2015 1/2

Ректор Казанского университета, покоритель Южного полюса И. М. Симонов: страницы биографии

И. М. Симонов. Татарская энциклопедия: в 6 т. – Казань, 2010. – Т. 5. – С. 321.
Выдающийся ученый, неутомимый исследователь И. М. Симонов получил всемирную известность благодаря своему таланту и трудолюбию. Сам воспитанник Казанского университета и друг Н. И. Лобачевского, он продолжал строительство университета по части астрономии. Участие в кругосветной экспедиции к Южному полюсу, открывшей для европейцев неизвестные острова и целый материк Антарктиду, стало основным событием в его жизни. Наблюдения, сделанные во время экспедиции, долгие годы им обрабатывались и всякий раз после публикации вызывали резонанс в ученых кругах.
Родился Иван Михайлович в 1794 г. в г. Гороховце Владимирской губернии в купеческой семье. До 1808 г. учился в Астраханской губернской гимназии, затем поступил в Казанскую мужскую гимназию. В 1809 г. был зачислен в число студентов Казанского университета. Еще в годы учебы, в 1810 г., ему была присвоена степень магистра математических наук, но утверждение состоялось лишь в 1812 г. после увольнения из податного состояния1.
В 1814 г. И. М. Симонов получил звание адъюнкта физико-математических наук и начал преподавательскую деятельность в университете, продлившуюся более 40 лет. В 1816 г. после отъезда И. А. ЛиттроваIвозведен в звание экстраординарного профессора по двум кафедрам: теоретической и практической астрономии2.
В начале 1817 г. молодой астроном был командирован на полгода в Санкт-Петербургскую академию наук для усовершенствования в практической астрономии3. Здесь он работал под руководством профессоров-астрономов Ф. И. Шуберта и В. К. Вишневского, познакомился с научным миром.
О нем высоко отзывались академик Российской академии наук В. К. Вишневский, попечители Казанского учебного округа С. Я. Румовский и М. Л. Магницкий, профессора Казанского университета М. Ф. Бартельс4 и И. А. Литтров, попечитель Казанского университета М. А. Салтыков5.
В 1819 г. по предложению Академии наук Симонов в качестве астронома был включен в состав морской экспедиции к Южному полюсу на шлюпах «Восток» и «Мирный» под руководством Ф. Ф. Беллинсгаузена6. Он первым из русских астрономов совершил кругосветное путешествие и наблюдал звезды Южного полушария, которые не видны в России, определил географические координаты Южного полюса Земли.
Как единственный ученый в экспедиции, Иван Михайлович возглавлял научную работу, вел географические, метеорологические, этнографические, зоологические наблюдения и собирал всевозможные коллекции для музеев университета7. Орудия труда, оружие, мантии островных народов Южного полушария стали первыми экспонатами этнографического музея Казанского университета. Кроме того, во время плавания в ходе определения географических широт разных мест, Симонов изобрел новый астрономический отражательный инструмент, необходимый в тропическом климате8.
В 1822 г. после завершения путешествия все свои наблюдения он кратко изложил в отчете Совету Казанского университета9, а также произнес речь в университете на немецком языке, которая была переведена на французский язык10.
Симонов подготовил к печати свои астрономические наблюдения, опубликовав их в 1823 г. в типографии Казанского университета под названием «Определение географического положения мест якорного стояния шлюпов “Восток” и “Мирный”». В предисловии он писал, что они будут «любопытны и могут принести пользу относительно астрономии и географии, доставят Казанскому университету славу, сделав его участником в занятиях ученых Европы…»11 Записки о путешествии были переведены на французский язык, а также напечатаны в «Казанском вестнике»12. А в 1832 г. данное сочинение было переиздано и разослано в высшие учебные заведения России, гимназии Казанского учебного округа, Академию наук, почетным членам Казанского университета, профессорам математических наук, остатки были переданы в студенческую библиотеку13.
Наблюдения И. М. Симонова, сделанные во время путешествия к Южному полюсу, имели огромное практическое значение для мореплавателей, были важны для различных областей научных знаний.
В 1822 г. профессору Симонову была передана в управление находившаяся в запущенном состоянии астрономическая обсерватория14. Благодаря деятельности нового директора она довольно быстро была оснащена новыми инструментами и необходимым для наблюдений оборудованием.
В 1822-1823, 1825-1830 гг. Иван Михайлович избирался деканом физико-математического факультета.
И. М. Симонов одним из первых в России начал интересоваться земным магнетизмом. Он создал при университете магнитную обсерваторию, в которой был директором15. В 1828 г. для нее был построен специальный павильон во дворе университета16.
24 августа 1842 г. во время сильного пожара в Казани астрономическая и магнитная17 обсерватории сгорели. Были уничтожены результаты наблюдений многих лет, а также некоторые астрономические инструменты и книги18. Но профессор Симонов сразу же активно занялся их восстановлением19, после которого казанская обсерватория стала одной из лучших не только в России, но и в Европе, уступая только пулковской20. Часть инструментов для обсерватории была отремонтирована в ноябре 1845 г.21 в пулковской обсерватории в Петербурге, большой полуденный круг был изготовлен в Гамбурге механиками Репсольдами и доставлен в Казань в 1847 г.22
В 1844 г. Симонов посетил пулковскую обсерваторию, где совещался с академиком В. Я. Струве об оборудовании, строительстве, отделке зданий для обсерватории. Он изучал обустройство Пулковской обсерватории и наблюдал за работой механиков, ремонтировавших инструменты, пострадавшие при пожаре в Казани23.
27 ноября 1846 г. И. М. Симонов был избран, а 21 января 1847 г. утвержден ректором Казанского императорского университета24, оставаясь в этой должности до конца своей жизни.
Заслуги И. М. Симонова неоднократно отмечались орденами: Св. Владимира 4-й степени (1819 г.)25, Св. Станислава 1-й степени (1848 г.)26, Св. Анны 1-й степени ( 1852 г.)27.
В августе 1854 г. Иван Михайлович серьезно заболел и умер 10 января 1855 г.
Астроном по образованию Иван Михайлович Симонов интересовался многими науками и имел обширные познания в различных областях: от законов физики до истории и культуры разных народов. Любознательность и постоянная кропотливая работа профессора Симонова дали ему возможность сделать важные открытия в сфере изучения природы нашей планеты.
 
