2002 1/2

Расстрелян как террорист (по страницам следственного дела историка Михаила Худякова)

Михаил Григорьевич Худяков — одна из самых "знаковых" фигур среди ученых, изучавших историю татарского народа и его государственности. Возможно, даже самый известный из русских историков, посвятивших себя исследованию этой проблемы. Его легендарная книга "Очерки истории Казанского ханства" опередила свое время и до сих пор не имеет аналогов. Последующие поколения историков добавляли какие-то детали, уточняли факты, но создать книгу, подобную худяковской, не сумели и по настоящее время. Хотя вплоть до начала 60-х годов многие активно использовали ее материал без ссылок, ибо имя автора "врага народа" Худякова было предано забвению. Есть какая-то мистика в том, что два русских историка, написавших наиболее правдивые книги о татарах и Казанском ханстве, кончили свои дни трагически: Худяков получил пулю в затылок в подвале дома на Литейной, где располагалось Ленинградское управление НКВД, а Вильям Похлебкин — автор энциклопедической работы "Татары и Русь", не имеющей аналогов в мире, недавно был найден убитым в подмосковном городе, где он жил, с отверткой в виске и следами жестоких пыток. После долгих споров в издательстве автор настоял на названии "Татары и Русь", а не наоборот... Книга вышла в свет уже после его смерти.
Очевидно, уместно кратко напомнить основные факты жизни М. Г. Худякова. Родился он в городе Малмыже, что расположен на границе Вятской и Казанской губерний, 3 сентября 1894 года в купеческой семье. Казань была центром притяжения для многих талантливых провинциалов, и Михаил оправдал надежды семьи, окончив в 1913 году знаменитую 1-ю Казанскую мужскую гимназию с медалью. Вел он себя весьма скромно и ни в какие модные тогда кружковые и иные организации, ставившие своей целью облагодетельствовать человечество, не входил. Его комната в доме № 21 по улице Малая Красная была завалена книгами. Научные интересы, очевидно, определились еще в гимназии: история Поволжья и Прикамья и населяющих этот регион народов. Уже на первом курсе университета он записывается сразу на 14 циклов лекций, читавшихся крупными учеными-историками, в том числе такими величинами, как Фирсов, Хвостов, Бречкевич и другие. На втором курсе публикует работы по истории родного города, малмыжских татар и о церквах Малмыжа, а всего к окончанию университета он имел около десяти работ в солидных изданиях. Правда, окончание университета было отсрочено призывом в армию, где он служил в 1916-1917 годах и получил чин прапорщика. В 1918 году Худяков восстанавливается на третий курс и вскоре оканчивает университет. В этот период он отдал дань эсеровским идеям, привлекавшим молодежь своей простотой и агрессивной революционностью. Однако особой активности в политической жизни не проявлял и вскоре выбыл из партии социалистов-революционеров.
Становление молодого историка пришлось на период, когда образование ТАССР и некоторые послабления в национальной политике возродили надежды на создание на основе советской Конституции национального государства, которое в какой-то мере компенсировало бы многовековое прозябание татар в рамках колониального региона. Об этих надеждах хорошо сказал тогда Кәлимулла Хасанов, бывший депутат Госдумы, чье выступление против черносотенца Пуришкевича вдохновило Тукая на знаменитое стихотворение "Не уйдем". Выступая на митинге, он заявил: "Наконец-то татар возвращают с задворок истории". Правительство Кашафа Мухтарова, пришедшее на смену выдворенному из республики Саид-Галиеву за действия, наносящие ей ущерб, пыталось организовать своеобразный татарский "ренессанс". Видную роль в нем играли главный идеолог, зампред СНК и одновременно заведующий пропагандистским отделом обкома Гасим Мансуров, нарком земледелия Юнус Валидов, нарком просвещения, бывший личный секретарь Сталина Мидкат Брундуков, замнаркомзема Ариф Енбаев и другие. Их взгляды разделял Председатель ТатЦИКа Рауф Сабиров. Активную помощь оказывал находившийся в зените славы Мирсаид Султан-Галиев, занимавший в Москве чуть ли не десяток ответственных постов, в том числе должности председателя Федерального земельного комитета и члена коллегии Наркомнаца.
Среди наиболее заметных дел, которое успело осуществить это правительство, были: ликвидация последствий голода, возвращение татарских деревень на берега Волги и в окрестности Казани, существенное повышение статуса татарского языка как государственного, постройка первой послереволюционной мечети на восточном берегу Кабана и многое другое. Велась также активная подготовка к празднованию 1000-летия ислама на Волге. Именно в контексте этих событий надо оценивать выход в 1923 году книги М. Худякова "Очерки истории Казанского ханства" и брошюры, посвященной исламской культуре в Поволжье, получивших высокую оценку в прессе.
