2015 1/2

Фонозаписи народной музыки православных татар

В Центре письменного и музыкального наследия Института языка, литературы и искусства им. Г. Ибрагимова Академии наук Республики Татарстан находятся на хранении различные магнитные ленты, преимущественно для катушечных магнитофонов. Время их поступления в институт охватывает период с 1958 по 1991 г. Большая часть этих материалов появилась благодаря деятельности сотрудников указанного учреждения в ходе проведения экспедиций на территории Татарстана и за его пределами.

Объекты музыкального фольклора православных татар, так называемых кряшен, сосредоточенные в Центре письменного и музыкального наследия, можно

Рукопись нот народных песен кряшен. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ, ф. 60, оп. 1, д. 57, л. 1.

распределить по двум группам: письменные источники и аудиозаписи. К первой относятся образцы вербального и музыкального текста народного творчества крещеных татар, а также некоторые сведения о них. Такие рукописи встречаются, в частности, в фондах, связанных с учащимися Казанской центральной крещено-татарской школы, композитором С. Габаши и др. Ко второй — народная музыка кряшен, записанная на территории Татарстана, а также в некоторых других республиках и областях России. Согласно регистрации магнитных лент в журнале учета эти записи осуществили: музыканты М. Нигмедзянов и И. Кадыров; филологи Р. Ягфаров, Ф. Баязитова, А. Юсупов и Л. Замалетдинов; этнограф Р. Уразманова. Фиксация большей части напевов кряшен в основном происходила в 1960-1970-е гг. Диапазон годов рождения информаторов охватывает последнюю четверть XIX — первую половину ХХ в. Возраст же исполненных ими песен можно считать еще более ранним, так как, по замечанию самих этнофоров, они услышали эти произведения от своих старших родственников. Среди участников записей — кряшены и представители других групп татарского народа, прежде всего казанские татары. Именно для последних из них характерно использование термина «кряшен көе» (мелодия кряшен) для обозначения самобытного, оригинального и отличного от их музыкальной культуры явления. Как правило, они не знают жанровую природу продемонстрированной ими песни в отличие от собственно крещеных татар. Встречаются среди исполнителей «кряшен көе» как рядовые жители деревень, так и известные деятели литературы и искусства, например, поэтесса Г. Зайнашева. Попутно отметим, что кроме выражения «кряшен көе» у представителей разных групп татарского народа встречаются термины, характеризующие напевы казанских татар — «казанча» (по-казански), «казан көенә» (на казанскую мелодию), «казан көе» (казанский напев), русских — «русча» (по-русски), «урыс көе» (русская мелодия), ногайцев — «ногай көе» (ногайская мелодия).


Комментарии, рассказы, реплики и отдельные высказывания исполнителей, сохранившиеся на пленках, содержат ценную информацию о манере и приемах исполнения. Например, встретилось высказывание одного из этнофоров об игре на гуслях: «борчак кебек уйный идем» (как горох играл), означавшее быструю и звонкую россыпь звуков. Кроме того, можно узнать о времени проведения того или иного обряда и его этапах, истории, содержании и жанровой основе какой-нибудь песни и т. д. В частности, один из информаторов обозначил жанр широко известной песни «Хан кызы» (Ханская дочь) как «баит»I. Этнофор также пояснил, что диалог, лежащий в основе «Хан кызы», — это только фрагмент текста и сообщил его содержание. Приведем его сюжет вкратце, поскольку он до сих пор не обнародован. Влюбленных — бедняка и ханскую дочь — по приказу ее отца разлучают, бросив в тюрьму. Но затем хан предлагает им состязание по восхвалению друг друга. Юноша в случае победы получал любимую в жены. Поражение означало бы его смерть. Финал истории оказался счастливым. В этом произведении, вероятно, нашли отражение реальные события прошлого — состязание певцов-импровизаторов, так называемых «чичянов».

Свод произведений фольклора кряшен состоит из вокальной музыки, рассчитанной на соло, дуэт, ансамбль и хор, а также инструментальной, исполненной на скрипке, гармони, гуслях и балалайке. Все они встречаются также и в качестве инструментов, аккомпанирующих певцам. Репертуар исполнителей-инструменталистов нередко включает в себя песенные мелодии, например на гармони сыгран напев «солдат озату көе» (мелодия проводов солдата), который сопровождал сбор подарков при проведении Сабантуя. Этот факт демонстрирует также универсальность отдельных мелодий, используемых в разных ситуациях.
С музыкально-стилистической стороны в фольклоре кряшен заметны три пласта: присущий только данной народности, а также обнаруживающий точки соприкосновения с русским и с татарским народным творчеством.

К традиционной музыкальной культуре кряшен относятся такие напевы, как «түгәрәк уен көе» (хороводные песни), «кодалар көе» (песня сватов), «солдат озату көе» (мелодия проводов солдата), «туй җырлары» (свадебные песни). Среди редких образцов: церковный напев, «поминальные» песни и произведения времен Великой Октябрьской революции и гражданской войны. Семейно-обрядовые произведения в записях представлены плачем невесты, календарно-обрядовыми песнями, связанными с Нардуганом (встречей Нового года), Сабантуем (его предварительный этап — «сөрән көе» (напев пахоты), а также музыкальное оформление сбора подарков), масленицей. В связи с последним обрядом обратил на себя внимание народный термин «катай көе» («напев катания» — от глагола «кататься»), подразумевающий песню, исполняемую в масленичные дни во время езды в повозках на лошадях.
Судя по фольклорным записям контакты кряшен с русской музыкальной культурой проявляются по-разному. Зафиксированы, например, широко известные русские песни на языке оригинала. Среди них «Зимний вечер» (музыка М. Яковлева, слова А. Пушкина), студенческая песня «Из страны, страны далекой», получившая в быту кряшен признание как песня декабристов. Другая часть их репертуара состоит из русских мелодий («На горе-то калина», «Среди долины ровныя» и т. д.), но со своим татарским текстом.

Что же касается произведений татарского музыкального фольклора, то у кряшен можно встретить такие популярные среди казанских татар песни, как «Баламишкин» (у крещеных татар эта мелодия звучит на свадьбах), «Җаныем, бәгърем» (Душечка). Предстоит изучить, какие именно напевы казанских татар бытуют среди кряшен, и в каком контексте они звучат?
В настоящий момент в Центре письменного и музыкального наследия ведется работа над составлением электронного каталога аудиозаписей, по завершению которого планируется выпуск компакт-дисков и сборников нотных образцов музыкального фольклора татарского народа, в том числе и кряшен.
 

Гузель Юнусова



IО вероятности использования музыкального жанра «баит» известный этномузыколог М. Нигмедзянов много рассуждал в своем последнем собрании народных песен (см.: Нигмедзянов М. Татарские народные песни. – Казань, 1984. – С. 214-216).