2013 1/2

«Пробуждая к жизни спящий камень» (К 110-летию со дня рождения скульптора С. С. Ахуна)

С. Ахунов. Москва, 1938 г. Из личного архива Курмаевых.

В 1958 г. в одном из скверов в центре Казани был установлен памятник татарскому поэту Г. Тукаю. Над памятником работали скульпторы С. С. Ахун, Л. Е. Кербель, Л. М. Писаревский и архитектор Л. Н. Павлов. Впоследствии памятник стал некой визитной карточкой столицы Татарстана, его фотографии украшали городские путеводители и туристические карты казанских туристических маршрутов.
Один из авторов этого памятника — Садри Салахович Ахунов (1903-1990), больше известный творческой интеллигенции под именем Садри Ахун. Род Ахуновых по сей день из поколения в поколение передает шуточную семейную легенду, как Садри Салахович Ахунов стал Садри Ахуном. Когда Садри впервые отдыхал в Крыму, он узнал что там есть гора Ахун. Гора эта достаточно известна в Крыму, ее вершину украшает каменная башня высотой тридцать с половиной метров (башня была построена в 1936 г. по проекту архитектора С. И. Воробьева). Так вот, когда Садри Ахуну показали эту гору и сказали, как она называется, он очень удивился. Потом, подумав шутливо сказал: «Так гора названа в мою честь!» И с тех пор стал называться Садри Ахуном.
Многие произведения Садри Салаховича неизвестны современному жителю Казани, но если пройтись по старым скверам и улочкам, мы еще сможем увидеть его работы, например, в сквере на ул. Московской нас встречает композиция фонтанов «Владыкой мира будет труд» (1935). Ахун является автором

Призыв к восстанию. 1958. Гипс. 160×55×45.

Муса Джалиль. Не позднее 1958 г.

галереи образов выдающихся деятелей татарской, русской и мировой культуры — бюсты Г. Тукая (1929, 1938), Х. Такташа (1931), К. Насыри (1941), Н. Жиганова (1941-1945); портретный барельеф Р. Роллана (1938); гипсовые рельефы «Анри Барбюс», «Ленин», «Энгельс» (1938-1940); скульптурные портреты из мрамора С. З. Сайдашева (1957), А. М. Бутлерова (1965), М. Горького (1968), А. Дэвис (1971), Р. Тагора (1974); посмертные маски Х. Такташа, Г. Камала, С. Айдарова, Ш. Камала; портреты-бюсты Героев Советского Союза М. Воронкова (1945), И. Ижукина (1945), М. Джалиля (1957), А. Султана (1974) и др.1
Садри Салахович Ахунов родился 16 марта 1903 г. в г. Екатеринбурге в зажиточной крестьянской семье. Его отец — Салахутдин Ахунов родом из с. Большие Метески Лаишевского уезда Казанской губернии, мать — Биби Закира родилась в д. Карабулак Оренбургской губернии.
В Национальном архиве Республики Татарстан сохранились материалы подворной переписи 1897 г. с. Большие Метески Лаишевского уезда Казанской губернии. Подворное хозяйство 65-летнего государственного крестьянина Залялютдина Ахунова, судя по описанию, выглядело не худшим в селе: было два деревянных дома, крытых тесом, с хозяином проживали его сыновья с семьями2. Один из них — Салахутдин Ахунов значится с припиской холост, второй — Мухаметзакир (Закир), указан женатым, с пометками — «временно» проживает в г. Уфе, служит в магазине приказчиком3. Что побудило сыновей Залялютдина Ахунова покинуть родное село, точно неизвестно.
 

 Семья Салахутдина Ахунова. Челябинск, 1907 г. Из личного архива Р. Ахунова.

 Магазин мануфактурной торговли З. Ахунова. Челябинск, 1906 г. Альбом «Старый Челябинск». – Челябинск: ИД «Каменный пояс», 2008. – С. 116-117.

