2006 2

Скандинавские источники о гуннах, булгарах и татарах

В данной статье автор предлагает вниманию читателя небольшую выборку сведений из опубликованных в России скандинавских источников, могущих послужить основанием для постановки проблемы, отдельные направления которой, несомненно, потребуют дальнейших исследований. В основном это скандинавские саги, квиды и тулы — эпические произведения. Сведения эти многослойны как по составу, так и по времени возникновения тех или иных сюжетных линий или оборотов. Некоторые из них признаются специалистами весьма архаичными. В сопоставлении с ними мы рассматриваем сходную информацию южногерманских эпических произведений, карело-финской «Калевалы», а также отдельные цитаты из хроник, географических описаний, подкрепляющих сведения вспомогательных исторических наук.
 К одним из наиболее древних мы относим сведения о тюрках и былом родстве династий тюрков и скандинавов. Так, примечательно, что сами германцы сумели сохранить вплоть до ХIII в. информацию о своей былой Родине и древних обычаях. Известный скальд С. Стурлусон, в частности, записал сказание о том, что своей исторической родиной предки современных шведов считали «Асгард» и «Великую Светьод», располагавшуюся «восточнее Дона». Оттуда и пришли, по его мнению, предки правителей в Скандинавию1. В «Младшей Эдде» он же уточняет, что Один вывел свой народ «из страны турков», основал древнюю столицу шведов — Сигтуну и установил законы, «к каким были привычны турки»2. В «Саге об Инглингах» из «Круга земного» законы асов включали сжигание трупов умерших и установление надмогильных камней3.
Скальдами не раз упоминалось об отличии современного им языка скандинавов от языка предков. И это отличие явно не сводится к отличию датского языка от норвежского, о чем им упоминалось отдельно4.
В «Младшей Эдде» С. Стурлусон приводит интересную фразу: «Язык этих людей из Азии стал языком всех тех (европейских) стран». О характере этого древнего языка предполагается судить по древним именам предков, сохранившимся в родословных, древним топонимам5. Таким образом, самими германцами была сохранена память об «азиатской»I родине и ином «древнем языке», на котором разговаривали предки. По всей видимости, другим языком пользовалась лишь знать, которая позднее, как это часто бывало в истории, растворилась среди своих подданных.
Некоторые современные исследователи, стремясь отделить древних асов от азиатов (в основе обоих терминов, по всей видимости, одна и та же морфема), отмечают средневековую моду удревлять свою генеалогию, «привязав» ее к известным событиям и сильным народам.
Подобная тенденция действительно наблюдалась, в том числе и у скандинавов. Но эта тенденция в Европе скорее обратная зафиксированной нами, проявляется в стремлении обязательно сблизиться с Троей, Древним Римом или Грецией. Что мы, собственно, и видим у С. Стурлусона (ХIII в.), когда страну асов он видит в римской Асии, а Асгард в модной тогда Трое, поэтому, вероятно, и древний Тюркланд у него южнее Черного моря6, где в его время уже проживали турки. В этом сообщении мы сможем выделить скорее иной аспект: несмотря на многие века, когда к азиатским культурам и народам относились в Европе презрительно, в сагах сохранилась противоположная тенденция, которую следует считать отвечающей реалиям более древнего периода. Чего стоит, например, фраза о том, что Азия «во всем прекраснее и лучше», а люди, ее населяющие, выделяются «мудростью и силой, красотой и всевозможными знаниями»7. Поэтому нежелание некоторых исследователей использовать указанные сведения мы относим к пережиткам европоцентризма в историографии.
Скальды подчас прямо заявляют о былом соседстве и родстве с тюрками. Так, например, в «Саге о Скъельдунгах» четко указывается местонахождение Великой или холодной Свитьод — «к северу от Меотийского болота»8. В «Саге об Инглингах» (первой династии скандинавов) указывается, что север Великой Свитьод не заселен «из-за мороза и холода». Она отделялась от Тюркланда горным хребтом, «который тянется с северо-востока на юго-запад»II.