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. НА РТ, ф. 92, оп. 1, д. 390, л. 3.
2. Там же, д. 619, л. 2; д. 611, л. 3; д. 616, л. 5.
3. Там же, д. 726, л. 1, 3.
4. Там же, д. 511, л. 3.
5. Там же, д. 726, л. 2.
6. Там же, д. 985, л. 2, 3.
7. Там же, л. 17-17 об.
8. Там же, л. 60-60 об.
9. Там же, л. 10-16 об.
10. Там же, л. 59-59 об.
11. Там же, л. 48-48 об.
12. Там же, л. 19-19 об.
13. Там же, л. 79-79 об.
14. Там же, ф. 977, оп. Совет, д. 773, л. 1-2.
15. Там же, д. 2668, л. 3.
16. Там же, д. 1022, л. 1, 6.
17. Там же, ф. 92, оп. 1, д. 5375, л. 81-81 об.
18. Там же, л. 1, 13-14.
19. Там же, л. 23-24, 30-31 об.
20. Там же, ф. 977, оп. Ректор, д. 933, л. 2-2 об.
21. Там же, ф. 92, оп. 1, д. 5375, л. 159-159 об.
22. Там же, л. 163-164.
23. Там же, ф. 977, оп. Совет, д. 2676, л. 6-9.
24. Там же, оп. Правление, д. 5742, л. 5.
25. Там же, ф. 92, оп. 1, д. 985, л. 1.
26. Там же, ф. 977, оп. Совет, д. 3105, л. 1.
27. Там же, оп. Ректор, д. 1020, л. 2.
 
