2014 1/2

Памяти Дамира Шарафутдинова

Ушел из жизни мыслитель, исследователь, историк, журналист, спортсмен, крупный организатор архивного дела Дамир Рауфович Шарафутдинов. В памяти всплывают, нанизываясь на нить воспоминаний, обрывки встреч, разговоров, бесед, фраз, шутки…

С ним жизнь свела меня почти сорок лет назад. Он курировал Бугульминский горком КПСС по идеологической работе, где я был заведующим отделом пропаганды и агитации. Как начинающий работник именно с ним я советовался по многообразному кругу насущных проблем. Многое он разъяснил мне по актуальному тогда комплексному подходу в воспитательной работе.
Помню его совет учиться в Саратовской высшей партийной школе, к этому времени сам Шарафутдинов закончил обучение на факультете журналистики Ленинградской высшей партийной школы. Именно в обкоме как старший и по возрасту, и по опыту он взял меня под свою опеку. Пять лет мы с ним работали в одном кабинете на пятом этаже старого здания обкома партии, вплоть до моего назначения заместителем начальника Государственного комитета ТАССР по профтехобразованию.
При приеме на работу инструктором в отдел пропаганды и агитации Татарского обкома партии окончательное утверждение состоялось у первого секретаря Фикрята Ахмеджановича Табеева. Он посмотрел документы и видя, что Дамир бывший борец, наваливаясь на стол своей мощной грузной фигурой, неожиданно сказал: «А, что Дамир, давай поборемся». Любой растеряется в подобной неординарной ситуации, но Дамир, как он годы спустя вспоминал с юмором, напрягся и выдал: «Нет, Фикрят Ахмеджанович, мы с Вами находимся в разных весовых категориях». Табеев рассмеялся: «Ну, Дамир, молодец, не растеряешься, будешь хорошим работником».

На партийной работе приходилось много писать. На заседания бюро обкома партии я подготовил пять вопросов. Это был очень напряженный и ответственный момент для всего отдела. Дамир Рауфович подготовил намного больше. Часто он говорил: «Один вопрос стоит кандидатской диссертации», — что спустя годы воплотилось в успешно защищенном докторском исследовании.
Писал он хорошо, легко, быстро. Помню, Николай Иванович Демидов, будучи заведующим отделом пропаганды и агитации Татарского обкома партии, в последующем — министр внутренних дел республики и заместитель министра внутренних дел СССР, получив от Шарафутдинова материалы к выступлению при всех сказал: «Ну, Дамир, у тебя не справка, а сказка, читаешь, как песнь льется». Это была очень высокая оценка из уст вышестоящего начальства.
Он очень быстро собирался с мыслями, концентрировался, у него был богатейший фактологический и аналитический архив. Красиво работал со своими районами (инструктор обкома курировал по 5-7 районов республики). С секретарями райкомов говорил и официально, и не официально, и на русском, и на татарском языках. Лично знал многих. В районах республики его ценили и уважали. К его мнению прислушивались. Часто в наш кабинет заглядывали секретари по идеологии райкомов и горкомов партии, к нему заходили даже первые секретари.

Но «лебединой песней» Дамира Рауфовича, несомненно, был период, связанный со становлением архивного дела в сложное постсоветское время. Начало 1990-х гг. — тяжелый период для страны, для всего населения. Раздавались даже реплики о нецелесообразности сохранения вообще института архивного дела. Много ценных документов и источников хранилось в неприспособленных помещениях, в частности, в Благовещенском соборе Казанского Кремля. Работники архивного управления не раз мне говорили, что страшно было подниматься по ступенькам на верхотуру собора: «Берешь папку с документами и встречаешься с укоризненным взглядом какого-нибудь святого. Не по себе становится».
Ему приходилось на самом высоком республиканском уровне выбивать новые помещения. Проезжая по Сибирскому тракту в сторону Дербышек, всегда смотрю на архивное здание, где хранятся документы советского периода, и вспоминаю, что это многоэтажное здание под архив еще в середине 1990-х гг. «выбил» Дамир Рауфович и застолбил название остановки как «Национальный архив». И, думается, справедливо будет, если 12 сентября 2015 г. к 75-летию со дня его рождения на этом здании появится мемориальная доска руководителя архивной службы, много лет отдавшего ее укреплению.

По своей натуре это был радетельный семьянин. Всегда тепло отзывался о жене Соне, о детях Дильбар и Шамиле. Рядом с ним долгое время жили не только мать жены Роза апа, но и ее бабушка, что редко встречалось в те годы. «Это мои живые замки», — шутил он. Его большое сердце принимало всех.
Прожив без отца, которого и не помнил (он погиб еще в 1945 г.), проведя детство без матери (она была репрессирована в 1950-е гг.), он на всю жизнь сохранил светлую память о своем дедушке, воспитавшем его и передавшем ему, много мудрых заповедей и житейских советов. Поэтому с юности он мечтал о большой доброй семье и всегда стремился укреплять ее и помогать близким.
В 1985 г. страна широко отмечала 40-летие Великой Победы. Дамир Рауфович долгое время не знал, где был похоронен его отец — простой солдат Рауф, защитник Отчизны. Многолетние поиски принесли желанный результат. При мне в своем кабинете дрожащими от волнения руками он вскрывал конверт письма из далекого Калининграда, пришедшего на адрес обкома партии. Секретарь горкома партии сообщала, что его отец похоронен в братской могиле в пригороде Калининграда. Летом 1985 г. он с сыном Шамилем съездил на могилу отца, поклонился его праху, прикопал мешочек с родной буинской землей. С сердца спал груз. Теперь они знали, где лежит их отец и дед.