Саги утверждают, что в Тюркланде у предка и бога скандинавской знати — Одина (Вотана) были обширные владения. Более того, есть упоминания, что один из инглингов — Ари Мудрый Ингви — был конунгом тюрков, а один из его потомков — Свейгдир — много позже, побывав в Тюркланде и в Великом Свитьод, «встретил там многих своих родичей»9. Вероятно, об этом ведет речь В. Н. Татищев в первом томе своей «Истории Российской…», где указывает, что шведские историки Иоган Магнус и Рутберг написали родословную шведских королей, первый из которых взял «точно татарских ханов имена, ибо они с татарами единородными почитаются»10.
Хронист ХII в. анналист Саксон («Грамматик») также указывал, что предки скандинавов пришли с юга, с Дона примерно в 166 г. под предводительством Роллона11. Это сообщение находит определенные подтверждения в находках Тура Хейердала в низовьях Дона в 2001 г. Очень интересна в этом отношении цитата из работы константинопольского историка Менандра Византийца, которая не могла быть ранее достойно оценена без базы вышеприведенного сопоставления письменных данных и вещественных находок. В ней тюркский правитель Дизавул, возвеличивая могущество тюркской державы и перечисляя свои завоевания, отмечает Скенди, располагавшиеся, судя по тексту, вблизи Дона и Северного Кавказа12.
В средневековом скандинавском географическом произведении «Какие земли лежат в мире» указывается, что в Тракии (рядом указывается Унгараланд и Болгараланд) некогда жил Фирас — сын Иафета, внук Ноя. «От него произошел народ, который называется тюрками… Из этих земель заселялась Свитьод, а Норвегия — из Свитьод»13. Указания на Болгараланд имеются и в сборнике «Хаймскрингл» («Круг земной»)14. По всей видимости, речь идет о черноморской Болгарии. Интересно, что «Мурфатларские руны» Румынии (область былого господства кара-булгар неподалеку от указанной выше «Тракии») содержат те знаки, которые отличают старшие германские руны от донских и кубанских булгарских.
В отдельную проблему может вылиться вопрос о династийных связях скандинавских династий и гуннов, которым посвящено немало строк в сагах. В легендах ряда скандинавских народов в качестве одного из основателей некоторых династий указывается Атилла («шведский» король Атилс (Адилс)). Причем здесь маловероятно простое созвучие с именем великого завоевателя. По одноименной легенде могущество «Атилса Черное Сердце» было столь велико, что он отправлял некоторым европейским державам в качестве королей псов или вестовых15. Многочисленные описания правителя Атли (Атилса, Адилса) в сборниках «Младшая» и «Старшая Эдда» не оставляют сомнений в том, что речь идет об Атилле и его гуннах16. В ряде произведений прямо говорится об «Атли (Атилсе) из Хуналянда», упоминается и Хунмарк17. Комментатор также в этом не сомневается18.
Атилле посвящены и так называемые «Гренландские квиды», «Atla guida», «Atlamal», по которым, кстати, нибелунги — одновременно и гунны, и бургунды. В «Nibelungslied» (Песне о нибелунгах) и «Valtaris Aguitanus» дается более подробное описание женитьбы Атиллы на бургундской и иных европейских принцессах19.
В некоторых сагах и тулах описываются династийные связи между правителями гуннов, готов и нифлунгов (нибелунгов). В большинстве саг гунны — свои герои, что, возможно, связано с многозначностью этого термина в германских языках. Гунны противопоставляются готам лишь в наиболее архаичных из саг, но и там отмечаются родственные связи правителей20. Отмечаются и некоторые отличительные признаки гуннов: «черные, как вороново крыло, волосы нифлунгов»21. Более того, даже сам Сигурд (Зигфрид) — символ германского рыцарского духа — многократно указан «гуннским конунгом»22.