Донесение профессора Казанского университета И. М. Симонова попечителю Казанского учебного округа М. Л. Магницкому
14 сентября 1844 г.
№ 35.
Имею честь донести Вашему превосходительству, что на основании предписания Вашего от 11 марта 1844 года за № 815-м, выехав из Казани 17 июня, я прибыл в С[анкт]-Петербург 27-го того же месяца, для совещания с академиком Струве на счет исправляемых в механическом заведении Главной пулковской обсерватории астрономических инструментов Казанского университета, и для заказа некоторых инструментов для магнитной обсерватории. Это поручение выполнено мною в следующем порядке.
Прибыв в С[анкт]-Петербург, я немедленно отправился на пулковскую обсерваторию. В это время г[осподин] директор оной еще не возвратился из Лондона, где он был для распоряжений по случаю отправления хронометрической экспедиции, занимающейся определением разности долгот между Грин[в]ичем и Альтоной. В отсутствии его я видел механическое заведение пулковской обсерватории, и нашел, что г[осподин] механик Порт усердно занимается починкою рефрактора и экваториала казанской обсерватории. Чугунный пьедестал рефрактора уже отлит и готов. Я нашел его совершенно удобным. Уверен, что он будет удобнее прежнего деревянного пьедестала, погибшего во время пожара, особливо для зенитальных наблюдений. Часовый круг рефрактора был отлит и готовился к полировке. Г[осподин] Порт ожидал большой токарный стан для точения большой оси рефрактора. Починка экваториала была также в работе. Я просил г[осподина] Порта заказать модель для пьедестала под экваториал с тем, чтобы по этой деревянной модели можно было заказать в Екатеринбурге мраморный пьедестал. Г[осподин] Порт обещал прислать модель в Казань в скором времени.
По возвращении г[осподина] акад[емика] Струве в С[анкт]-Петербург, я многократно был у него на пулковской обсерватории. При первом с ним свидании я вторично в его присутствии посещал механическое заведение пулковской обсерватории и видел работы механиков. Г[осподин] Струве словесно удостоверял меня, что к маю будущего года рефрактор и экваториал будут совершенно исправлены.
Рассуждая об устройстве казанской обсерватории, г[осподин] Струве не одобряет каменные полы в круглых залах меридианной и первого вертикала; с чем и я совершенно согласен, и мы думаем, что в этих двух залах лучше сделать полы паркетные, потому что камень всегда содержит в себе сырость и холод, так что невозможно уравномерить одинакую температуру в холодной зале с каменным полом. При сем случае г[осподин] Струве сказал мне, что и на дерптской обсерватории сначала был каменный пол, но он, г[осподин] Струве, принужден был снять его и положить деревянный пол. В прочих же залах казанской обсерватории, в которых будут находиться подвижные инструменты, по нашему мнению, можно будет оставить каменные полы, хотя вообще в нашем климате каменные полы в холодных комнатах обсерватории сверх вышесказанного неудобства весьма неприятны и вредны для наблюдателей. При свиданиях моих с г[осподином] Струве мы условились во взаимных трудах на обсерваториях, и осмотрев в подробности пулковскую обсерваторию, я взял в особенное внимание устройство разреза для нового меридианного круга, который уже заказан г[осподино]м Струве для казанской обсерватории братьям Репсольдт в Гамбурге. Я заметил также устройство внутренних павильонов, защищающих инструменты от пыли. Подобные павильоны необходимо нужно будет поставить и на Казанской обсерватории в залах меридиана и первого вертикала над новым меридианным кругом и над эртелевым инструментом прохождений. Я осмотрел также и наружные башни, по примеру которых надобно будет выстроить близ казанской обсерватории павильоны — один для эртелева малого меридианного круга и два для коллиматоров, необходимых для поверки большого меридианного круга и инструмента прохождений, поставленного по первому вертикалу. Наконец, я заметил все мелочи, нужные для лучшего устройства обсерватории, которые при перестройке казанской обсерватории возьму в особенное внимание.
Между тем, в самой столице осмотрел я магнитную обсерваторию корпуса горных инженеров, находящуюся под ведением г[осподина] академика Купфера, и с удовольствием видел, что и на оной г[осподин] Купфер дал ллойдову снаряду такое же зеркальное устройство, как сделано по моему распоряжению на казанской магнитной обсерватории вместо микроскопов, найденных нами совершенно неудобными для наблюдений. Впрочем, мы оба согласны с тем, что снаряд Ллойда еще несовершенно способен для наблюдения перемен вертикальной силы магнитного напряжения и ожидает усовершенствования.
22-го июля я выбыл в город Ревель, где г[осподин] академик Купфер в то время находился, для личных с ним по сему предмету объяснений. Там пробыл я до 29 июля, потому что пароходы после моего прибытия в Ревель ранее не отходили оттуда в С[анкт]-Петербург. Во время моего пребывания в Ревеле испытали мы с г[осподином] Купфером дорожный инклинаторий, сделанный г[осподино]м Неем в Казани, и я выпросил у г[осподина] Купфера на время моего пути из С[анкт]-Петербурга в Казань магнитную стрелку г[осподина] Сабина, принадлежащую С[анкт]-Петербургской академии наук, с намерением повторить в некоторых местах наблюдения Гаттейна и Эрмана, служащие для определения содержания магнитного напряжения, что и исполнено было мною в С[анкт]-Петербурге, в Померании, на зайцевской станции, в Вышнем Волочке, в Твери, в Москве, в Орле и в Нижнем Новгороде. Сделав подобные наблюдения в Казани, стрелку сию я переслал обратно к г[осподину] Купферу; а вместо нее купил у г[осподина] Гиргенсона для казанской магнитной обсерватории снаряд, служащий для подобных наблюдений, какого по сие время при казанской магнитной обсерватории не находилось. Стрелка сего снаряда будет с точностью сравнена со стрелкой г[осподина] Сабина. За снаряд сей надобно будет заплатить г[осподину] Гиргенсону 13 руб[лей] серебром.
В заключение сего имею честь донести, что г[осподин] астроном-наблюдатель казанской обсерватории Ляпунов усердно занимается наблюдениями и вычислениями на главной пулковской обсерватории и г[осподин] директор оной, д[ействительный] ст[атский] сов[етник] В. Я. Струве о занятиях г[осподина] Ляпунова отзывается с похвалой. Подлинное подписал: профессор Иван Симонов.
Верно: правитель канцелярии (подпись).
НА РТ, ф. 977, оп. Совет, д. 2676, л. 6-9. Рукописная копия.
 
Публикацию подготовила

Ольга Пантелеева



I Литтров Иосиф Антонович (1781-1840), астроном, член-корреспондент Петербуржской АН (1813). Учитель И. М. Симонова и Н. И. Лобачевского (см.: Татарская энциклопедия: в 5 т. – Казань, 2006. – Т. 3. – С. 625).