2004 1

Цензура татарских печатных календарных изданий дореволюционного периода

В России календарные издания по праву считались самым популяр­ным типом полиграфической про­дукции в виду своей доступности и при­ближенности к народу. По оценке русско­го издателя И. Д. Сытина, чьи календари снискали популярность не только красоч­ным оформлением и дешевизной, но и бли­зостью по духу к простому народу, кален­дарь при отсутствии книг, газет, школ «был единственным окном, через которое они (люди. — Л. М.) смотрели на мир»1. Частные лица начали заниматься так на­зываемым «календарным делом»2 с 1865 г., с отменой приоритетного права Санкт-Петербургской Академии наук на издание русских календарей3.

На рубеже XIX-XX вв. у татар было весьма развито книгоиздательское дело. Татарские издания включали в себя весь спектр литературы как по содержанию, так и по типу полиграфического исполнения.

Одной из разновидностей татарских изданий стали календари, пользовавшие­ся большой популярностью у населения.
Их составлением и изданием за­нимались ученые, просветители, писатели, издатели, предприни­матели Р. Амирханов (1841), К. Насыри (1871-1891), Ф. Хали-ди (1891-1899), Г. Фаизхан (1897), Ш. Рахматуллин (1891-1901), Ш. Шагидуллин (1900-1917), М. Кадермати (1906-1914) и др. Календари, как и все изда­ния, подвергались цензуре: одно­временно и предупредительной, и карательной, что отрицательно сказывалось и на количестве, и на содержании изданий. Кроме офи­циальной, татарской книгой за­нимались духовная магометанс­кая цензура в лице муфтия Орен­бургского магометанского духов­ного собрания.

С 1801 по 1872 г. цензурой татарской книги в Казани зани­мались ученые — востоковеды Казанского университета (где в 1812 г. был организован цензур­ный комитет4) И. Хальфин, А. Казембек, И. Березин, И. Готвальд, которые, будучи специалистами в области культуры восточных, в том числе, тюркских народов, были более объективны, чем го­сударственные чиновники или христианские миссионеры. Од­нако перевод в 1874 г. цензурно­го комитета в Санкт-Петербург усложнил процесс получения разрешения на издание татарских книг. Здесь впоследствии цен­зором татарских изданий стал профессор столичного университета В. Д. Смирнов, единомышленник таких реакционеров, как Г. К. Победоносцев, Н. И. Ильминский. Академик В. А. Гордлевский писал о нем: «В убеждениях Смирнова постепенно все более и более раскрывался шовинизм — исключительный национализм. Иноверцы (мусульмане), инородцы (татары) — все нерусские у него элемент, раздражающий национальное русское единство, и, есте­ственно, с этой точки зрения рассматри­вал он культурную жизнь татар и их кни­гу, как цензор»5.

В отношении татарских календарей, которые по своему содержанию квалифи­цируются как издания преимущественно светского характера, у цензора В. Смирнова складывается особое мнение. Он за­дает вопрос об «уместности появления в печати этого отдела тюркской литературы, который по своему значению в народе рав­носилен школьным учебникам, популяри­зируя в простом народе те или другие вещи в подбор соответствующему вкусу и на­правлению составителя6. В. Смирнов бук­вально кромсал издания, стремясь изъять из них полезную информацию, о чем пи­сал с чувством выполненного долга: «В последнее время и нашли свое выра­жение разные татарские тенденции, кото­рые лишь то и дело приходилось урезы­вать, как это можно видеть из моих докла­дов Санкт-Петербургскому Цензурному комитету. Для примера здесь — укажу на то, что в одном из календарей мне при­шлось исключить целое приложение, со­державшее в себе тенденциозный рассказ о взятии Константинополя турками»7.

Этот цензор весьма болезненно реаги­ровал на стремление татар к светским зна­ниям, проявлению интереса к достижени­ям европейской культуры. В рукописном варианте календаря Ш. Рахматуллина на 1893 г. он оставил язвительные заметки напротив сведений об открытии немецко­го доктора Коха: «Вместо этого мнимого открытия лучше бы распространиться о происхождении и причинах холеры»8.