 И это далеко не единичный подобный случай. Так, в результате сопоставления сведений ряда источников английский исследователь Говард Рейд доказывает восточное (не исключая и гуннское) происхождение всем известного короля Артура «из южно-русских степей»23. И в самом деле, кому у нас непонятно старинное княжеское имя Яр-тур, применявшееся, кстати, у татар до ХХ в. Таким образом, древние скандинавы отмечали не только былые контакты с тюркским миром, но и указывали на известное родство своих династий с тюркамиIII.
Интересны сведения о прибалтийском Гунналанде. В «Саге об Эгиле одноруком и Асмунде убийце берсерков» Гунналанд (страна гуннов) локализуется западнее Руссии и Гардарики24. В некоторых легендах отмечается, что замок Атилса располагался в Упсале25.
Мы также обратили внимание на интересные термины из «Готского альманаха», где для определения язычников применялись термины «thiudos» (чудь?) и «haithns», «haidan», «haidano» — «предположительно со значением “дикий (некрещеный) народ”»26. Это тем более интересно, что за «белыми» (восточными) гуннами-эфталитами сохранилось и иное название — «hatan (heitan)». В контексте проблемы выявления природы «европейских гуннов» нам видятся далеко не случайными эти совпадения этнонимов в среднеазиатском и прибалтийском «гунналандах».
Следы господства этих гуннов сохранились и в родословных славянских князей и даже в некоторых русских летописях.
Многочисленные топонимы и гидронимы алтайского типа на Балтике позволяют примерно локализовать прибалтийский Гунналанд побережьем Померании, Пруссии, Литвы, Ливонии. В этой связи обращают на себя внимание результаты раскопок гуннского могильника на горе, которая тысячелетиями сохраняла название «Hunnenberg»27 — «Гора гуннов»IV.
Ряд письменных свидетельств и результаты археологических изысканий позволяют предположить, что интенсивное сообщение между Идель-Уралом и Скандинавией происходило не только по Волго-Балтийскому пути, но и по северным речным и морским путям28.
Более того, прямое восприятие информации ряда восточных источников позволяет утверждать, что некоторые тюркские народы временами проживали далеко на севере Восточной Европы.
Примечателен в этом отношении, например, тот факт, что и в карело-финской «Калевале» указываются турьи в Лапландии29. А мать главного героя считала, что для успеха похода нужно знать язык турьи, которого он не зналV.
Сами скандинавы подтверждают участие номадов в боевых действиях в Скандинавии и Прибалтике. Так, легенды, описывая противостояние Ховарта и Хрольфа, отмечают, что первый нанял бойцов «со всего Севера… и кочевников из земли полуденного солнца и почитателей кобыльего молока из племен Востока»30. Между тем в Средневековье кроме Хунналанда на востоке Прибалтики современниками указывались «держава ориентов» (восточные) и некие «геллеспонтцы»31.
По сведениям некоторых источников, области сарматов и аллан когда-то достигали Балтики. Там же имеются и археологические находки салтовского (хазаро-булгарского) типа.
Не эти ли «ориенты» являлись жителями Балгарасиды (Балагардсида Снорри Стурлусона), которая располагалась в Финляндии32. Под Балгарасидой мы можем осторожно предполагать западные форпосты булгар, о присутствии которых до Х в. в северо-западном озерном крае (на Ладоге, Онеге — «в двух шагах» от Балтийского побережья) довольно уверенно утверждают археологиVI.
Это указание скандинавов перекликается со сведениями средневековых восточных географов. Так, анонимный источник Х в. «Ахбар-аз-Заман» описывает «сладкое море», принадлежащее славянам и текущее с запада на восток до соединения с другим морем (Белым?), простирающемся со стороны булгар33. В сочинении ал-Хараки, датируемом 30-ми годами ХII в., обобщившим древнейшие географические сведения, сообщается о «великом заливе на севере страны славян, называемом морем варанк… Простирается этот залив до земли мусульманских булгар»34. Махмуд ибн Вали вторит: «Область Булгар расположена поблизости к стране ифрандж» (франки, европейцы. — Р. Н.)35.