Памятником Дамиру Рауфовичу служит воссозданный им научно-документальный журнал «Гасырлар авазы – Эхо веков» («Записки Центрального архива ТССР»). Журнал, который вдохновил многих исследователей: историков, филологов, краеведов. Высоко поднятую Д. Р. Шарафутдиновым научную планку уверенно держат сегодняшние его коллеги и ученики. Журнал завоевал и прочно удерживает позицию одного из самых читаемых и авторитетных изданий архивной отрасли России.
Лирик по натуре, он еще в студенческие годы начал писать стихи и афоризмы, и хорошо, что сегодня мы можем насладиться их тонким звучанием. Особой болью пронизаны сыновние строки, обращенные к памяти так и не вернувшегося с поля брани отца; чувством уважения и благодарности — к памяти воспитавших его и младшего брата дедушки и бабушки; особым лиризмом проникнуты страницы далекого детства.
А с каким воодушевлением и как много он мне рассказывал об истории Сабантуя, его глубоких корнях, об открытиях, которые он сделал в течение почти 50-ти лет работы над этой исторически сложной и многообразной темой. И он был рад, видя, что татарский народаный праздник Сабантуй шагнул далеко за пределы республики, шествуя по многим странам всех континентов мира.

 Анатолий Елдашев


             

 

Родители Д. Р. Шарафутдинова: отец Рауф и мать Хания. Казань, 1939 г.

Д. Р. Шарафутдинов. 3 августа 1941 г.

 Д. Р. Шарафутдинов с дедушкой Кадыром. С. Малая Буинка,
1944 г.

 Табель успеваемости выпускника начальной школы Дамира Шарафутдинова. 19 мая 1951 г.

 Заслуженный тренер СССР Н. Моряшичев со своими учениками — мастерами спорта СССР. Слева направо: Д. Шарафутдинов, Х. Абубакиров, Р. Галлямов, Р. Шарафутдинов (брат Д. Шарафутдинова). Казань, 1958 г.

 

 

 

 

            

 Шарафутдинов Д. Р. — главный судья по борьбе курэш на празднике Сабантуй Приволжского района г. Казани. 1965 г.

 Журналисты редакции газеты «Социалистик Татарстан». Казань,
1967 г.

 Семья Шарафутдиновых. Казань, 1968 г.

 Слушатели факультета журналистики Ленинградской Высшей партийной школы в Таврическом дворце (Д. Шарафутдинов крайний справа). Ленинград, 1972 г.

 Д. Шарафутдинов с сыном Шамилем на могиле отца Рауфа Шарафутдинова. С. Муромское Зеленоградского района Калининградской области, 1984 г.

 

 

        

 

 Д. Шарафутдинов (стоит крайний справа) с коллективом партийного архива Татарского обкома КПСС. Казань, 1985 г.

 На ХХХI Международной конференции «Война, архивы и взаимное признание законов и обычаев других наций». У здания Капитолия (слева направо): В. Ковалев, руководитель Росархива Р. Пихоя, Д. Шарафутдинов. Вашингтон,
1995 г.

 На встрече руководителей архивных служб стран СНГ и Балтии. Слева направо: руководитель Росархива Р. Пихоя, начальник Главного архивного управления при Совете Министров Республики Азербайджан А. Пашаев, Д. Шарафутдинов. Алматы, сентябрь 1995 г.

 Генеральный директор государственных архивов Республики Польша Д. Наленч и начальник Главного архивного управления при Кабинете Министров РТ Д. Р. Шарафутдинов на церемонии подписания Соглашения о сотрудничестве между архивными ведомствами Польши и Татарстана. Варшава, 18 декабря 1996 г.

 Встреча начальника Главного архивного управления при Кабинете Министров РТ Д. Р. Шарафутдинова с руководителем государственной архивной службы Китайской Народной Республики — президентом Международного совета архивов Ван Гангом на XIII Международном конгрессе архивов. Пекин, 1996 г.


   

На церемонии подписания Протокола о сотрудничестве между архивными ведомствами Турции и Татарстана на 1999-2001 гг. 24 ноября 1998 г.

В музее искусств им. Ибрагима Паши. Слева направо: руководитель благотворительного фонда А. Менгери София Имре, директор музея Зарифа Ибрагимова и Д. Шарафутдинов. Стамбул, 1998 г.

 Президент Республики Татарстан Р. Н. Минниханов вручает диплом и нагрудный знак лауреата Государственной премии Республики Татарстан в области науки и техники
Д. Р. Шарафутдинову. Казань,
30 декабря 2011 г.

 Коллектив редакции журнала «Гасырлар авазы – Эхо веков» (слева направо): Л. И. Сафиуллина, Г. Э. Рафикова, начальник Главного архивного управления при Кабинете Министров РТ Д. И. Ибрагимов, Л. Р. Салмина, И. Р. Шагапова, Д. Р. Шарафутдинов. Казань, декабрь 2011 г.


 Фото из личного архива семьи Д. Р. Шарафутдинова.