2016 1/2

Село Волостниковка: страницы истории зоны подтопления Куйбышевской ГЭС

Волостниковка находится на берегу Куйбышевского водохранилища в 14 км к северу от районного центра Старая Майна по прямому водному пути, по сухопутной дороге — в 34 км. Оно входит в состав муниципального образования Жедяевское сельское поселение Ульяновской области. С 1861 по 1920 г. село относилось к Жедяевской волости Спасского уезда Казанской губернии, с 1920 по 1943 г. — к Мелекесскому и Старомайнскому районам Самарского (Средневолжского, Куйбышевского) края (области). Расположение села на границе Ульяновской области и Республики Татарстан (согласно современному административно-территориальному делению) и переход из состава одной территории в другую и обратно привели к тому, что документы о селе хранились в разных региональных архивах. В конечном итоге до настоящего времени их дошло очень мало. Так, в Государственном архиве Ульяновской области (ГАУО) село отрывочно упоминается в документах преимущественно 1930-1958 гг., а также в метрических книгах за 1851-1909 гг. В Национальном архиве Республики Татарстан (НА РТ) хранятся клировые ведомости Знаменской церкви за 1815-1912 гг.

Волостниковский сельский совет был организован в 1918 г., с 1928 по 1934 г. он относился к Чердаклинскому району Средневолжской области (края), с 1934 по 1935 г. — к тому же району Куйбышевской области, с 1936 по 1943 г. — к Старомайнскому району Куйбышевской области и затем Ульяновской области, в 1963-1965 гг. входил в состав Чердаклинского района Ульяновской области. В ГАУО отложилось 97 единиц хранения сельсовета с 1934 по 1963 г., но часть документов погибла вследствие плохих условий хранения. На данной территории находилось два колхоза: им. К. Маркса и «Правда».

Согласно документу, обнаруженному в Российском архиве древних актов, с. Знаменское (Волостниковка) появилось в 1670-е гг., а в 1716 г. там было 13 дворов (12 владельцев и 251 крепостной) 1. Ю. Н. Мордвинов утверждает, что основателем поселения был известный государственный деятель, комнатный стольник Петра I (1686-1692), двоюродный брат царицы Наталии Кирилловны Андрей Федорович Нарышкин2.

На месте, где в 1670-е гг. было основано русское село, люди обосновались приблизительно в IV тыс. до н. э., в эпоху нового каменного века. В списке памятников археологии Старомайнского района Комитета Ульяновской области по культурному наследию* содержится четыре объекта в районе Волостниковки: поселение «Змеиный остров» (II-I тыс. до н. э.), селище «Волостниковка» (3-я четверть I тыс.), городище «Волостниковка» (1-я четверть II тыс.), курганная группа «Волостниковка» (две насыпи, предположительно 2-я половина II тыс. до н. э.) 3.


* Распоряжение Главы администрации Ульяновской области от 29 июля 1999 г.

В 1971-1973 гг. известный советский археолог Г. М. Буров активно занимался составлением паспортов памятников археологии Ульяновской области. К ноябрю 1971 г. в списке преимущественно утраченных в результате создания Куйбышевского водохранилища числилось 86 объектов, из них 23 — в Старомайнском районе, в том числе поселение III-VII вв. близ Волостниковки4. Интересно, что первые артефакты — бронзовые изделия, в том числе раннеананьинский кельт, — были обнаружены в урочище «Валдай» на левобережных лугах близ Волостниковки еще в конце XIX в. (в 1886 г. А. А. Штукенбергом и в 1891 г. А. Ф. Лихачевым) 5.