Целый ряд возражений у В. Смирнова вызвала рукопись календаря на 1898 г., со­ставленная неким «муллою Шигабетдином» (вероятно, это Шигабутдин Рахматуллин. — Л. М.). Цензор пишет, что «ка­лендарь содержит настолько разнородную информацию, которые не могут ограни­читься одной лишь компетенцией цензу­ры, статьи о нотариальной части (стр. 61-64), извлечения из Свода законов (т. XV) о возрасте брачующихся (стр. 64-69); о правах по наследству (стр. 70-72); о нака­заниях, налагаемых мировыми судьями (стр. 72-75). Затем сюда же помещено из­ложение содержания всех 15-ти томов Свода Законов (стр. 76-91). Тут же есть указания способов лечения разных болез­ней: кори, оспы, простуды и т. п. (стр. 92-103) и длинная статья — реклама о тера­певтических свойствах эфедры (стр. 103-131). Наконец, целый ряд объявлений тор­говых, профессиональных и т. д. (стр. 131-142)»9. По мнению цензора, статьи подле­жат одобрению юридического, медицин­ского и полицейского ведомств.

Цензор усмотрел «погрешности» еще в одном календарном сочинении, состав­ленном Ш. Рахматуллиным. Он сокруша­ется: «О русском счислении и в помине нет. Спрашивается для чего нужен нашим татарам османский календарь?..»10. Одна­ко в Главном управлении по делам печати эти «погрешности» не посчитали недопу­стимыми. Было решено «оставить статьи юридического, торгового и медицинского содержания», получив только разрешение медицинского Совета для напечатания ме­дицинских статей. Что касается систем ле­тоисчислений, помещенных в календаре, «то, оказалось, что в нем представлены, по­мимо османского летоисчисления, григо­рианское и русской церкви и гражданское, причем «османский» календарь оказался на самом деле лунным календарем мусуль­манских стран»11.

В фонде Научной библиотеки Казан­ского государственного университета со­хранились татарские календари, изданные братьями Ахмадуллиными, которые так­же испытали на себе «влияние» пера цен­зора В. Смирнова12. В архивных материа­лах зафиксированы не единичные случаи, когда в отношении татарских календарей предпринимались попытки судебного раз­бирательства. Среди них были некоторые календарные издания Ш. Хамиди. Биогра­фия этого человека весьма интересна. С молодых лет он общался с книгоиздате­лями братьями Каримовыми, впослед­ствии стал работать в их типографии кор­ректором и на долгие годы связал свою жизнь с книгой13. Еще будучи корректо­ром, Ш. Хамиди составил и выпустил не­сколько календарей, один из которых со­хранился до наших дней. «Тенденциоз­ные» по содержанию материалы были об­наружены в отрывном календаре на 1907 г.14

В татарских печатных изданиях рубе­жа XIX-XX вв. особо пресекались какие-либо заметки или сообщения, касающие­ся джадилистов и их деятельности. Харак­терно, что даже было заведено архивное дело под грифом «Секретно» с материа­лами о календарном издании, в котором «восхвалялись» муллы Габдулла и Губайдулла Бобинские, создавшие новую шко­лу для подготовки учителей15. Известно, что деятельность семьи Бобинских явля­ется огромным вкладом в формирование системы светского образования у татар16. В издании Г. Ниязи под названием «Необ­ходимый каждому карманный календарь на 1911 / 1329 гг.», предлагались сведения о съездах учителей мусульманских школ, состоявшихся в Казани в августе 1906 г. и в мае 1907 г. Власти города квалифициро­вали данное событие как нелегальное ме­роприятие, стремившееся вызвать волне­ния среди татарской интеллигенции. Не­смотря на давность событий, Комитет по делам печати не позволил печатать данную информацию на страницах календаря17.

В наши руки попал один из календа­рей, изданный в Оренбургской типографии X. Хусаинова, в содержании которого цен­зор И. Емельянов усмотрел «несколько тенденциозных известий и сообщений»18. Однако, несмотря на все препоны, изда­ние вышло в свет, но в урезанном виде.