Закир был младшим в семье и первым покинул родительский дом. К 1898 г. он смог собрать первый капитал и организовать собственную торговую фирму в г. Челябинске. К 1903 г. он был уже купцом 2-й гильдии. Примечательно, что Закир Ахунов, будучи челябинским купцом, не забывал о своих казанских корнях. На вывеске его главного магазина было написано «Мануфактурная торговля З. З. Ахунова из Казани»4.
Салахутдин Ахунов переехал к брату Закиру в Челябинск после 1903 г. и к 1905 г. уже значился в дополнительных списках лиц, имеющих право на участие в выборах во вторую Государственную Думу. В этом списке за ним значилось личное промысловое свидетельство пятого разряда.
В Челябинске родился его старший сын Садри. Он всегда был окружен любовью близких родственников — старших сестер Мастуры (1898-(?)), Фатимы (1900-1995), младшими сестрами Магирой (1905-1987) и Марьям (1917), братишкой Жамилем (1913-1982). Дружил с двоюродными братьями Нагимом (1903-1987), Заки (1909-1993(?)). Начальное образование Садри и его двоюродный брат Нагим (Мухаметнагим) получили в новометодном медресе челябинской махалли. В нем, кроме татарской и арабской грамоты, основ ислама, богословия и арифметики, преподавали светские науки — всеобщую и российскую историю, географию. При Ак-мечети работала бесплатная библиотека-читальня, имевшая в своих фондах наряду с мусульманской и светскую литературу. Библиотека содержалась преимущественно благодаря поддержке Челябинского мусульманского благотворительного общества. Отец Садри Ахунова с 1914 г. являлся действительным членом этого общества5 и жертвовал свои скромные средства в поддержку общества6. С 1915 г. он был членом правления мусульманской библиотеки-читальни7. Садри Ахунов был постоянным читателем этой библиотеки и имел возможность знакомства с российской периодикой и разнообразной литературой. Наряду с произведениями татарских писателей Г. Исхаки, Ф. Карими, М. Гафури, Г. Тукая, Ф. Амирхана, С. Рамеева, Дардменда, Г. Буби и К. Насыри, он читал русскую классику — А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева, А. П. Чехова и др.
После окончания медресе в 1915 г. Садри поступил в четырехклассное Челябинское коммерческое училище, где получил навыки художественного мастерства. Его первым учителем был Ефим Тихонович Володин. По сохранившимся воспоминаниям, именно он впервые оценил рисунки юного Садри Ахунова: «У тебя дарование. Искорка зажжена у тебя в душе, будешь художником! Не дай искорке погаснуть, береги ее!»8. К сожалению, в семейном архиве Ахуновых первые работы Садри Салаховича не сохранились, но несколько зарисовок 1918 г. хранятся в альбоме двоюродного брата Нагима Ахунова. Пожалуй, это самые ранние сохранившиеся работы Садри Ахунова.
В Челябинске Садри Ахунов работал художником-оформителем в татаро-башкирском клубе. Как художник агитационного направления, он всегда был в поле зрения партийной администрации. Именно по инициативе городской парторганизации Челябинска в 1923 г. Садри Ахун горкомом Екатеринбурга был командирован на учебу в Уральский художественно-промышленный техникум9. После сдачи вступительных экзаменов его зачисляют на отделение камнерезного дела. О годах учебы в техникуме Садри Ахун вспоминал: «Работая сначала в камнерезной мастерской… я перешел в древорезную мастерскую, резал по дубу, березе и липе, а затем в мраморную мастерскую. С пневматическим молотком в руках, купаясь в искрах осыпаемого мрамора, пробуждая к жизни спящий камень, я навсегда и бесповоротно посвятил себя скульптуре»10. 

З. Ахунов. Н. Новгород. Из личного архива Р. Ахунова.