Весьма примечательно, что и географические представления автора «Повести временных лет» не противоречат сведениям восточных хронистов. Указывается, что варяги живут по Варяжскому морю «вплоть до пределов симовых» (напомним, что волжских булгар и хазар древнерусская география относила к народам симовым, т. е. восточного происхождения).
Среди целого ряда интересных балтийских ойконимов привлекает, например, название кашубской деревни «Bulgardzew» (1335 г.). Особую значимость это название приобретает на фоне целого ряда топонимов «поволжского» типа, которые можно расценивать как возможный след булгарского присутствия36.
В числе восточных находок на островах Балтики периода 800-1100 гг., по данным Тунмарка, указываются «секиры, булавы, топор, бронзовые основания поясных сумок, аналогичные находкам Волжской Булгарии, восточная керамика…». При этом учеными отмечается малочисленность типично восточных находок37. Тем ценнее обнаруженные в г. Бирке (Швеция) «глазчатые» булгарские бусы38.
Надо сказать, что исследователи обращали внимание на широкое распространение аллан в Европе, на то, что они неоднократно проникали на европейский северо-запад со II в. н. э. Так, сотрудники Института истории РАН РФ Е. С. Галкина и А. Г. Кузьмин утверждают, что могильники аллан четко выявляются даже «во Франции и Бельгии».
«Примерно с VIII в. н. э… просматривается движение с Северного Донца и Дона по Волго-Балтийскому пути в Балтийский бассейн…», «салтовцы проникают на Днепр… как бы окружным путем: сначала — на север Волго-Балтийским путем, потом на юг — путем “из варяг в греки”»39. В свете этого особого внимания заслуживает сообщение комментатора Адама Бременского о том, что на восточном побережье Балтики «живут алланы или албаны, которые сами себя называют wizzi»40.
К следующим столетиям можно отнести единственное обнаруженное нами упоминание, которое следует однозначно относить к Волжской Булгарии. В одной из саг описывается разговор Эрика с «конунгом Яроцлайвом», который уговаривал Эрика остаться у них и стать правителем страны, которая называется Вульгария. «Она составляет часть ГардарикиVII, и народ в ней некрещенный»41. Но Эрик не согласилсяVIII.
К более поздним временам относятся сообщения о нашествии татаро-монгол.
Относительно к 20-50-х гг. ХIII в. в «Саге о ХаконеIX Старом» описываются следующие события: «Хакон конунг… велел построить церковь на Севере в Трумсе и окрестил весь тот приход. К нему пришло много бьярмов, бежавших от татар, и окрестил он их, и дал им фьорд, называемый Малангр»42.
В 1251 г. в Норвегию прибыло посольство Александра (Невского?). Затем последовало ответное посольство на Русь из Норвегии, во главе которого стояли Виглейк и Боргар43.
Имя Боргар интересно в аспекте его близости к «правильному» наименованию болгар — баргар (боргар). Считать ли простым совпадением тот факт, что руководителем восточного посольства был послан человек с таким значимым в регионе именем, или делать иные выводы? Вопрос остается открытым. Но при этом нельзя не отметить, что русские княжества к тому времени находились под прямым сюзеренитетом Великой Монгольской империиX и не имели права дипломатической инициативы, следовательно, по существу, за обоими посольствами просматривается политика великих ханов на северо-западных окраинах своих земель. Также сохранились и прямые письменные свидетельства норвежцев середины XIII в. о непосредственных контактах скандинавов и татар. Под 1286 г. в анналах отмечается посольство татар к Эйрику — конунгу Норвегии44.