В Национальном архиве Республики Татарстан сохрани­лось еще одно дело подобного характера — это прошение о привлечении к судебному раз­бирательству календаря, состав­ленного Г. Фахрутдиновым. В издании, выпущенным в свет типографией X. Хусаинова в Оренбурге, были обнаружены признаки «преступности». Итак, в чем же обвиняли составителя календаря? Во-первых, в изда­нии под страничкой за 8 марта была помещена заметка «Поче­му мусульмане не богатеют?». Здесь весьма лаконично и ясно отмечалось, что русские чинов­ники наживаются за счет нало­гов, которые мусульмане Орен­бурга платят в казну, и в под­тверждение тому были приведе­ны конкретные цифры: «Орен­бург на обучение ежегодно тра­тит 180 000 рублей, из них толь­ко 5-6 тысяч идут в пользу му­сульман Во-вторых, на стра­ничке календаря под 6 марта напечатано: «В 1868 г. ро­дился русский царь «наш пашах» (вероятно, это па­дишах. — Л. М.) — эдакое извращение титула госуда­ря, за что предусматрива­ется статья 128 Уголовно­го Уложения». В-третьих, заметка, помещенная на страничке под 11 июня, имеет следующее название «Мелкие причины великих событий». В утверждении названия статьи приводят­ся следующие факты, «на­пример, 120 миллионов русских — православные; главная причина этому — запрещение вина в исламе. В таком утверждении автора, что русские потому только православные, что ислам запрещает пьянство, а православная вера будто бы потворствует этому пороку, зак­лючается поношение церкви православ­ной, что предусматривается статьей 73 Уголовного Уложения. С другой стороны, противопоставление мусульман, которым употребление вина запрещено Кораном, русским, которые из-за того запрещения вина в Коране будто бы приняли право­славную веру, выставляется весь русский народ подверженным пороку пьянства, и имеет целью возбудить к нему в мусуль­манах чувство пренебрежения и вражды, что предусматривается пунктом 6, статьи 129 Уголовного Уложения...»19.

Цензоры скрупулезно изучали не толь­ко текстовый материал, но и иллюстратив­ный. К примеру, в деле о календаре «Мушаварат» отмечается, что «из 62 картин, посвященных военным событиям, только 16 относятся к России и союзным с ней го­сударствам, остальные 46 касаются Герма­нии и Турции»20.

Листая страницы сохранившихся та­тарских печатных календарей, таких как «Заман», «Мушаварат» и других, нельзя не обратить внимание на колонки статей и фотографий, повторяющихся из года в год. Это хронологические заметки о жизни и деятельности членов царской семьи, а так­же их портреты. Как установил книговед A. Каримуллин, «этот порядок был введен B. Смирновым, который при отсутствии этих сведений вовсе не допускал издания к печати»21. Это обязательное условие, раз­решающее печатание календарей было введено с целью воспитания масс в верно­подданническом духе и укреплении госу­дарственных устоев. Все неточности и по­грешности в отношении особ император­ской фамилии должны были быть немед­ленно устранены, после чего автор повтор­но писал прошение в Санкт-Петербург­ский цензурный комитет на разрешение издания данного сочинения. И только пос­ле прохождения всех этих бюрократичес­ких процедур выдавался билет, разреша­ющий печатание изданий.

Календари, как и вся печатная продук­ция, были в центре внимания царских цен­зоров и подвергались периодическим цен­зурным преследованиям.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Книга в России (1881-1895) / Под общей ред. И. И. Фроловой.-СПб.,1997.-С83.

2. РГИА, ф.796, оп.146, д.2007, л.8.

3. Там же, ф.777, оп.1, д. 1202, л.1; Алексеев В. Родословная календаря // Куранты: Альманах. Вып.2.-М.,1987.-С332.

4. Татарская книга пореформенной России: Исследование.-Казань,1983.-С99.

5. Гордлевский В. А. Избранные сочинения.-М.,1968.-Т.4.-С413.

6. Там же.

7. РГИА, ф.776, оп.20, д. 1062, л. 144-144 об.

8. Фэтхиев А. С. Татар әдипләре һәм галимнәре кулъязмалары.-Казан,1986.-Б.41.

9. РГИА, ф.776, оп.20, д. 1062, л.420.

10. Там же.