Тонкостям скульптуры и камнерезного дела Садри учил мастер Кремнев. Выделив талантливого ученика из числа других студентов, он все свое свободное время посвящал Садри, раскрывал секреты мастерства уральских камнерезов. В стенах училища он также брал уроки у П. П. Шарлаимова, Шаховского и Синайского11. За цикл произведений художественной резьбы из уральских самоцветов С. Ахун был награжден Большой золотой медалью Всемирной выставки в Париже (1925)12.
Окончив в 1927 г. техникум и получив диплом художника-техника по камнерезному делу, Садри Ахун поступает на скульптурное отделение Ленинградского института пролетарских изобразительных искусств. Во время учебы в институте его приглашают в Челябинск для участия в реализации проекта «Памятник павшим борцам», «Разведка партизан», «Смерть комиссара»13. Установка памятника на Площади Революции Челябинска планировалась весной 1929 г., был даже привезен материал для работы над памятником, но работа так и не начиналась. В редакцию газеты «Челябинский рабочий» поступали вопросы от обеспокоенных жителей города, всех интересовала судьба памятника. Редакция отвечала: «Памятник на Площади Революции будет поставлен. Проект памятника выполняет студент архитектурной академии в курсовом порядке. Находящийся [на площади] камень понадобится для памятника»14. Но этот проект С. Ахуна так и не был воплощен.
В 1930-е г. Садри Ахун входит в состав товарищества Татхудожник15, в 1937 г. вступает в Союз советских художников ТАССР16.

Стоят (слева направо): С. Ахун и неизвестный, сидят: Махира Ахунова, Фатыма Ахунова. Челябинск, 1923 г. Из личного архива М. Садыкова.

С. Ахунов с сестрой Ф. Ахуновой. Челябинск, август 1929 г. Из личного архива М. Садыкова.

В казанский период творчества Садри Ахун создает ряд жанровых станковых композиций, в которых национальное своеобразие проявилось в тематике, образах, декоративной трактовке формы. Характерные для мастера высокая культура обработки материала, динамичная фактурная лепка, изящные формы, тонкая проработка деталей соответствуют поэтической и музыкальной гармонии образов17.
В марте 1935 г. С. Ахун по заданию Народного комиссариата просвещения ТАССР создает скульптуры «Горняк», «Урожай», «Колхозница», а также работает над скульптурным портретом Г. Ибрагимова.
Несмотря на множество заявок, скульптору не предоставлялось помещение для собственной мастерской. Небольшая комнатка мастера была заполнена статуэтками и скульптурными композициями. Здесь можно было встретить «небольшой гипсовый эскиз Фонтан,.. на краю стола примостились два гипсовых эскиза статуй Теннисистка и Ядрометатель, установленных на стадионе Динамо. В центре стола гипсовый бюст Хади Такташа, а на стене его посмертная маска. В середине комнатушки мокрый кусок холста прикрывает незаконченную работу…»18
Весной и летом 1935 г. Садри Ахун работал над групповой скульптурой для фонтана «Владыкой мира будет труд». Эта композиция была приуроченна к 15-летию Татарской республики.
В том же году известный французский писатель Р. Роллан посетил Москву. Садри Ахун проникся идеей создания бюста писателя. Между скульптором и писателем завязалась переписка, в которой обсуждались этапы создания скульптурного портрета: «посылаю Вам несколько фотокарточек (5 шт.). Но я не знаю, сможете ли Вы, на основании их, сделать что-либо похожее. Многие скульпторы и художники пытались делать с меня изображения, но, ни одно не удовлетворяет меня. Во всяком случае, желаю Вам удачной работы и доброго здоровья. Прошу Вас верить в мою сердечную симпатию. Ваш Ромен Роллан. 8 октября 1937 г.»19
Писатель Ромен Роллан представлял собой сложный образ для художника. Но Садри придал его облику романтический образ. Духовный облик писателя составлял основу для скульптора, из которой вырастало нечто более значительное и высокое в личности Ромен Роллана: образ борца за общественные идеалы, за социальную правду. В одном из последних писем, адресованных Садри, Роллан деликатно отмечал, что «в данном портрете у него присутствуют татарские национальные черты, но часто случается, что в произведениях художников имеется сходство, как с самим художником, так и с его моделью20».
Казанцам в Кировском районе была известна скульптура «Сад рыбака» С. Ахуна. Название работа получила по имевшемуся там фонтану со скульптурной композицией, изображающей рыбака. Скульптура была создана в 1936 г., но к послевоенному времени памятник из-за отсутствия ухода стал ветшать. В настоящее время скульптура не сохранилась, остался лишь постамент в форме трех чаш.
В 1938-1940 гг. в своих жанровых станковых композициях «На соколиной охоте», «Песнь в степи» С. Ахун вводит мотивы национального орнамента, традиционного татарского костюма, характерные бытовые сцены средневековой татарской истории21. Тема Востока нашла отражение в скульптурных композициях по мотивам произведений Г. Низами «Хосров, убивающий льва» и «Меджнун среди газелей» (Баку, 1939)22.