 Известно, что посольствами, как это принято, оформляется уже сложившийся комплекс отношений. Учитывая мощь Татарской империи и мизерный экономический потенциал Норвегии, речь могла идти только о транзитной торговле, ее условиях и маршрутах. Известно, например, что к тому времени Сарай уже дал разрешение немецким купцам на беспошлинный проезд через Владимиро-Суздальскую Русь.
Вероятно, к этому периоду относятся сведения скандинавского географического сочинения «Какие земли лежат в мире», где страна Тартарики (страна тартар) указана восточнее и севернее Русаланда45.
Примерно там же на скандинавской условной карте мира располагался район проживания бьярмов. Отмечая северную границу Тартарики побережьем Северного Ледовитого океана, автор произведения, таким образом, практически указывает на возможность отдельного морского пути к «тартарам». Ведь даже в ХVII в. Карское море — «море у Вейгата» (остров Вайгач) — еще продолжало называться «татарским»46.
Надо сказать, что кроме прямых указаний на тюркские народы в сагах и тулах имеются интереснейшие косвенные данные (о глазчатых бусах, экзотичности чугуна, восточных мечах, коврах, стекле и пр.). Не меньшего внимания заслуживают архаичные сюжеты, которые находят параллели в восточных легендах. Их довольно много, и целый ряд из них широко известен.
К еще не обозначенным исследователями общим мотивам можно, на наш взгляд, отнести сведения саги «Видение Гюльви» о дальнем предке Бури — создателе человека47. Особый интерес этого персонажа для нашей темы выявляется в сопоставлении с легендами урало-алтайских народов о происхождении правящих родов от волка. Крайне важное значение имеет и утверждение «Тулы о Риге» о том, что основой термина «конунг» было слово «кон»48.
Еще одним перспективным направлением исследования для поиска общих черт может стать сопоставление кельтских элементов в германоязычных скандинавских произведениях с алтайскими (разумеется, на фоне общемировых).
Таким образом, приведенные в данной статье сведения позволяют не только заявить о проблеме наличия необработанной информации о гуннах, булгарах и татарах в европейских средневековых источниках, но и выделить в качестве отдельной темы древнейшие прямые контакты предков современных европейцев и тюрков.

I Согласно античной географической традиции граница между Европой и Азией проходила по Дону.
II Один из первых исследователей ХIХ в. П. А. Мунк полагал, что это горы — Урал. К такой же точке зрения склонялся и М. И. Стеблин-Каменский. Мы считаем, что описание Тюрклянда и гор гораздо больше напоминает Кавказ.
III Интересно в этом плане мнение антропологов. Так, Т. И. Алексеева утверждает: «…Население (раннесредневековых? — Р. Н.) Швеции и Дании не находит прямых аналогий среди германцев… Отличаясь размерами головы и лица, особенно у средневековых датчан встречаются формы, тяготеющие к широколицым формам бассейна Дуная, и с собственно германцами в своем генезисе не связаны…» (см.: Алексеева Т. И. Славяне и германцы в свете дополнительных антропологических данных // Вопросы истории. – 1974. – № 3. – С. 62-65).
IV Калининградский археолог Е. А. Тюрин рассматривает эти захоронения почему-то как балтские, а явно степные признаки обряда захоронений объясняет лишь «влиянием державы Атиллы». Он, по-видимому, предпочел идти за немцами в трактовке топонима — «Гора великанов», но не следует забывать, что степные захоронения с конями производились за столетия до захвата Сембии немцами, то есть название горы, вероятнее всего, перешло к ним от ассимилированных балтов-сембов, у которых термин «gunn (hunn)» не имеет такого многозначия, как у германцев.
V Это весьма существенное замечание, так как означает, что указанные туры не относились к финской общности. А существование особого этноса объясняет и наличие на северо-западе топонимов, содержащих основу «tur (turk)» (например, «Тurku» в Финдяндии). В арабоязычных и еврейских источниках также имеются сведения о тюрках на Крайнем Севере.
