2008 2

Сюнбель — праздник осеннего равноденствия

Праздник Сљнбел — Сюнбель (Девы) приурочивается к дням календарного осеннего равноденствия 21-23 сентября. Само рождение Сюнбели приходится на 24 августа, когда Солнце входит в созвездие Девы, находясь там до 23 сентября. В этом отношении праздник противоположен Наурузу, который отмечается 21-23 марта как начало Нового года, отражая момент вступления Солнца в созвездие Овна (в день весеннего равноденствия).

О существовании праздника Сюнбель с жертвоприношениями духу неба Тенгре у наших далеких предков хуннов свидетельствует ряд письменных источников1. В трудах Н. Бичурина со ссылкой на древние китайские летописи указывается также, что этот праздник проводится осенью, когда разжиреют лошади2. Сюнбель был включен и в письменный календарь татар3, что в современном календаре совпадает с августом4. Сюнбель часто упоминается и в народных приметах: «Сљнбелђ туса, су суыныр» (Когда наступит Сюнбель, начинает холодеть вода), «Сљнбелдђ арыш чђч — тамагыћ булмас ач» (На Сюнбель посадишь рожь — никогда не будешь голоден)5.

В последние годы, опираясь на сохранившиеся реликты, известный татарский ученый-филолог М. Бакиров сделал попытку реконструкции праздника, разработал сценарий проведения древнего обряда6. И это, несомненно, заслуживает поддержку. Однако выводы М. Бакирова о том, что исторические корни Сюнбели восходят к представителям живших в IV-III тысячелетиях до н. э. в Передней Азии шумеров, аргументированы недостаточно. Малоубедительна и приведенная в доказательство гипотезы трактовка слов «шумбул» (вар, шуббул) в значении «колос», «шубултум» в значении «желтый колос»7. Да и сведение древнего народного празднества Сюнбель только к празднику урожая, поэтапный опыт проведения которого рассмотрен нами в ранее опубликованных работах8, в какой-то степени сужает значение, смысл этого обряда, связанного с космологическими представлениями народа.

Видный деятель средневековой тюрко-татарской литературы Саиф Сараи (1321-1396) Сюнбель называл «желтым цветком»:

Бђнђфшђ (милђњшђ) буйнын икде гљлгђ каршы,
Ачыб гђбџђр (нђркђс) књзен сљнбелгђ каршы9.

Фиалка согнула свой стан навстречу цветку,
Открыв глаза-нарциссы на сюнбель.

Древние тюрки матерью цветов называли Солнце. Так, при посадке цветов было принято произносить такие заклинания:

И гљлем, гљл генђм,
Бђгърем, кућел генђм!
Ал дљньяда ала бул,
Ал кояшка бала бул! 10

Ой цветок, мой цветочек,
Моя душа, моя радость!
Будь украшением розового мира,
Будь ребенком розового Солнца!

Если цветы засыхали, то предки татар произносили, глядя на Солнце, заклинание (келђ кылу): «Солнце, будь свидетелем!». Природные явления не мыслились вне человека, что, несомненно, заключало в себе оптимистическую идею о вечности природного и человеческого бытия.

В современном переводе на русский язык Сюнбель — луковичный желтый цветок гиацинт11. Следует отметить, что древние в честь Солнца в праздник Сюнбель приносили жертвы. Известно также, что цветы растут «лицом» к солнцу. И это, как отмечает Г. Гильманов во вступительной статье к книге «Татарские мифы», оставило в народной мифологии особенно глубокий след12. Древние схематические изображения Солнца представлены как цветок, вмещенный в кольцо, что имело схожесть с образом человека. Древние тюрки сравнивали человека с цветком, рассматривая его как своеобразный символ природы. Исходя из традиционных поверий, что земля является отражением неба, что солнце и звезды повторяются на земле, а человек — один из цветков природы, вполне вероятно предположить, что наши предки могли рассматривать Сюнбель как земное отражение Солнца, и потому именно в день осеннего равноденствия приносили жертвы Тенгре. Причем нельзя не обратить внимание и на желтый цвет цветка, который вобрал в себя и солнечную символику, и увядание растительности и природы в целом13, наводящее тоску и грусть. Это также нашло отражение в татарском фольклоре.