В мастерской скульптора С. Ахуна. Казань. Из личного архива М. Садыкова.

Слева направо: С. Сайдашев, К. Поздняков, С. Ахун. Казань, 1946 г. Из личного архива Курмаевых.

Творчество Садри Ахуна основывалось на высоком профессионализме, самостоятельной идейно-образной концепции, отражавшей традиции татарского народного искусства и русской реалистической скульптуры (П. К. Клодт, Ф. П. Шубин, П. П. Трубецкой), а также европейского искусства (О. Роден).
Он предпочитал станковую скульптуру, работал преимущественно в жанрах портрета и тематической композиции, используя гипс, м рамор, дерево, фарфор.
Получив прекрасное художественное образование, Садри Салахович передавал свой опыт молодому поколению мастеров изобразительного искусства. В 1931-1951 гг. он преподавал в Казанском художественном училище, с 1949 г. являлся руководителем ск у

Семья Ахуновых. Челябинск, 1940 г. Из личного архива М. Садыкова.

льптурного отделения.
Среди его учеников были такие известные мастера, как В. М. Маликов, Н. И. Адылов, Р. Х. Нигматуллина.
Близкими друзьями Садри Ахуна были С. Сайдашев, С. Садыкова, Ш. Кутдусова, А. Ключарев, В. Куделькин и др. Он был одним из последних в Казани, кто видел М. Джалиля и лично провожал его на фронт.
С 1951 г. и до последних дней* Садри Ахун жил в Москве. В 1966-1974 гг. был заведующим кафедрой композиции Московского технологического института. Его работы выставлялись на многочисленных всесоюзных выставках (1950-1980).
Садри Ахун не раз был отмечен правительственными наградами: двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «Сорок лет Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 гг.», «За трудовую доблесть» и др. В 1949 г. ему было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств Татарской АССР», в 1950 г. — «Заслуженный деятель искусств РСФСР», в 1952 г. — «Народный художник Татарской АССР».
 
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. Татарский энциклопедический словарь. – Казань, 2002. – Т. 1. – С. 252.
2. НА РТ, ф. 103, оп. 1, д. 4, л. 78-81.
3. Там же.
4. Старый Челябинск в открытках и фотографиях / Авт. проекта Д. Г. Графова. – Челябинск, 2008. – Илл. № 98.
5. Отчет Челябинского мусульманского благотворительного общества, учрежденного в память юбилея 300-летия царствования Дома Романовых за 1914 г. – Челябинск, 1915. – С. 16.
6. Там же. – С. 10.
7. Отчет Челябинской мусульманской бесплатной народной библиотеки-читальни за 1915 г. – Уфа, 1916. – С. 14.
8. Бреннерт В. Садри Ахун (К 25-летию творческой деятельности татарского скульптора). – Казань, 1945. – С. 11-12.
9. Там же. – С. 13.
10. Там же. – С. 14.
11. Там же.
12. Татарский энциклопедический словарь… – С. 252.
13. Бреннерт В. Указ. соч. – С. 28.
14. Объединенный государственный архив Челябинской области, ф. 180, оп. 2, д. 44, л. 21, 135, 137.
15. НА РТ, ф. Р-7064, оп. 2, д. 1, л. 1.
16. Там же, л. 2.
17. Татарский энциклопедический словарь… – С. 252.
18. Красная Татария. – 1935. – № 149. – 29 июня.
19. Бреннерт В. Указ. соч. – С. 41.
20. Там же.
21. Татарский энциклопедический словарь… – С. 252.
22. Там же.
 
Рустем Ахунов,
Гульназ Латыпова,
кандидат исторических наук


* С. Ахун умер в 1990 г., похоронен в Москве.