VI Так, на р. Оять А. М. Линевским в курганной группе Нюбиничи был обнаружен булгарский салтово-маяцкий кувшин начала ХI в. (Полубояринова М. Д. Русь и Волжская Булгария в Х-ХV вв. – М., 1993. – С. 6-106). Район Ладоги примечателен тем, что на ее западных берегах синхронны дославянские древности скандинавского и булгарского происхождения. Так, Е. А. Рябинин отмечает, что по данным археологии в конце IХ — начале Х вв. «на западной окраине Приладожья оседают выходцы из Ладоги — скандинавские торговцы» (Рябинин Е. А. Славяно-угорские контакты // Uralo-indogermanica. – M., 1990. – С. 47). Кроме того, в этом районе, так же как и на Белозере проживала ранее и легендарная весь (вепсы). Примечательно, что весь в качестве торговых партнеров и данников Булгара упоминалась еще Ибн-Фадланом. Исследователи отмечают, что «…к Х веку относится проникновение древностей северо-западного и скандинавского происхождения в земли летописной веси (Белозерско-Шекснинский край), сочетающееся с появлением арабского (в значительной мере булгарского — Р. Н.) серебра и булгарской керамики» (Рябинин Е. А. Указ. соч. – С. 46-47; Голубева Л. А. Белоозеро и волжские булгары // Материалы и исследования по археологии СССР. – 1979. – № 169. – С. 41, 131-137; Богуславский О. И. Южное Приладожье в системе трансевропейских связей IX-XII вв. // Древности северо-запада. – СПб., 1993).
VII В этом отношении стоит обратить внимание на наблюдение специалистов еще ХIХ в., отмечавших, что оппозиция понятий «Руссаланд» — «Гардарики» встречается неоднократно. Их слияние — результат позднейших представлений. Пользу в оценке местонахождения Гардарики нам может оказать следующая фраза: возвращаясь в Скандинавию «из (Великой) Свитьод он направился сначала на запад — в Гардарики…».
VIII По всей видимости, отношения Эрика с Булгарией были совсем иного плана. Примечательны сведения о нападении Эрика на Ладогу в период, приходящийся на время походов Святослава на обе Болгарии.
IX Само это имя можно оценивать как свидетельство былых контактов с тюрками. Здесь явно прослеживается тенденция перехода титула в имя: хакан — Xакон, так же, как и харунг(а) — король — Кароль — Карл; чжоу пань — жупан — чупан, хан и т. д.
X Золотая Орда джучидов еще не выделилась.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Стурлусон С. Круг земной. – М., 1995. – С. 11.
2. Младшая Эдда / Отв. ред. М. И. Стеблин-Каменский. – Л., 1970. – С. 11.
3. Стурлусон С. Указ. соч. – С. 14.
4. Там же. – С. 9.
5. Младшая Эдда… – С. 12. Кстати, даже обработанные списки саг насыщены непонятными для скандинавов словами. Многие их сюжеты также становятся понятными лишь при сопоставлении с восточными легендами.
6. Младшая Эдда… – С. 10; Джаксон Т. Исландские королевские саги о Восточной Европе (с древнейших времен до 1000 г.): Тексты, перевод, комментарии. – М., 1993. – С. 63.
7. Младшая Эдда… – С. 10.
8. Джаксон Т. Указ. соч. – С. 224.
9. Стурлусон С. Указ. соч. – С. 17; Джаксон Т. Указ. соч. – С. 52, 53, 63, 224.
10. Татищев В. Н. История Российская. – М., 1768. – Т. 1. – С. 71. Возможно, зафиксированная в ХVI в. в Швеции этническая группа темноволосых «таратар», занимавшаяся коневодством, проживала там издавна.