Сюнбель прежде всего следует рассматривать как праздник слияния человека с природой в пору ее оплодотворения и угасания. Потому возрождать Сюнбель, на наш взгляд, нужно не только как праздник урожая, но и как своеобразный праздник общения с принесшей плоды природой, фольклорный, главным образом детский, праздник золотой осени, в своих истоках отражающий космологические представления наших предков, их ощущение живого начала, бесконечного кругооборота природы.

Что касается «Ућыш бђйрђме» (Праздник урожая), то необходимо подчеркнуть, что обычай устраивать по окончании сбора урожая праздничное гулянье (кунаклашу) у татарского народа существовал издавна14. Праздник урожая у татар, как и Сабантуй в Волжской Булгарии, в целом характеризует уже оседлый, земледельческий образ жизни наших предков.

После революции 1917 г. Праздник урожая, или День хлебороба, как его тогда называли, впервые в масштабе страны был проведен в 1923 г., «как день основания нового быта на селе»15, и стал проходить ежегодно. Праздник урожая в последние годы, как правило, отмечается в День работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. Центрами его проведения являются дома культуры, клубы и парки, где организуются выставки образцов нового урожая. В торжествах широко используются многие элементы весеннего Сабантуя, отчего в ряде мест праздник иногда именуется еще и осенним Сабантуем.

Праздник урожая завершает целый ряд обрядов, связанных с началом и завершением жатвы, которые словно зовут к напряженному труду, к полной отдаче сил борьбе за новый урожай. В разных хозяйствах они организуются по-разному, в ритуал их проведения включают элементы, отражающие уклад жизни того или иного района.

Традиция отмечать начало сдачи урожая государству родилась в 1920-е гг. под названием «Красные обозы». Обогатившись новым содержанием, отвечающим сегодняшнему укладу жизни крестьянства Республики Татарстан, она возрождается вновь. Так, в 1995 г. на территории совхоза «Нижняя Кама» (Нижнекамский район) была сформирована первая в районе колонна автомашин для отправки зерна нового урожая из нескольких хозяйств на элеватор. По этому случаю состоялся митинг с участием руководителей района, хозяйств. Был организован концерт художественной самодеятельности; водителей машин наградили сувенирами16.

Как традиционный обряд отмечается в отдельных сельских трудовых коллективах сдача последних тонн зерна нового урожая в закрома республики. Право совершить последний рейс доверяется лучшему шоферу и комбайнеру. По народному обычаю перед отправкой урожая с напутствиями выступают старейшины села.

Не угасает в деревнях и такой народный обычай. К завершению страды готовится угощение из национальных блюд, а обмолотившим последний сноп механизаторам преподносится только что вынутое из печи национальное блюдо — бэлиш. В программе самого праздника — слеты передовиков, вечера «Хвала рукам, что пахнут хлебом», «Солнечный запах хлеба» и др. Вошли в традицию праздничные ярмарки в городах и районах республики.
В рамках Праздника урожая утвердилось немало ритуалов, направленных на восхваление хлеборобов. В начале 1980-х гг. в Альметьевском, Бугульминском, Мензелинском, Тукаевском и других районах практиковались ритуалы приема молодежи в семью комбайнеров, чествования батыров полей, лучших наставников и трудовых династий, торжественные проводы ветеранов труда на заслуженный отдых и др.17

В республике происходит второе рождение интересного старинного праздника татарского народа «Каз љмђсе» (Помощь в обработке гусей). Суть его заключается в следующем. Поздней осенью с первыми морозами наступает пора забоя гусей. Эта трудоемкая работа не по силам одной семье, и хозяева приглашают помочь обычно девушек, знакомых, всех желающих. Работа сопровождается песнями, прибаутками, шутками. После ее окончания гости садятся за стол. К обеду хозяйки пекут блины на гусином сале, а к ужину — гусиные бэлиши. Обрядовая сторона праздника подробно описана Р. Уразмановой и другими этнографами18.