Татарский "ренессанс" был оборван в конце 1923 года. Этапами этого регрессивного процесса стали: дело Султан-Галиева, приведшее к политическому уничтожению крупнейшей политической фигуры, и разгром правительства Мухтарова. Он и его соратники были сняты со своих постов и перемещены на третьестепенные должности в Москву. Расправа была впереди. Секретарь Татарского обкома РКП(б) Д. Живов был обвинен Сталиным в попустительстве националистам и направлен "на учебу".
В этой ситуации М. Худяков понял, что обречен на прозябание, и переехал в Ленинград, где сразу же занял видное место в научном сообществе и стал действительным членом ГАИМК — Государственной Академии истории материальной культуры, одного из самых авторитетных центров гуманитарной науки в стране. Одновременно он сотрудничал с академическими институтами сходных направлений и Эрмитажем. До рокового сентября 1936 года им было опубликовано более 50 работ, спектр их и сейчас поражает своей энциклопедичностью. В том же году М. Г. Худяков становится доктором исторических наук, наверное, первым из послереволюционных выпускников Казанского университета.
Трагедия Ленинграда в сталинскую эпоху была и в том, что многие "модели" репрессий различных категорий "врагов народа" вначале апробировались здесь. Заметно было это и в области науки, начиная со знаменитого "академического дела". Уже в 1936 году, как своеобразная репетиция в преддверии "37-го", проходит ряд судебных процессов, фигурантами которых являлись научные работники. Часть из них "удостоилась" даже выездной сессии Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством знаменитого юридического "Харона" — Василия Ульриха, успешно "переправившего" на тот свет тысячи своих сограждан.
Летом 1936 года осуждаются группы выдающихся историков и этнографов, в числе которых были Томсинский, Пригожин и другие. Осенью наступила и очередь Худякова и нескольких других видных ученых ГАИМКа и институтов АН СССР в Ленинграде. М. Г. Худяков был арестован 9 сентября 1936 года. До этого 3 августа арестовывается видный ученый, заведующий археографической секцией Института антропологии и этнографии АН СССР С. Н. Быковский, 16 августа — сотрудник ГАИМК Ф. В. Кипарисов, 5 ноября — сотрудник Института антропологии и этнографии В. С. Адрианов. Всем четверым, объединенным по воле следователя в "контрреволюционно-террористическую группу", пришлось вместе пройти скорбный путь от ареста до пули в затылок и захоронения в безвестной братской могиле на окраине города.
Отмечу несколько характерных приемов следователей, использовавшихся для получения фальсифицированных показаний в самых страшных преступлениях, "тянущих" на расстрел, — они ярко видны и в деле Худякова. В начале у арестованных брались сведения о коллегах по работе и знакомых, затем на следующем допросе все они трансформировались в участников контрреволюционных организаций и террористических групп. Как правило, следователь приносил уже готовый, а нередко и отпечатанный текст "показаний". Подписи под этими "романами", как их называли в своем кругу сами следователи, выбивались определенными методами. И хотя еще не было "беспредела" 1937-1938 годов, когда случалось, что "упрямцев", не желающих подписывать "романы", забивали насмерть, диапазон мер по доведению подследственных до "признательных показаний" был уже достаточно велик. Как иносказательно посоветовал Сталин еще в начале 30-х по поводу отказа нескольких крупнейших ученых-экономистов признать свою вину: "их надо провести сквозь строй".
Содержание ряда следственных дел, включая и "худяковское", показывает, что сейчас центр тяжести обвинений смещался, а сами они упрощались до примитивизма. Если раньше следствие делало упор на идеологические ошибки, которые косвенно вели или могли привести к контрреволюционной деятельности, то теперь обвинение, как правило, сводилось к выбиванию признания в подготовке террористических акций для убийств Кирова, Жданова и Сталина, или хотя бы "террористических намерений". Знакомясь с этим делом, мы ожидали увидеть в нем "татарский след", хотя бы косвенный, или фрагменты казанского периода жизни Худякова. Но их нет. Все стало проще и беспощаднее. Идеологических обвинений практически нет и у трех других фигурантов дела. Судя по фамилиям крупных ученых, включенных в "показания", готовились и другие дела, фигуранты для них подбирались загодя. В этих списках есть и фамилия известного казанского историка и этнографа Б. Ф. Адлера, обращавшегося в свое время к Ленину с просьбой о разрешении выезда за рубеж в научную командировку. Если судить по Татарскому энциклопедическому словарю, он выехал в Германию и умер в 1930 году, однако в следственном деле он значится живым и находящимся в ссылке в Обдорске (ныне Салехард). Если это верно, то шансов уцелеть у выдающегося ученого практически не было, и его, наверное, расстреляли как "повторника" в 1937 году, без всякого суда решением "особой тройки".
