2016 3/4

«Жандарм довольно миролюбивого сорта» (Из жизни первого начальника Казанского губернского жандармского управления Г. С. Ларионова)

22 мая 1817 г. Казанское губернское правление (КГП) рассматривало указ Правительствующего Сената. В нем говорилось о жалобе «детей умершего майора Сергея Ларионова… на Свияжскую дворянскую опеку»1, Казанскую гражданскую палату и само КГП. Жалобщиками выступали дочь Евдокия, по мужу Вердерамо, и малолетние Григорий и Мария Ларионовы. Они желали избавиться от опекунства родного дяди Григория Ларионова и более справедливого, по их мнению, распределения наследства, оставшегося после их отца и других родных дядей — Петра и Дмитрия Ларионовых2. А жалоба заключалась в том, что данные учреждения создают волокиту и затягивают решение этого вопроса. За Сергеем Епифановичем Ларионовым числилось «совместно с братьями… имение в с. Кобызеве Свияжского уезда, в с. Гусиха Спасского уезда 46 душ крестьян»3. Как видно из справки губернского правления, за детей покойного майора перед казанским гражданским губернатором ходатайствовал и просил ускорить решение этого вопроса профессор, декан медицинского факультета (1817-1820 гг.) Казанского университета4 Вердерамо Эммануил Осипович — муж старшей дочери Евдокии. Однако губернская бюрократия, да еще в условиях начала XIX в., была не очень тороплива…

Кто мог подумать тогда, что КГП, рассматривая данный, в длинной череде бюрократической переписки ничем не примечательный вопрос, решало судьбу будущего руководителя казанской губернской жандармерии. Речь идет о Григории Сергеевиче Ларионове. Тогда он был 12-летним учеником Казанской гимназии, а с 1856 г. долгие 15 лет руководил работой всей системы жандармских органов на территории Казанской губернии.

Г. С. Ларионов родился 10 октября 1805 г. Происходил из дворян Казанской губернии5. Григорий рано потерял родителей, его отец, майор Сергей Епифанович Ларионов, умер в 1816 г., еще раньше не стало матери. Если учесть, что вопросами опекунства детей занималась Свияжская дворянская опека, с уверенностью можно заключить, что родовое имение их находилось в Свияжском уезде. Григорий знал арифметику, алгебру, всеобщую историю, географию, французский, итальянский, латинский языки6. По завершении очередного учебного года, 30 июня 1818 г., «Императорская Казанская гимназия имела торжественное Собрание для раздачи награждений питомцам, отличившимся успехами, прилежанием и благонравием»7, на котором, помимо начальства и учителей гимназии, присутствовали профессора Казанского университета, а также многие гражданские и военные чины. Среди учеников, награжденных на этом торжественном акте книгами, значится и Григорий Ларионов8. Такой же награды он удостоился и год спустя, 30 июня 1819 г.9

Последовав по стопам отца, Григорий выбрал военную стезю. 17 июля 1821 г. он поступил на служ-бу «юнкером с выслугой 3 месяцев за рядового в 3-м Батальоне учебного Карабинерного полка»10. 19 октября 1824 г. назначен прапорщиком. 17 декабря 1827 г. «по воле начальства прикомандирован к казанским батальо-нам военных кантонистов»11. 25 мая 1831 г. произведен в поручики, а 25 ноября уволен высочайшим приказом по семейным обстоятельствам12.

Через год начинается жандармс-кая карьера Григория Ларионова. 30 декабря 1832 г. он был принят на жандармскую службу «с назначением за адъютанта к штаб-офицеру в Казанской губернии находящемуся»13. В 1835-1847 гг. служил на разных должностях в шестом, впоследствии в седьмом округе Корпуса жандармов. При этом к 1842 г. он достиг чина капитана, а 23 марта 1847 г. награжден орденом Св. Анны 3-й степени14. К этому времени Г. С. Ларионов был уже женат на дворянке Татьяне Ивановне Тверитиновой, у них было трое детей: Василий (1843-?), Вера (1845-?) и Мария (1847-?). 6 февраля 1847 г. Татьяна Ивановна скончалась15. Второй супругой Ларионова стала Анна Николаевна Милькович. В 1858 г. у них родился сын Григорий16.

С 30 апреля 1847 г. Высочайшим приказом Г. С. Ларионов был назначен городничим в г. Чистополь, а 27 июля 1848 г. — «перемещен в таковую же должность в г. Лаишево»17. Примерно через год, в августе 1849 г., Григорий Ларионов повторно уволился со службы, на этот раз по болезни «с чином майора с мундиром и пенсионом 1/3 жалованья»18. 9 апреля 1850 г. вновь принят на службу «с назначением адъютантом к начальнику 7-го округа Корпуса жандармов генерал-майору Львову»19. 6 мая 1852 г. произведен в подполковники.