Все вышеуказанные памятники находились в ближних окрестностях села, на бывшем Гулькином бугре (или Валдае, который представлял собой мыс надлуговой террасы левого берега Волги и р. Утки) и были затоплены водохранилищем. В эпоху неолита там было кладбище, в бронзовом веке — поселение, в VII-VI вв. до н. э. появился могильник носителей ананьинской культуры, а позднее жили представители именьковской культуры. Таким образом, находки в окрестностях говорят не только о древности заселения этого края, но и об активной жизнедеятельности людей на данной территории. Волостниковка и прилегающая к ней местность, особенно затопленная ныне пойма р. Волги, являлись весьма привлекательными для жизни людей на протяжении около пяти тысяч лет.

Памятники старины в Волостниковке упоминались еще в начале XX в. В «Полном географическом описании нашего Отечества» отмечалось: «В деревне Волосниковой… находятся два городка, обнесенные земляными валами; в них находят железные стрелы и копья, да горшки красной глины. Жители рассказывают, что при этих городках в старину была битва русских с татарами; русские напали с поля, с южной стороны селения, и после долгой битвы победили и прогнали все неверную силу» 6.

Традиционно считается, что название села связано с размещавшимся здесь в конце XIX — начале XX в. волостным правлением. Эта версия вполне может быть уместной, если бы не время основания села — вторая половина XVII в. Возникает вопрос, как же тогда называлось село до 1860-х гг.? И здесь существует объяснение, ведь считается, что первоначальное название села (Знаменское) произошло от особо почитаемой сельской иконы Божьей Матери «Знамение». Но, во-первых, храм вряд ли успели построить одновременно с основанием села, а во-вторых, по нашим наблюдениям, первоначальные названия селения, как правило, не получали по церквям или иконам. Обычно двойные названия являются более поздними (Архангельское-Репьевка, Вознесенское-Головкино, Знаменское-Волостниковка). Сомневается в волостной версии и Ю. Н. Мордвинов, считая ее неподтвержденной, примитивной и лишь удобной для понимания7.

Исходя из того, что в дореволюционных документах селение порой указывали как «Волосниковка», мы можем выдвинуть еще одну версию происхождения названия села от слова «волосник» (шелковая шапочка у замужних русских женщин XVI-XVIII вв., надевавшаяся под повойник или платок). Даже на поздней карте Спасского уезда Казанской губернии 1903-1910 гг. можно увидеть надпись: «село Знаменское Волосниковка».

Как следует из архивных документов, деревянный храм в селе был построен в 1769 или 1779 г. 8 Почти через сто лет в 1860 г. (по другим данным в 1862 г.) на средства помещицы А. И. Апреловой была сооружена деревянная Знаменская двухпрестольная церковь (теплая, главный престол в честь иконы Знамения Пресвятой Богородицы, в приделе — во имя святых Петра и Павла), а в 1885 г. при ней открыли церковно-приходскую школу9. Был ли храм в селе до 1769 г. или сельчане посещали Николаевскую церковь в соседнем селе Старая Грязнуха, действовавшую с 1712 г., точного ответа на этот вопрос пока нет.

Интересную информацию о храме удалось получить от жительницы села, бывшей учительницы Валентины Григорьевны Филипповой*, которая приехала в с. Волостниковку в 1956 г. Церковь, стоявшая на горе, во время затопления Куйбышевской ГЭС попадала в зону берегообрушения. Около нее были кладбища, которые до сих пор рушатся в воду. Валентине Григорьевне, так как у нее был фотоаппарат, было поручено сфотографировать церковь для переселенческого отдела. Позже родственники Филипповой во времена советского атеизма уничтожили негативы снимков. Но Валентина Григорьевна сумела спрятать и сохранить одно фото, сделанное в 1958 г. По ее словам, церковь ко времени переселения была уже пустой.

В. Г. Филиппова. С. Волостниковка, 1956 г.