С начала 1990-х гг. этот обычай начал возрождаться в форме особых фольклорных праздников. Так, в 1998 г. праздник состоялся в деревнях Биюрган (Тукаевский район) и Верхние Каюрли (Мамадышский район). В Биюргане организацию праздника взяли на себя работники культуры. В Доме культуры была устроена выставка работ лучшей вышивальщицы села Ф. Салиховой, организован концерт, пеклись блины на гусином жиру. Состоялось ритуальное шествие девушек в национальных костюмах с подвешенными на коромыслах гусиными тушками к водоему. Дети устилали путь перед ними гусиными перьями, символизируя пожелание будущего изобилия. После омовения тушек в проруби состоялся конкурс на самую тяжелую тушку. Праздник завершился в Доме культуры инсценированной вечеринкой19. В Верхних Каюрлах состоялся такой же праздник. Он привлек внимание большого числа сельчан20. В Казани фольклорный праздник «Каз љмђсе» начали проводить с 1990 г. с участием Татарского государственного ансамбля песни и пляски, коллективов художественной самодеятельности.

Потребность в дружбе, взаимопомощи находит свое отражение в традиционных татарских обычаях и обрядах, таких как «љй љмђсе» (помощь в строительстве дома), «бура љмђсе» (помощь в сооружении сруба), «љй юу» (помощь в уборке дома). В наши дни они обогащаются и дополняются новыми элементами. Благодаря бескорыстной поддержке отдельных хозяйств, фермеров, а также просто жителей села, тысячи молодых семей получают возможность вселиться в новые дома. А это значит, что у праздников хорошая перспектива.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Материалы по истории сюнну / Отв. ред. Л. И. Думан. Вып. II.: Разд. Историческая география и этнография. – М., 1973. – С. 15, 73.
2. Бичурин Н. Я. (Иакинф). Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. – М., Л., 1950. – Т. 1. – С. 49-50.
3. Катанов Н. Ф. Восточная хронология // Известия Северо-Восточного археологического и этнографического института в г. Казани. – Казань, 1920. – Т. 1. – С. 78.
4. Татар халык мђкальлђре / Тљз. Н. Исђнбђт. – Казан, 1959. – Т. 1. – Б. 435; Беркутов В. М. Народный календарь и метрология булгаро-татар. – Казань, 1987. – С. 17.
5. Мђхмњтов X. Сенбелђ // Татар календаре. – Казан, 1999. – 24 август.
6. Бакиров М. Сљмбелгђ — ак юл! // Мирас. – 1996. – № 5-6. – Б. 163-172.
7. Бакиров М. Шигърият бишеге. Гомумтерки поэзиясенећ яралуы џђм ић борынгы формалары. – Казан, 2001. – Б. 77-78.
8. Шарафутдинов Д. Р. Традиции, рожденные жизнью. – Казань, 1978. – С. 54-59; Он же. Сабантуй — образ жизни народа = Сабан туе — халыкныћ яшђеше. – Казань, 1997. – С. 82-84.
9. Сараи С. Гљлестан. Лирика. Дастан / Ђсђрлђрне басмага ђзерлђњче Х. Й. Мићнегулов. – Казан, 1999. – Б. 39.
10. Татар мифлары: Иялђр, ышанулар, ырымнар, фаллар, им-томнар, сынамышлар, йолалар / Г. Гыйльманов хикђялђвендђ. – Казан, 1996. – 1 китап. – Б. 240.
11. Татар теленећ аћлатмалы сњзлеге: 3 т. / Редкол.: Л. Т. Махмутова, М. Г. Мљхђммђдиев, џ. б. – Казан, 1979. – Т. II. – Б. 716.
12. Татар мифлары… – Б. 240.
13. Тресиддер Дж. Словарь символов / Пер. с англ. С. Палько. – М., 1999. – С. 97.
14. Уразман Р. Татар халкыныћ йолалары џђм бђйрђмнђре. – Казан, 1992. – Б. 73.
15. Уразмљхђммђдиев М. Безнећ бђйрђмнђр: революция бђйрђмнђре, тарихи кљннђр, юбилей џђм матђм кљннђре. – М., 1927. – Б. 25.
16. Ватаным Татарстан. – 1995. – 14 июль.
17. Алимов З. Новым обычаям — широкий майдан // Социалистик Татарстан. – 1982. – 22 июня.
18. Уразман Р. Татар халкыныћ йолалары… – Б. 74-77; Социалистик Татарстан. – 1990. – 24 ноябрь; Шђџри Казан. – 1992. – 13 октябрь.
19. Республика Татарстан. – 1998. – 17 декабря.
20. Там же. – 2 декабря.


Дамир Шарафутдинов