Судя по фрагментам следственного дела Худякова, на первых допросах он категорически отрицал все предъявленные обвинения и, называя фамилии лиц, с которыми общался по роду научной деятельности, подчеркивал чисто служебные или семейные контакты с ними. Очевидно, не давали материалы для обвинения и 19 тетрадей его дневника, отобранные при аресте. Они, очевидно, были потом сожжены за ненадобностью. Замечу, что это была обычная практика. Так, в Казани после ареста выдающегося теоретика танкового дела, в прошлом командовавшего единственной в СССР бригадой сверхтяжелых танков Т-35, Дубинского, у него на глазах бросили в печку рукопись книги "Танки в прорыве". А она очень пригодилась бы в годы войны. Вернемся к Худякову. После отказа подписать показания последовал перерыв, можно предполагать, чем он был заполнен... После этого он уже покорно признает свою деятельность контрреволюционной, а лиц, названных им ранее, — заговорщиками-террористами, одни из них "завербовали" его, других "вербанул" он сам. Не приходится сомневаться, что эти протоколы были написаны заранее и продиктованы следователем, даже выражения, приписанные Худякову, отдают лексиконом оперработников, как, например, "уликовые данные". В общем, типичные "романы" — на энкаведистском жаргоне. Все эти фальсификации были легко опровергнуты прокуратурой и судебными органами в процессе реабилитации 1956-1957 годов. Правда, система лжи, диктуемая с самого верха, включая и автора антисталинистской кампании Н. С. Хрущева, частично продолжала действовать. В 1955 году по согласованию с ЦК КПСС и Прокуратурой, КГБ направляет на места инструкцию № 106-СС — аббревиатура, означающая "совершенно секретно", в которой предписывалось сообщать родственникам казненных, что они были приговорены к "10 годам ИТЛ без права переписки и умерли в местах заключения"I .
Дата и причины смерти выбирались произвольно. Отсюда, очевидно, мифы и легенды о "встречах" в лагерях и тюрьмах с людьми, которые были давно уже расстреляны. Автору пришлось в свое время выслушивать свидетельства очевидцев, "встречавших" Султан-Галиева, Ежова, знаменитого журналиста Кольцова и других на пересылках и даже в Магадане, через многие годы после их смерти.
19 декабря 1936 года Худякова и его "подельников" "судил" самый "расстрельный" состав выездной Военной коллегии ВС СССР под председательством армвоенюриста Василия Ульриха. Судя по протоколу, им понадобилось на это всего 50 минут, практически могли управиться и за более короткий срок. Приговор был заготовлен заранее. Их расстреляли сразу же, возможно, даже не заводя в камеры.
В справках, выданных родственникам трех расстрелянных после их реабилитации в середине 50-х, указывалось, что они умерли, отбывая срок заключения в ИТЛ, соответственно 23 января 1939 года, 4 мая 1939 года и 2 февраля 1940 года. Лгать властям по поводу даты смерти М. Г. Худякова не пришлось — запросы от родственников не поступили...
Завершая эту печальную историю, полагаю, что имя Худякова заслуживает увековечения в названии одной из улиц Казани и учреждения именной аспирантской стипендии в Казанском университете, который должен гордиться своим выпускником. На наш взгляд, все это будет вписываться в юбилейные мероприятия, связанные с 1000-летием города и 200-летием университета. Юбилей — не только торжественные мероприятия, но и наш долг вернуть и, главное, закрепить в памяти общества имена людей, оставивших добрый след в истории. А таких еще немало. Если говорить об исторической науке, то в первую очередь надо вспомнить имена Хади Атласи, Газиза Губайдуллина, Гаяза Исхаки и Садри Максуди. Возможно, заслуживает этого и Заки Валиди, чей путь в науку начался в Казани. В условиях усложнения татаро-башкирских отношений, к которому приложили руку и некоторые занимающиеся политическим визгом демагоги и проходимцы, это встретит понимание обоих братских народов и будет способствовать стабилизации ситуации.
Редакция и автор признательны отделам регистрации архивных фондов Управления ФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области и Управления ФСБ РФ по РТ за предоставление документальных материалов и консультации.

