2004 1

Важное исследование по тюрко-татарской топонимии

Бушаков В. А. Лексичний склад icторичноi тoпoнiмii Криму («Лекси­ческий состав исторической топони­мии Крыма»).-Киiв,2003.-226 с.

 

В последние годы стало трудно сле­дить за научной литературой, ко­торая издается в бывших советс­ких республиках, ныне независимых го­сударствах. Причинами этого стали по­явление границ и разрыв научных свя­зей. Между тем за пределами Российс­кой Федерации выходит немало серьез­ных трудов, в том числе по близкой нам тюрко-татарской тематике. К числу та­ких важных работ относится и новое ис­следование старшего научного сотруд­ника Института востоковедения им. А. Е. Крымского АН Украины В. А. Бушакова «Лексический состав ис­торической топонимии Крыма».

Чем же этот труд, в котором речь идет об исторических реалиях далекого Крымского полуострова, может быть интересен для наших ученых? Дело в том, что многие неясные места топони­мии, например, Волжской Булгарии или Казанского ханства могли бы быть ре­конструированы на примере историчес­кой топонимии Крыма. В. А. Бушаков в процессе многолетней работы над дан­ной темой разработал четкий механизм восстановления исконных названий гео­графических объектов Крымского полу­острова.

Ценность труда В. А. Бушакова так­же заключается в том, что ему удалось в результате историко-лингвистического анализа географических названий, за­фиксированных в древних письменных источниках, на картах, в списках деревень, научной и краеведческой литера­туре, сохраненных в памяти крымских татар, воссоздать полную номенклатуру исторической топонимии Крыма. Она насчитывает свыше тысячи семисот тюр­кских и около двухсот греческих, а так­же одиночные случаи иранских, армян­ских и других лексем.

Из истории известно, что после рас­пада Золотой Орды образовалось не­сколько независимых государств (в том числе Казанское и Крымское ханства). Их основателями стали правители, кото­рые вели свой род от одних и тех же золотоордынских предков. Общие корни, общая историческая память способство­вали тому, что названия городов, сел, рек и озер (больше всего, конечно, населен­ных пунктов) имели схожие названия. После событий октября 1552 г. многие названия татарских деревень и поселе­ний навсегда исчезли с карты истории и не сохранились в памяти татарского на­рода. Крымское ханство перешло под протекторат России лишь в 1783 г. и еще долгое время существовало как автоном­ное, национальное образование. В этом свете историческая топонимия Крыма, которая практически полностью пред­ставлена в монографии В. А. Бушакова в виде отдельной главы — словаря с ком­ментариями (в котором приводятся эти­мологические ссылки и указываются ан­тонимы и синонимы), представляет ин­терес не только для татарских филоло­гов, но и для историков, занимающихся изучением прошлого татарской государ­ственности.

Но все же новая книга украинского ученого — это скорее языковое, чем ис­торическое исследование, которое важ­но, прежде всего, для специалистов по исторической морфологии тюркских языков (а таких исследований в Татар­стане проводится немало). На основе тщательного исследования всего пласта исторической топонимии Крыма (ее тюркской части), автор приходит к вы­воду, что в морфологическом отношении лексика, отраженная в топонимии Крыма, относится к именам существитель­ным, прилагательным и числительным, нумеративным словам, глаголу в личной форме и форме причастий, послелогам. В. А. Бушаков отмечает, что тюркские аффиксы «чык», «лы», «лак», «лык», «нынки» можно характеризовать как топонимообразующие. Прилагательные в топонимах передают всевозможные при­знаки географических объектов: цвет, размер, высоту, глубину, форму, наличие или отсутствие какого-либо качества, ме­стоположение, ориентацию, относитель­ное время возникновения и т. п.

В качестве иллюстрации хотелось бы привести несколько примеров из книги В. А. Бушакова, которые имеют то или иное отношение к топонимике Татарста­на.

Казан — казан, котел (например, ка­мень Казан-Таш вблизи с. Чоргун). Так­же существовали названия ее. Казанли, Казанчы и Казанпир. По мнению автора, этимология этого слова идет от названия предмета быта — посуды (казан — ко­тел) или от названия профессии — ка­занчы (мастер по изготовлению каза­нов)1.

Балтачы — дроворуб (например, р. Балтаджы, с. Балта-Чокрак). Проис­ходит от слова балта — топор2. Татарс­кий ученый Ф. Г. Гарипова, разбирая эти­мологию слова Балтач (в русском вари­анте Балтаси — райцентр в Татарстане), приводит схожую версию, что основате­лем данного населенного пункта был некий Балтачи, который путем вырубки густого леса расчистил место для буду­щего поселения3.

В татарской филологической науке до сих пор нет единого мнения относи­тельно этимологии слова Булгар. Выдви­гаются различные варианты от Булга / Волга (болга-ар — волжские люди) до булгар / белгер (знающий, ученый чело­век). В татарском фольклоре существу­ет легенда, согласно которой имя Булгар пошло от сына мифического Алыпа. По­скольку его ребенок был очень беспокой­ным, все время плакал и размахивал руками (по-татарски — болгау — размахи­вание) ему дали имя Булгар4. В после­днее время М. 3. Закиев предлагает трак­товать это слово как «речные люди». По его мнению, болгар образован из слова болак (река) + ар (мужчины, люди)5.

В своей монографии В. А. Бушаков не приводит аналогичной формы булгар, видимо, в исторической топонимии Кры­ма такое слово отсутствовало. Тем не ме­нее, он дает схожие примеры. В Крыму был распространен гидроним Булак (в значении ручей, протока)6, а также схожие по происхождению топонимы (село и река под названием Булганак). Название р. Булганак автор переводит как «мутный», «загрязненный»7. Следо­вательно, в крымско-татарском вариан­те слова типа Булак — Булганак и его производные чаще всего употреблялись как гидронимы — в любом случае, их этимология была связана с водной сре­дой.

Рамки журнальной статьи не позво­ляют привести другие примеры из моно­графии В. А. Бушакова, которые имеют отношение к татарам и татарской топо­нимии, но необходимо отметить, что они занимают довольно-таки значительное место в общей массе крымско-татарской топонимии. В этом отношении вызыва­ет некоторое сожаление, что автор кни­ги не всегда прослеживает этимологию тех или иных слов на татарских приме­рах (то есть на примерах из языка казан­ских татар). Недостаточно представлены в библиографии исследования казанских ученых (например, Ф. Г. Гариповой, Г. Ф. Саттарова и др.), что объясняется, видимо, разрывом научных и культур­ных связей между нашими странами, ко­торый ведет к такому недостатку науч­ной информации.

Солидное исследование украинского ученого (объемом 17,5 печатных листов) издано небольшим тиражом в 300 экзем­пляров и может оказаться недоступным для тех, кто интересуется тюрко-татарской исторической топонимией. Учиты­вая это, автор монографии разместил ее в сети Интернет8.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Бушаков В. А. Лексичний склад кторичнсп топошмп Криму.-Ки1'в,2003.-С.131.

2. Там жс-С.84.

3. Гарипова Ф. Г. Авыллар һәм калалар тарихыннан.-Казан,2001.-1 том.-БЛ79.

4 Болгар, Казан төшми телләрдән: Риваятьләр һәм легендалар.-Казан,2001.-Б.47-48.

5. Закиев М. 3. Происхождение тюрков и татар.-М.,2003.-СЛ99.

6. Бушаков В. А. Указ. соч.-С90.

7. Там же.

8. http://www.crimeatau.org.Ua//history/mono/Bush_Ls.pdf.

 

Азат Ахунов,

кандидат филологических наук