от других более или менее обеспеченных.

Алъметъевский райпрокурор

ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1174. Л.11.

 


Из докладной записки

ответственного инструктора Френкеля и инструктора Грушкина в оргбюро ЦК ВКП(б) о состоянии сельских районов Татреспублики


1. Ход хлебозаготовок.

Значительный рост хода хлебозаготовок в 1931 г. (заготовлено: в 1929 г. - 7 млн. пуд[ов], в 1930 г. - 17 млн. пуд[ов] и в 1931 г. - 34 млн. пуд[ов]).

Проверка 7 районов (Нурлатский, Тетюшский, Новошешминский, Аль-метьевский, Тумутукский, Арский и Лаишевский) вскрыла большое мно­жество фактов, из которых для примера приведем несколько характерных.

 

Извращения классовой линии. В Новошешминском районе, в с.Ямаш, к маломощному середняку Бухохарову Андрею (служил в Красной Армии с 1918 по 1921 г., два раза ранен, семья 4 чел.) явились секретарь партячей­ки и еще 2 коммуниста и забрали у него 9 пуд[ов] хлеба, телегу. [...] По селу Ямаш к кулацкому населению относят около 30% дворов. В слободе Волчьей было неправильно обложено твердым заданием 19 середняков, у которых изъяли имущество и выселили из домов. В Тумутукском районе в с.Сукояш 50% всех единоличников (их 60 дворов) обложили твердым за­данием, наравне с кулацкими. [...] Были случаи принудительной заготовки небольшого количества хлеба, заработанного на пропитание, у батраков.

 

Нарушения революционной законности. Массовые обыски, аресты, штрафы, изъятие имущества и предметов личного потребления были обы­денным явлением. В с.Каймары Казанского района все 30 единоличных хо­зяйств этого села неоднократно подвергались обыскам. Один из повальных обысков был проведен при участии председателя РИКа и секретаря парт­ячейки. Все единоличники оштрафованы, были оштрафованы 100 колхоз­ников на 5-10 трудодней за невыход на работу. В погашение штрафов у колхозников изымались часы, стулья и др[угие] вещи. Народный суд Ка­занского района приговорил середнячку Шмелеву к 7 мес[яцам] принуди­тельных работ за невыполнение твердого задания. 3 сына Шмелевой добро­вольцами в Гражд[анскую] войну пошли в ряды Красной армии, 2 из них в борьбе с белобандитами погибли. Один из погибших имеет большие заслуги перед революцией, именем его назван один из пассажирских пароходов. Сама Шмелева - 62-летняя слепая старуха.

 

Произвол, бесчинство, преступления. Факты избиения, издевательства, заключения в сырые подвалы, холодные амбары, аресты беременных жен­щин с грудными детьми, частные вызовы крестьян по ночам в сельсовет, присвоение отобранного имущества и т.п. - отнюдь не единичные явления.

2. Колхозное строительство.

[...] При бурном росте коллективизации (1.10.30 г. - 9,3%, 1.10.31 г. -62,4%, 1.01.32 г. - 64,4%), наряду с массовой работой по вовлечению в колхозы, имели место факты и насильственного вовлечения путем чрез­мерного переобложения налогами, штрафами единоличников, изъятия у них скота, земли, домов. Особенно возмутительные факты в Тумутукском районе, где райком провел "левацкую" установку 100% коллективизации. В этих целях райком предложил обложить единоличников повышенным в 5-10 раз с/х налогом. За невыполнение налога продали 60% единоличных хозяйств. Затем самым грубым образом единоличников прогнали с земли, запретив убрать весенний посев, который был убран колхозниками. Во время осеннего сева единоличников лишили земли, и им негде было сеять, отбирали лошадей. В результате подобных методов не удивительно, что в Тумутукском районе очень быстро добились 100% коллективизации. [...]

При обследовании в 4 местах (Тумутук, Лаиш, Н[ово]шешминск, Тетю-ши) отмечены случаи голодания и питания суррогатами, в Тумутуках и Лаишеве обнаружены 3 опухших от голода. [...]

Ответ[ственный] инструктор ЦК: подпись (Френкель)

Инструктор ЦК: подпись (Грушкин)

ЦГА ИПД РТ. Ф.15. Оп.2. Д.1129. Л.14-20.

 

Информационная сводка прокурора Красноборского района Галеева прокурору ТАССР о ходе коллективизации

28 июня 1932 г. секретно

В [связи] с подготовкой к уборочной кампании в районе усилилось рели­гиозное и антиколхозное движение. В деревне Сляково, крупном татарском участке р[айо]на, муллой производится запись верующих в журнал. Про­исходило собрание верующих с участием до 500 чел[овек]. Мулла уполно­мочил людей для записи в других деревнях. Уполномоченные от муллы проводят антиколхозную работу. В дер.Утяганово, в двух верстах от Сля-кова, после записи верующих большинство колхозников на работу не вы­ходят. 24-27 июня поступило заявление о выходе из колхоза 70 штук [человек], с требованиями: "Исключите нас из колхоза, верните нам ло­шадь, инвентарь". [...]

2). Дер.Исенбаево - крупный колхоз (600 дворов), центр МТС. После за­писи верующих антиколхозное движение усилилось. Дочь крупного муллы Зиганшина М. и два подкулачника [...] хотели поднять массовую подачу заявлений о выходе из колхоза.

3). Дер.Прокашево - в колхозе всего 45 дворов - подано заявлений о вы­ходе 12 штук. На работу выходят плохо.

4). В колхозе Ильинском, ст.Чекалушского с/совета, идет массовая по­дача заявлений о выходе из колхоза. Заведено дело и ведется расследова­ние.

Прокурор Галеев

Дополнение: 29.06 в прокуратуру из дер.Пелемеши явились 8 колхоз­ников с просьбой об исключении из колхоза. На стол положили 8 заявле­ний и лебедный хлеб. Говорят, что они голодают.

ЦГАИПД РТ. Ф.15. ОП.2.Д.1174. Л.36.

 

Вступительную статью и документы к публикации подготовил

Ильдус Галимуллин,

аспирант КГУ