I Источник.-1996.-№ 2.-С.90.

 

Постановление об избрании меры пресечения и предъявлении

обвинения  М. Г. Худякову

7 сентября 1936 г.
 г. Ленинград

Я, оперуполномоченный] лейтенант ГБ 5 отделения СПО отдела [...]I Управления НКВД ЛО, рассмотрев следственный материал по делу № новое и приняв во внимание, что гр. Худяков Михаил Георгиевич, 1894 г.р., гражданин] СССР, ур[оженец] г. Малмыж, быв[шей] Вятской губ[ернии], доктор истории, действительный член Ин[ститу]та доклассового о6[щест]ва Государственной] Академии истории материальной культуры, проживающий по] ул. Халтурина д. № 12, кв. 15, достаточно изобличается в том, что [является] участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации.

Постановил:

гр. Худякова М. Г. привлечь в качестве обвиняемого по ст.ст. 58-10 и 11 УК, мерой пресечения способов уклонения от следствия и суда избрать содержание под стражей в ДПЗ по 1-й категории.

Оперуполномоченный СПО-5 лейтен[ант] ГБ (подпись) [...]

Нач[альник] 5 отделения СПО лейтенант ГБ (подпись) [...]

Согласен нач[альник] СПО УГБ майор ГБ (подпись) [...]

Настоящее постановление мне объявлено (подпись обвиняемого)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№П-23819. Т.З. Л.1.

I Фамилии сотрудников аппарата НКВД в публикации не указаны.

 

Протокол обыска квартиры М. Г. Худякова

9 сентября 1936 г.
г. Ленинград

На основании ордера Управления] НКВД СССР по Ленингр[адской] области (УГБ) за № 3577 от 9 сентября мес[яца] 1936 г. произведен обыск в доме № 12 кв. № 15 ул. Халтурина у граждан Худякова Михаила Георгиевича.

Согласно данным задержаны: Худяков Михаил Георгиевич.

Взято для доставления в Управление] НКВД СССР по Ленобласти следующее (подробная опись): 1. Паспорт ЛЩ - № 511787, 2) Военный билет от 21 июня 1933 г., 3) Профсоюзный билет № 094611, 4) 19 тетрадей (дневников), 5) Бухарина Н. И. 2 книги и Ем. Ярославского 1 книга 6) Письмо Н. Ф. Калинина на 13 листах и др. переписка 7) Инвентарная опись книги библиотеки М. Г. Худякова.