 

В Государственном архиве Ульяновской области хранятся документы по церковной истории Волостниковки советского периода. В 1930 г. в состав сельского православного религиозного общества входило 1 866 человек10. Священником являлся Виктор Алексеевич Рождественский, дьяконом — Пётр Васильевич Студенцов11. В этом же году с колокольни Знаменской церкви сняли четыре колокола общим весом 2 243 кг12. В 1935 г. священником Знаменской церкви был Михаил Николаевич Богородский, служивший с декабря 1933 г. 13 В апреле 1929 г. была произведена единственная дошедшая до нас опись церковного имущества Знаменского храма14. Среди церковной утвари перечислены семь колоколов.


* Интервью с В. Г. Филипповой было записано нами в 2014 г.

О том, что религиозная община села была достаточно активной и инициативной в 1930-е гг., говорит следующий факт. В августе 1936 г. председатель волостниковского сельсовета попытался инициировать разбор часовни при храме для получения кирпича на ремонтные работы. Но верующие обратились в Старомайнский райисполком за «законным содействием» 15. Результатом стало указание районного исполкома сельсовету о запрете разбора часовни16.

26 февраля 1951 г. волостниковский сельский совет обсуждал вопрос «О разборе здания церкви вследствие того, что она пришла в негодность» 17. Сама церковь была закрыта в 1941 г., после чего она не ремонтировалась и постепенно разрушалась. Церковь решено было разобрать, но ответственных за разбор не назначили. В 1959 г. в селе стали строить новую школу и при ее строительстве использовали церковные бревна и железные листы крыши.

Роковыми для Волостниковки стали 1955-1957 гг. — годы наполнения Куйбышевского водохранилища. Значительная часть села располагалась внизу, под горой. И хотя оно избежало трагической участи десятков ульяновских селений, затопленных полностью, все же традиционный, сложившийся веками тип планировки, быт и хозяйство претерпели радикальные изменения, не говоря уже о психологическом стрессе для населения. Из затопляемой части Волостниковки жители эвакуировались на новую площадку, где ныне и находится село18. Председателем сельсовета в это роковое время являлся Ф. П. Филиппов. В январе 1952 г. Старомайнский райисполком решил: «Часть села Волостниковка (колхоз им. К. Маркса), поселок Валдай и поселок Парашевка… как бригады одного укрупненного колхоза им. К. Маркса переселить на новую площадку села Волостниковка, в котором расположен центр этого укрупненного колхоза» 19.

Эвакуация должна была состояться летом 1953 г., но реально она продолжалась до 1955 г. О немалых трудностях этого процесса свидетельствует обращение сельсовета к районному исполкому с просьбой выслать план строительства нового села, ускорить сооружение двух буровых колодцев и организовать торговлю стройматериалами20.

По данным переселенческого отдела, всего из зоны затопления было вынесено 90 домов индивидуального сектора (в 1952 г. в селе было 392 двора) и 43 колхозных строения, эвакуировано 93 семьи21.

В новой Волостниковке в 1953-1954 гг. было намечено строительство 16 объектов: правления колхоза, клуба, школы-десятилетки, детских яслей и сада, больницы на 10 коек, дома для приезжих, дома бытового обслуживания, почты со сберкассой и радиоузла, магазина, чайной на 15 человек, хлебопекарни, бани на 20 человек, стадиона и спортплощадки, жилых домов для учителей и врачей22.

Заключение о размыве берегов в с. Волостниковка областного переселенческого отдела 1958 г. 23 содержит следующие сведения. Село расположено на левом берегу Волги, на поверхности 3-й надпойменной террасы, на расстоянии 8 км от ныне затопленного основного русла Волги. Оно находится на берегу водохранилища, где его ширина достигает 14 км. На этом участке развита 1-я и 3-я надпойменные террасы. 1-я после создания водохранилища затоплена, так как ее абсолютные отметки не превышают 50-52 м. Высота уступа 3-й террасы достигает 20-21 м над поверхностью 1-й террасы. По прогнозу переработки берега 1952 г. величина отступания береговой линии за 10 лет должна была составить 40 м. К октябрю 1957 г. фактическая величина отступания составила 7-9 м, то есть 20 % по отношению к 10-летнему периоду. Поэтому сделали вывод о том, что в ближайшие 2-3 года производить переселение из прибрежной части 3-й надпойменной террасы нет необходимости. Однако еще в 1953 г., согласно заключению Заволжской гидрогеологической экспедиции Министерства геологии СССР, набережная часть с. Волостниковка подлежала сносу и переносу в последующие годы в связи с переработкой берега24. Этот прогноз оправдался, и сейчас на высоком берегу ничего не осталось.