11. Каримуллин А. Г. Татарская книга пореформенной России.-Казань,1983.-С132.

12. ОРРК НБ КГУ, 1471 т, 1541 т.

13. Мэрданов Р. Ф. Шакирҗан Хәмидинең тууына 125 ел // Гасырлар авазы-Эхо веков.-2003.-№ 3/4.-142-145 б.

14. РГИА, ф.776, оп.21, ч.П, д.288, л.1; НА РТ, ф.420, оп.1, д.ЮОа, л.1-3.

15. НА РТ, ф.1, оп.4, д.4507, л.4.

16. Махмутова А. X. Становление светского образования у татар: (1861-1917).-Казань,1982.-96 с; Мәһдиев M. Буби мәдрәсәсе / Мәдрәсәләрдә китап киштәсе... Фәнни-популяр очерклар.-Ка-зан,1992.-38-70 б.; Бертуган Бубыйлар һәм Иҗ-Бубый мәдрәсәсе: Тарихи-документаль җыентык.-Казан, 1999.-240 б.

17. НА РТ, ф.420, оп.1, д. 158, л.131-135; Каримуллин А. Г. Татарская книга начала XX века.-Ка-зань,1974.-С175.

18. НА РТ, ф.420, оп.1, д.209, л.91-93.

19. РГИА, ф.776, оп.21, Ч.П.-1914, д.376, л.2-3; НА РТ, ф.420, оп.1, д.261, л.45-49.

20. НА РТ, ф.420, оп.1, д.275, л.31.

21. Каримуллин А. Г. Татарская книга начала XX века.-Казань,1974.-С195.

22. 7-я Областная партийная конференция Татреспублики (22-26 марта 1923 г.): Стенографичес­кий отчет.-Казань,1923.-С36.

23. Там же.-С.37.

 

№1

Прошение указного муллы Малорусаковского прихода Свияжского уезда Казанской губернии Шигабутдина Абдулгазизова Рахматуллина в Санкт-Петербургский цензурный комитет об издании календаря на 1895 г.

23 декабря 1894 г.

Представляя при сем в оный Комитет составленный мною календарь на 1895 год, возвращенный оным комитетом на имя г. казанского губернатора при предписании от 22 ноября за № 2110 для исправления мест касающихся [...]I особ императорской фамилии, честь имею донести, что указанные в предписании сведения все исправлены в точности.

А потому честь имею покорнейше просить оный Комитет дозволить мне отпечатать его, и по таковому дозволению не найдет ли Комитет возможным возвратить его мне самому лично по следующему адресу: почтовая станция Индырчи Казанской губернии, мулле Малорусаковского прихода Шигабутдину Рахматуллину.

Причем совокупляю, что деньги 1 руб. 60 коп., потребные на покупку 2-х марок 80-копеечной стоимости каждой, для допущения рукописи к цензуре, мною были пред­ставлены в оный Комитет 11 окт[ября] сего года и того же числа сданы на почтовую стан­цию Индырчи, квитанция которой за №24 при семь прилагаю. 1894 года дек[абря] 23.

Мулла Ш. Рахматуллин

Пометы: 7 янв[аря] 1895 г. дозволено Д. С. Смирновым 20 янв[аря] 1895 г. Отправлено Рахматуллину 24 янв[аря].

 

РГИА, ф. 777, оп.4, д.11, л.32-32об.

 

№2

Отношение председателя Казанского временного комитета по делам печати в Главное управление по делам печати о возбуждении судебного преследования против составителя татарского стенного календаря на 1907 г. крестьянина Шакирзяна Хамидуллина

не позднее 8 января 1907 г.

Имею честь сообщить в Главное управление по делам печати, что Казанским вре­менным комитетам по делам печати, по докладу члена его проф. Катанова возбуждено судебное преследование против составителя татарского стенного календаря на 1907 год крестьянина Шакирзяна Хамидуллина за помещение на обороте 418 и 420 страниц кален­даря статьи под заглавием «Конные казаки», в которой заключаются ложные сведения о казачестве с целью возбудить враждебное к нему отношение [...]II, что этот татарский стенной календарь был отпечатан еще в октябре месяце прошлого года, но не был рас­смотрен подробно г. Ашмариным за большим количеством дел по инспекции татарских изданий, и лишь по учреждении в Казани Комитета по делам печати календарь был тща­тельно просмотрен проф. Катановым, но к этому времени издатели уже успели его рас­продать.