Кроме паспорта, военного билета и профсоюзного билета сдано в СПО.

Опечатано одна комната 9 квад[ратных] метр[ов].

Сотрудник Управления] НКВД СССР по Ленобласти (подпись)

1) Заявление на неправильные действия, допущенные при обыске: нет.

2) Все заявления, не отмеченные при составлении протокола, а сделанные после,
Управлением] НКВД по Ленобласти во внимание приниматься не будут.

Все указанное в протоколе удостоверяем:

Сотрудник, произведший обыск (подпись)

 Присутствовали при обыске: (подпись)

 Управдом или представитель ЖАКТа: (подпись)

Копию означенного протокола получил (подпись)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.З. Л.З-Зоб.

Анкета арестованного

10 сентября 1936 г.
г. Ленинград

  1. Фамилия: Худяков.
  2. Имя и отчество: Михаил Георгиевич.
  3. Год и место рождения: 15 сентября 1894 г., Вятской губернии, г. Малмыж.
  4. Постоянное местожительство (адрес): г. Ленинград, ул. Халтурина д. 12, кв. 15.
  5. Место службы и должность, или род занятий: г. Л[енингра]д, Академия истории материальной] культуры, действительный] чл[ен] ин[ститу]та, с 1931 г. по день ареста.
  6. Профессия и профсоюзная принадлежность, № билета: историк доклассового общества, член профсоюза "Научный работник" с 1918 г.
  7. Имущественное положение в момент ареста (перечислить подробно недвижимое и движимое имущество: постройки, сложные и простые с.-хоз. орудия, количество обрабатываемой земли, количество скота, лошадей и проч., сумма налога с.-х. и индивид. Если колхозник, указать имущественное положение до вступления в колхоз, время вступления в колхоз): имущество не имеет.
  8. То же до 1929 г.: тоже.
  9. То же до 1917 г.: тоже.
  10.  Социальное положение в момент ареста: служащий с 1918 г.
  11. Служба в царской армии и чин: с 1916 г. по 1917 г. служил прапорщиком.
  12. Служба в белой армии и чин: нет.
  13. Служба в Красной армии: а) срок службы, б) воинская категория: нет.
  14. Социальное происхождение: сын купца.
  15. Политическое прошлое: б 1918 г. в партиях состоял: эсеровская партия.
  16. Национальность и гражданство: русский, СССР.
  17. Партийная принадлежность, с какого времени, № билета: беспартийный.
  18. Образование (подчеркнуть и указать точно, что окончил): высшее, Казанский университет.
  19. Категория воинского учета: -
  20. Состоял ли под судом и следствием, а также приговор, постановление и определение: нет.
  21. Состояние здоровья: здоров.
  22. Состав семьи: перечислить отца, мать, сестер, братьев, сыновей, дочерей (их фамилия, имя и отчество, место службы и должность или род занятий и адрес): отец Худяков Егор 86 [лет], на иждивении] дочерей, г. Малмыж, Кировский край; брат Иван, 34 [года], Радиоузел, там же; сестра Куроедова Мария 53 [года], не знает, там же; сестра Смирнова Варвара, 48 [лет], не знает, там же; сестра Воронина Зоя, 45 [лет], на ижд[ивении] мужа, г. Красноуральск.

Подпись арестованного (подпись)

  1. Особые внешние приметы: нет.
  2. Кем и когда арестован: 10 сентября 1936 г. ордер № 3577.
  3. Особые замечания: нет.
  4. Где содержится: ДПЗ.
  5. За кем зачислен: за 5-СПО.

Подпись сотрудника, заполнившего анкету (подпись).

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.З. Л.4-4об.

Протокол допроса М. Г. Худякова

11 сентября 1936 г.
г. Ленинград

Произведен оперуполномоченным 1 отделения] СПО УГБ УНКВД ЛО лейтенантом Госбезопасности [...].