В 1963 г. в акте технического освидетельствования отмечалось: «Село Волостниковка — строения, входящие в зону 10-летней стадии формирования берега, перенесены. В настоящее время обрушение превышает конечную стадию переработки берега. Расстояние до неподлежащих переноске строений в отдельных местах достигает менее 50 м. В районе бывшей церкви происходит вымывание погребенных останков людей, в частности, видны 4 гроба, а также черепа и кости» 25. Была признана необходимость переноса 50 зданий.

В конечном итоге значительную часть села перенесли на более высокое и удаленное от берега Куйбышевского водохранилища место. Появились проблемы с водоснабжением и дорожно-транспортной доступностью районного и областного центров, что постепенно стало способствовать оттоку жителей в город.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

    1. Насыров Р. Г. Сельское расселение Западного Закамья во второй половине XVI — начале XVIII вв.: дис. … канд. ист. наук. – Казань, 2006. – С. 232.
    2. Мордвинов Ю. Н. Взгляд в прошлое. Из истории селений Старомайнского района: версии, события, размышления, воспоминания. – Ульяновск, 2007. – С. 220.
    3. Сводный памятник объектов культурного наследия Старомайнского района. [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://nasledie73.ulgov.ru/28/835/414.html.
    4. Государственный архив Ульяновской области (ГАУО), ф. Р-3632, оп. 1, д. 83, л. 3.
    5. Халиков А. Х. Волго-Камье в начале эпохи раннего железа (VIII-VI вв. до н. э.). – М., 1977. – С. 75.
    6. Полное географические описание нашего Отечества: настольная книга для русских людей: в 19 т. Т. VI: Среднее и Нижнее Поволжье и Заволжье. – СПб., 1901. – С. 383.
    7. Мордвинов Ю. Н. Указ. соч. – С. 221.
    8. НА РТ, ф. 4, оп. 56, д. 75, л. 243 об.; ф. 5, оп. 70, д. 30, л. 267 об.
    9. Там же, ф. 4, оп. 138, д. 24, л. 1139; Мордвинов Ю. Н. Указ. соч. – С. 222-223.
    10. ГАУО, ф. Р-131, оп. 1, д. 15, л. 4, 32 об.
    11. Там же, л. 7.
    12. Там же, ф. Р-1050, оп. 1, д. 116, л. 3.
    13. Там же, ф. Р-1469, оп. 2, д. 805, л. 39.
    14. Там же, ф. Р-1317, оп. 2, д. 25, л. 75-85.
    15. Там же, д. 806, л. 15-15 об.
    16. Там же, л. 13.
    17. ГАУО, ф. Р-1317, оп. 3, д. 96, л. 86 об.
    18. Бурдин Е. А. Волжская Атлантида: трагедия великой реки. – Ульяновск, 2005. – С. 236.
    19. ГАУО, ф. Р-3038, оп. 2, д. 655, л. 74.
    20. Там же, ф. Р-1317, оп. 3, д. 96, л. 118-118 об.
    21. Там же, д. 68, л. 2, 41.
    22. Там же, оп. 2, д. 42, л. 13.
    23. Там же, ф. Р-3037, оп. 2, д. 136, л. 2, 5.
    24. Там же, ф. Р-3038, оп. 2, д. 659, л. 53.
    25. Там же, ф. Р-3037, оп. 2, д. 3, л. 17.

 

Фото из личного архива В. Г. Филипповой.

 

Евгений Бурдин,

доктор исторических наук