Председательствующий Комитета по делам печати (подпись).

 

Перевод

На стр. 418 и 420 стенного отрывного календаря на 1907 г., напечатанного в типографии] бр[атьев] Каримовых на тат[арском] яз[ыке] «Конные казаки»

[...] они сколько земли [...]IIIу казны! Но подати не платят. Они поставлены для обе-регания государства, для укрощения приносящих вред государству. Когда возникает вол­нение, посылают их. Вместо того, чтобы усмирять виновных людей и успокаивать неви­новных, они досыта бьют и виновных, и невиновных, грабят их магазины и дома и во время [...] смут производят насилие женам и дочерям неповинных людей, не оставляют и старух 50 лет, начиная с 16-летних девиц. Они не друзья-оберегатели государства, но враги государства, ибо, если бы они были друзьями государства, когда возникают в госу­дарстве такие тягости, они должны были бы скорбить душой и телом и, отказавшись от еды и питья, пожелтев лицом. Будет ли печальный человек баловать с женщиной или девицей?

Переводил Н. Катанов, 8 янв. 1907 года.

 

НА РТ, ф.420, оп.1, д. 100а, л. 1-3.

 

№3

Заявление цензора И. Емельянова в Казанский временный комитет по делам печати об издании календаря М. Кадерметова «Мушаварат»

13 мая 1915 г.

В представленном при сем календаре 1915 г. на тат[арском] яз[ыке] «Машурат калин-дари» бр. Каримовы[х] обращает на себя внимание следующее: 1) из 62 картин, посвя­щенных военным событиям, только 16 относятся к России и союзным с ней государствам, остальные 46 касаются Германии и Турции; 2) говоря о причинах настоящей войны, автор не отмечает ее идейные стороны, а говорит, что она произошла в силу столкновения только интересов государственной пользы и отмечается при этом то обстоятельство, что союзницей России является Англия, много повредившая ей в бывшую Турецкую войну (57 стр.); 3) довольно подробно описывается сила и мощь Германии, говоря о непобеди­мых гаубицах и подводных лодках (81 стр.).

А. Емельянов

 

НА РТ, ф.420, оп.1, д.275, л.31.

 

Из донесения цензора Казанского временного комитета по делам печати И. Емельянова оренбургскому губернатору о татарском календаре на 1913 г., напечатанном в типографии X. Хусаинова

30 сентября 1912 г.

[...] [Календарь] содержит несколько тенденциозных известий и сообщений на стр. под 10 марта - в 1907 г. умер Победоносцев, стяжавший известность своими вредными движениями по отношению к мусульманам; 2) на стр. под 14 апреля -день восшествия на престол турецкого султана Мухаммед-Решада V. Праздник пасхи. Присутствия и лавки закрыты; 3) на стр. под 6 августа оборот - в очень старые времена на Руси было респуб­ликанское правление: князей избирали, все дела вершили на народных собраниях, назы­ваемых Вечем. С течением времени права народные уменьшались и перешли к боярам. В 1905 г. император Николай II манифестом от 6-го августа приблизил Россию к конститу­ционным государствам; 4) на стр. под 26 августа - в 1812 г. в местечке Бородино про­изошло большое сражение Наполеона с русскими... Русские были побеждены; 5) на стр. под 21 ноября - одно время много делалось распоряжений, чтобы воспрепятствовать отпавшим формально стать мусульманами, например, они не могли поступать в медресы; рождение, смерть и браки в метрики не записывались; девицы не могли выходить замуж за мусульман. Манифестом 1905 г. все это уничтожено. Теперь всякий человек, предки которого были мусульманами, может формально записаться в мусульманские тет­ради. Также могут переходить в список ислама и язычника, и иудей [...].

 

НА РТ, ф.420, оп.1, д.209, л.91-93.

 

I Слово не разборчиво.
II Слово не разборчиво.
III Слово не разборчиво.

Лейсан Миннуллина,

аспирантка КГУ