Обвиняемый] Худяков Михаил Георгиевич, 1894 г. р., ур[оженец] г. Малмыж, быв [шей] Вятской губ[ернии], проживающий в] г. Лен[ингра]д, ул. Халтурина, д. № 12, кв. 15, русский, гражданин] СССР, паспорт ЛЩ № 511787, доктор истории, действительный член ин[ститу]та доклассового общества Государственной] академии истории материальной культуры. Из купцов, родители имели собственную торговлю, дом и флигель. Холост. Отец, Худяков Георгий Павлович, проживающий] в г. Малмыж, иждивенец, сестра, Куроедова Мария Георгиевна, служащая, проживает там же. Образование высшее. В 1917 г. с мая по июль состоял в партии эсеров, выбыл механически. Не судим. На воинском учете не состоит по возрасту.

Вопрос: Назовите все свои связи.

Ответ: Из своих связей я могу назвать следующих лиц: 1. Ефименко П. П., действительный член Академии истории материальной культуры. 2. Третьяков П. Н. - ученый секретарь Института истории доклассового общества. 3. Равдоникас В. И. - тоже действительный] член ГАИМК. 4. Кричевский Е. И. - действительный член того же ин[ститу]-та. 5. Прокашев Н. А. - научный сотрудник того же ин[ститу]та. 6. Потапов Л. П. - тоже. 7. Цупинский А. К. - сотрудник Этнографического музея. 8. Пальвадре М. П. - тоже. 9. Вяткина К. В. - сотрудник Института антропологии и этнографии. 10. Храмова В. В. - тоже. 11. Волков Н. Н. - тоже. 12. Быковский С. Н. - тоже. 13. Сухотина В. К. - сотрудник Эрмитажа.

Вопрос: Расскажите о характере связи с вышеперечисленными лицами.

Ответ: Связь со всеми указанными выше лицами была у меня деловой-служебной, а также носила чисто семейный характер.

Вопрос: А с кем из них вы поддерживали политическую связь?

Ответ: Политической связи ни с кем из этих лиц я не поддерживал.

Вопрос: Вы назвали следствию все свои связи?

Ответ: Да.

Вопрос: Неправда. Почему Вы от органов НКВД скрываете свои связи среди троцкистско-зиновьевских элементов?

Ответ: Таких связей у меня нет.

Вопрос: Следствие вас уличает во лжи. Ваши связи с троцкистско-зиновьевскими элементами нам хорошо известны. Будете ли Вы настаивать на своих прежних показаниях в этой части?

Ответ: Еще раз категорически отрицаю какие бы то ни было свои связи с троцкистско-зиновьевскими элементами.

Вопрос: А разве среди названных вами связей нет троцкистско-зиновьевских элементов?

Ответ: Нет.

Вопрос: Следствие еще раз уличает Вас во лжи. Ведь ваши близкие связи (Быковский С. Н., Пальвадре М. П.) являются участниками контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации, о чем Вы осведомлены. Следствие настаивает на правдивых показаниях.

Ответ: Признаю, что я действительно показывал следствию неправду. Сейчас же хочу говорить правду. Я действительно, начиная с 1930 г. и до последнего времени, поддерживал связи со следующими троцкистско-зиновьевскими элементами: 1. Моториным Н. М., высланным из Лен[ингра]да в 1935 г. 2. Цвибак М. М. - тоже высланным. 3. Озерс-кой Р. - выехавшей к высланному мужу в Новосибирск или Омск. 4. Дубовым В. С. -высланным якобы в Якутию. 5. Пригожиным А. Г. - зам. председателя] Академии истории материальной культуры. 6. Бусыгиным А. А. - зам. директора Ин[ститу]та антропологии и этнографии. 7. Кипарисовым Ф. В. - зам. председателя] Академии истории материальной культуры. 8. Томсинским С. - зам. директора Историко-археографического ин[-ститу]та. 9. Зайделем - работником Коммунистической] академии. 10. Кошелевым - бывшим] секретарем парткома Академии наук. 11. Лотте С. А. - б[ывшим] работником Академии истории материальной культуры. 12. Гагенторн Н. И. - сотрудником Академии истории материальной культуры.