В апреле 1853 г. Григорий Сергеевич приобрел у подполковника Ивана Умова каменный одноэтажный обгоревший дом, находящийся между домом генерал-майора Булыгина и церковью Грузинской Божьей Матери на Грузинской улице (ныне ул. Карла Маркса)20. С причтом этой церкви у них впоследствии шел многолетний межевой спор в суде.

22 августа 1854 г. Г. С. Ларионов был награжден знаком отличной беспорочной службы за 25 лет, а 21 марта 1855 г. — орденом Св. Анны 2-й степени. В начале правления императора Александра II его служебная карьера достигла пика, 1 мая 1856 г. он был назначен губернским жандармским штаб-офицером21. В 1859 г. он был награжден знаком отличной беспорочной службы за 30 лет, а 17 апреля 1860 г. произведен в полковники22.

Дом Г. С. Ларионова (справа от церкви). Казань, ул. Грузинская // Идрисова Р. Р. По старым улицам казанским… Казань в фотографиях XIX — начала XX века: Путеводитель-фотоальбом. – Казань, 2005. – С. 78.

 

В 1861 г. в России наступили эпохальные перемены, было отменено крепостное право, в перспективе повлекшее за собой изменение всех фундаментальных основ прежней жизни. Непосредственным же следствием стало беспокойство всех слоев населения, особенно крестьян, недовольных условиями освобождения. Самым крупным было волнение крестьян в апреле 1861 г. в с. Бездна Спасского уезда Казанской губернии. Не доверяя никому из официальных чтецов, крестьяне поверили своему односельчанину Антону Петрову, который в своем истолковании все-таки «нашел» для них волю в «Положениях» об отмене крепостного права. Мало того, если верить рапорту графа А. С. Апраксина, полная воля, в интерпретации А. Петрова, была дарована государем еще в 1858 г., но помещики всячески скрывали ее. Генерал-майор Антон Степанович Апраксин был командирован в Казанскую губернию для сохранения порядка23. При подавлении волнения не удалось избежать кровопролития, около пяти тысяч крестьян охраняли своего «освободителя» как зеницу ока и не хотели расходиться. Полковник Г. С. Ларионов 13 апреля телеграфировал шефу жандармов В. А. Долгорукову «Вчера у Пушкина (бездненский помещик М. Н. Мусин-Пушкин. — С. Х.) убито до 60 крестьян, голова взят, а раскаяния нет, кругом волнения, работать не хотят»24. Рядом с графом Апраксиным находился поручик казанского губернатора Ф. А. Половцев. Он писал в своих воспоминаниях, что позже была создана комиссия «для расследования причин волнения и неповиновения временно обязанных крестьян Спасского уезда»25. В эту комиссию входил и полковник Г. С. Ларионов. По определению Ф. А. Половцева, наш герой «был жандарм довольно миролюби-вого сорта; однако в Бездну не поехал, а командировал вместо себя своего помощника, ротмистра Ступишина, у которого оказалось в Спасском уезде небольшое имение, где он почти постоянно пребывал,.. надо думать, что по каким-то неведомым мне соображениям жандармское ведомство желало к безднинскому делу сколь можно меньше касаться»26. Кажется весьма странным, почему на место событий не поехал сам Г. С. Ларионов. К тому же он уже имел опыт работы в подобных делах. Еще в 1835 г. со 2 августа по 18 октября Григорий Ларионов находился в Пермской губернии при начальнике шестого жандармского округа генерал-майоре графе А. С. Апраксине, «исполнявшем высочайшее повеление, относительно приведения в повиновение бунтовавшихся казенных крестьян и открытия причины их возмущения, где имел каждодневные поручения,.. которые исполнил с отличным успехом и деятельностью»27. Здесь волнения государственных крестьян были связаны с боязнью и беспочвенными слухами перевода их в категорию удельных крестьян.