11. Cлавяне и Русь / Под ред. А. Ф. Киселева / Сост. А. Кузьмин. – М., 1999. – С. 471. Переводы Грамматика и Гельмгольда на русский язык автору неизвестны.
12. Византийские историки / Под ред. Н. П. Долецкого. – М., 1860. – Т. б. н. – С. 352.
13. Древняя Русь в свете зарубежных источников / Под ред. Е. А. Мельниковой. – М., 1999. – С. 65.
14. Стурлусон С. Указ. соч. – С. 467.
15. Легенды народов Скандинавии / Под ред. А. Платова. – М., 2001. – С. 23-24.
16. Младшая Эдда… – С. 75-77, 81, 82, 90, 93; Старшая Эдда: Древнеисландские песни о богах и героях / Пер. А. И. Корсуна / Под ред. М. И. Стеблин-Каменского. – М.-Л., 1963. – С. 114, 127-140.
17. Старшая Эдда… – С. 133, 138.
18. Младшая Эдда… – С. 126.
19. Вельтман А. Атилла и Русь IV и V века: Свод исторических и народных преданий. – М., 1858. – С. 30.
20. Старшая Эдда... – С. 114, 127-140.
21. Младшая Эдда... – С. 77. Это те самые воспетые гитлеровской пропагандой арийцы-нибелунги.
22. Старшая Эдда... – С. 118, 151.
23. Терентьев И. Король Артур // Книжный клуб. – 2003. – № 1. – С. 73.
24. Славяне и Русь... – С. 469.
25. Легенды народов Скандинавии... – С. 39-40; Младшая Эдда... – С. 81-82, 90. В Швеции — Упсала, в Эстонии — Хапсула.
26. Дешнер К. Криминальная история христианства. В 4-х т. – М., 1996. – Т. 1. – С. 159.
27. Тюрин Е. А. Погребения века нашей эры с конями могильника «Гора великанов» (Hűnnenberg) // Российская археология. – 2006. – № 1. – С.148-156.
28. Набиев Р. Ф. Булгар и Северная Европа: древние связи. – Казань, 2001. – 140 с.
29. Калевала / Пер. Л. П. Бельского. – Петрозаводск, 1985. – С. 32, 34.
30. Легенды народов Скандинавии... – С. 23-24.
31. Славяне и Русь... – С. 468.
32. Стурлусон С. Указ. соч. – С. 170.
33. Калинина Т. М. Водные пространства севера Европы в трудах арабских ученых IX-XII вв. // Восточная Европа в исторической ретроспективе. – М., 1999. – С. 95.
34. Там же. – С. 98- 99.
35. Махмуд ибн Вали. Море тайн относительно доблестей благородных. – Ташкент, 1977. – С. 28. Данную фразу обычно относят к западным булгарам, полагая, что автор путает две Булгарии, но следует учесть, что в данном абзаце автор подчеркнуто сообщает о стране булгар-мусульман.
36. Лоренц Ф. О померельском (древнекашубском) языке до половины XV столетия // Известия отдела русского языка и словесности ИАН. – 1905. – С. 96.
37. Пушкина Т. А. Готланд // Российская археология. – 2001. – № 1. – С. 150.
38. Даркевич В. П. Аргонавты средневековья. – М., 1976. – С. 94.
39. Славяне и Русь... – С. 431, 435, 471.
40. Там же. – С. 467.
41. Стурлусон С. Указ. соч. – С. 340.
42. Шаскольский И. П. Договоры Новгорода с Норвегией // Исторические записки. – 1945. – № 14. – С. 38-40.
43. Там же. – С. 56.
44. Мельникова Е. А. Древнескандинавские географические сочинения. – М., 1986. – С. 91-92.
45. Там же. – С. 89-110.
46. Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно / Пер. А. М. Ловягина. – СПб., 1906. – С. 167.
47. Младшая Эдда... – С. 17.
48. Старшая Эдда... – С. 160-164, 252.

Рустам Набиев