Других своих связей с троцкистско-зиновьевскими элементами я не помню. Моя связь с вышеперечисленными лицами носила деловой характер. Показания записаны с моих слов верно. Мною прочитаны (подпись).

Допросил: оперуполномоченный СПО - лейтенант Госбезопасности [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.З. Л.7-9.

Из протокола допроса М. Г. Худякова

29 сентября 1936 г.
г. Ленинград

Произведен оперуполномоченным 1 отделения] СПО лейтенантом Госбезопасности [...] и заместителем] начальника] 5 [отделения] СПО [...].

Обвиняемый Худяков Михаил Георгиевич [...]I.

Вопрос: На допросе от 11 сентября 1936 г., показав о своих связях с контрреволюционными троцкистско-зиновьевскими элементами, Вы скрывали от следствия свое активное участие в контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации. Категорически требуем дать правдивые показания о Вашей контрреволюционной деятельности.

Ответ: Убедившись, что следствие располагает уликовыми данными, считаю свое дальнейшее запирательство на следствии невозможным и признаю, что мои показания от 11 сентября 1936 г. являются ложными. Признаю, что я, Худяков Михаил Георгиевич, по день ареста меня органами НКВД являлся участником контрреволюционной организации, которая была создана в Ленинграде Маториным Н. М. в 1930 году.

Вопрос: Кто и когда Вас завербовал в организацию?

Ответ: В контрреволюционную троцкистско-зиновьевскую организацию я завербован в феврале месяце 1930 г. Маториным Н. М.

Вопрос: Назовите всех известных Вам участников контрреволюционной организации.

Ответ: В контрреволюционную троцкистско-зиновьевскую организацию, участником которой я являюсь, входят следующие лица: я - Худяков Михаил Георгиевич, Маторин Николай Михайлович, Бусыгин Александр Александрович, Кошелев, Седых Семен Николаевич, Томсинский Семен Григорьевич, Ульянов, Дубов Василий Степанович, Палызад-ре Марта Юльевна, Абрамзон Саул Матвеевич, Ширяева Пелагея, Шахнович Михаил Осипович, Покровский Александр Михайлович, Клибанов Александр Ильич, Пригожий Абрам Григорьевич, Быковский Сергей Николаевич, Кипарисов Федор Васильевич, Цвибак Михаил Миронович, Лотте Софья Андреевна, Майзель Абрам (точно не помню, Соломонович), Ширвиндт Максим Лазаревич.

Вопрос: Откуда Вам это известно?

Ответ: Об этом мне известно как со слов Маторина, а также и по совместной практической контрреволюционной деятельности названных мною лиц. [...]

Вопрос: Какие цели ставила себе контрреволюционная организация, участником которой Вы являетесь?

Ответ: Основной задачей нашей контрреволюционной организации была борьба за изменение существующего руководства ВКП(б) и Советского правительства.

Вопрос: Какими средствами Ваша контрреволюционная организация намеревалась осуществить эту задачу?

Ответ: Я уже показал выше, к чему сводилась деятельность нашей контрреволюционной организации в достижении поставленной перед собой задачей, и добавить к этому ничего не могу.

Вопрос: Это не все. Следствию известно, что Ваша организация в целом стояла на позициях активной борьбы с ВКП(б), и Вы лично входили в состав одной из террористических групп контрреволюционной организации. Предлагаем дать правдивые показания о Вашей террористической деятельности.

Ответ: Признаю, что наша организация действительно стояла на позициях активной борьбы с ВКП(б), что я - Худяков Михаил Георгиевич, являясь участником троцкистско-зиновьевской организации, действительно входил в состав террористической группы, руководителем которой являлся Быковский С. Н.

Вопрос: Кем, когда и при каких обстоятельствах Вы были вовлечены в террористическую группу?