Третье отделение Собственной Его императорского величества канцелярии и его жандармские подразделения в губерниях фактически были главным надзорным органом и государственного управления, и всех отраслей жизнедеятельности в империи. Таким образом, губернские жандармские начальники в бюрократической иерархии занимали более высокое положение, чем губернаторы, хотя по табели о рангах они зачастую имели более низкий чин. Служебная карьера губернаторов зависела от донесений жандармских штаб-офицеров, но не наоборот. Как справедливо замечает А. Н. Бикташева, «подчиняясь лично императору, политическая полиция находилась за пределами правительственного и ведомственного давления»28. К 1863 г. не сложились отношения и у полковника Г. С. Ларионова с казанским губернатором генерал-майором П. Ф. Козляниновым. В рапорте сообщалось: «было недавно объяснение с губернатором, который… решился отозваться, что находит жандармский корпус преступным учреждением, и ни одному жандарму ни в чем не поверит… все прекрасное в нем едва ли не поглощает неимоверная запальчивость характера, опрометчивость в поступках и другие неловкости, которым, не наведя преграды, не будет конца. И таким образом, они с каждым днем разрастаются. На первом плане препровождения времени на карточную азартную игру, за коей постоянно проводит ночи до утра, не разбирая в этом случае личностей, проигрывает нередко большие куши»29. Последовавшая через два месяца отставка «для Козлянинова… оказалась полной неожиданностью»30.

Следующим важным этапом в служебной деятельности Г. С. Ларионова стало преобразование Управления казанского штаб-офицера в Казанское губернское жандармское управление (КГЖУ). Процесс реформирования происходил на основании Положения о Корпусе жандармов от 9 сентября 1867 г. В соответствии с ним КГЖУ подчинялись городская конная жандармская команда и вновь созданные офицерские наблюдательные пункты в Чебоксарском, Чистопольском и Тетюшском уездах Казанской губернии31. 17 октября 1867 г. должность Г. С. Ларионова была переименована в начальника Казанского губернского жандармского управления32. В уездах у него было три помощника, которым подчинялись 18 унтер-офицеров. К началу 1868 г. работа по реформированию ведомства полковником Г. С. Ларионовым была успешно завершена.

17 апреля 1870 г.  Г. С. Ларионов в последний раз был отмечен правитель-ством: «за отлично усердную и ревностную службу Всемилостивейше награжден годовым окладом жалованья… 732 рубля серебром»33. Скончался Григорий Сергеевич 3 декабря 1870 г.34 Своим детям в наследство он оставил каменный двухэтажный дом в Казани, в д. Тевкечь Лаишевского уезда 96 душ крестьян и 1 044 десятин земли35.

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. НА РТ, ф. 2, оп. 1, д. 43, л. 283 об.

2. Там же, л. 283 об.

3. Казанское дворянство 1785-1917 гг. Генеалогический словарь. – Казань, 2001. – С. 560.

4. Татарская энциклопедия. – Казань, 2002. – Т. 1. – С. 560.

5. НА РТ, ф. 199, оп. 3, д. 3, л. 8.

6. Там же, л. 6 об.

7. Казанские известия. – 1818. – 6 июля.

8. Там же.

9. Там же. – 1819. – 5 июля.

10. НА РТ, ф. 199, оп. 3, д. 3, л. 8 об.

11. Там же.

12. Там же.

13. Там же.

14. Там же, л. 9 об.

15. Агафонов Н. Я. Казань и казанцы. – Казань, 1906. – Вып. 1. – С. 82.

16. НА РТ, ф. 199, оп. 3, д. 3, л. 13 об.

17. Там же, л. 9 об.

18. Там же.

19. Там же, л. 9 об.-10 об.

20. Там же, ф. 26, оп. 1, д. 1153, л. 16.

21. Там же, ф. 199, оп. 3, д. 3, л. 10 об.

22. Там же, л. 10 об.-11 об.

23. Вульфсон Г. Н. Глашатай свободы. Страницы из жизни Афанасия Прокофьевича Щапова. – Казань, 1984. – С. 95.

24. Там же. – С. 96.

25. Половцев Ф. А. Из воспоминаний 1859-1861 годов // Исторический вестник. – 1907. – № 11. – С. 478.

26. Там же. – С. 479.

27. НА РТ, ф. 199, оп. 3, д. 3, л. 14.

28. Бикташева А. Н. Кадровый контроль политической полиции над региональным чиновничеством: практики Казанской губернии 1826-1861 гг. // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия История. Международные отношения. – 2014. – Т. 14. – Вып. 4. – С. 110.

29. Там же. – С. 113.

30. Там же.

31. НА РТ, ф. 199, оп. 1, д. 6, л. 1.

32. Там же, оп. 3, д. 3, л. 11 об.

33. Там же.

34. Агафонов Н. Я. Указ. соч. – С. 82.

35. Казанское дворянство 1785-1917 гг… – С. 318.

 

Сайрус Хамидуллин