Ответ: Террористическая группа из состава нашей контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации выделилась в 1932 году. Участники контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации для организации террора против руководства ВКП(б) объединялись в особые боевые группы Маториным, Бусыгиным и Быковским. Мое вступление в 1932 году в состав террористической группы Быковского было подготовлено совместной контрреволюционной деятельностью с Маториным еще в 1930 году. Еще в 1930 году при моих частных посещениях квартиры Маторина, Маторин, обсуждая политику ВКП(б) с контрреволюционных позиций, крайне озлобленно отзываясь о руководителях ВКП(б) и Советской Власти, указывал при этом на необходимость насильственной смены руководства ВКП(б) и в первую очередь Сталина. С линией насильственной смены руководства ВКП(б), выдвигаемой Маториным, я был согласен и именно поэтому в 1932 году я - Худяков - дал согласие Быковскому войти в состав организуемой им террористической группы. Должен добавить, что примерно в июне 1930 года я был на квартире, у Маторина вместе с Быковским. При этой встрече Маторин развил точку зрения террористических методов борьбы с руководством ВКП(б), причем по тому, как реагировал на! эти высказывания Маторина Быковский, я понял, что Быковский является сторонником] террористических методов борьбы с руководством ВКП(б). [...]

Вопрос: Что Вам сказал Быковский о конкретных задачах организуемой им террористической группы?

Ответ: Быковский прямо заявил мне, что конкретной задачей нашей группы является подготовка террористического акта над Кировым.

Вопрос: Как Вы реагировали на это?

Ответ: Я согласился с такой задачей группы, но выразил сомнение, что для совершения террористического акта над Кировым в нашей группе недостаточно людей, а поэтому и заявил Быковскому, что считаю необходимым состав группы расширить. [...]

Вопрос: Назовите известных Вам участников контрреволюционной террористической группы Быковского.

Ответ: Я лично был связан по террористической деятельности только с Быковским. Других участников террористической группы я не знаю. Со слов Быковского в начале 1935 года мне стало известно, что в Академии наук существует другая террористическая группа, в которую входил Бусыгин, и которая подготовляла террористический акт против Жданова. [...]

Вопрос: Ваши показания о том, что Вы не знаете других участников террористической группы Быковского ложны. Следствие требует правдивых показаний по этому вопросу.

Ответ: Признаю, что мне - Худякову - был известен ряд лиц, стоящих на террористических позициях борьбы с руководством ВКП(б) и Советской власти, а именно: Кипарисов, Пригожий, Цвибак и Гагенторн, входили ли они в состав группы Быковского я не знаю.

Вопрос: Откуда Вам стало известно, что Кипарисов, Пригожий, Цвибак и Гагенторн стоят на террористических позициях?

Ответ: О террористических намерениях Гагенторн и Кипарисова мне известно из личных бесед с ними. Гагенторн в мае 1932 г. в одну из встреч со мной, высказываясь озлобленно против руководства ВКП(б), прямо заявила о необходимости применения террористических методов борьбы против руководителей ВКП(б) и, в первую очередь, против Сталина. При этом Гагенторн подчеркнула, что этот единственно правильный путь борьбы с ВКП(б) нам указали народовольцы-террористы. О террористических намерениях Кипарисова я узнал при встрече с ним летом 1935 года. В процессе разговора, в котором мы критиковали политику ВКП(б) с контрреволюционных позиций и высказывали враждебное отношение к руководству ВКП(б), Кипарисов заявил, что, по его мнению, бороться нужно по принципу: "если зло воплощено в конкретном человеке, надо этого человека уничтожить физически, тогда и воплощенное в нем будет уничтожено". При этом Кипарисов рассказал мне, что он, руководствуясь именно этим убеждением, задушил своего брата-подростка. [...]

Вопрос: Вы все таки уклоняетесь от ответа на вопрос, мы его повторяем. Кто входил в террористическую группу Быковского?

Ответ: Еще раз заявляю следствию, что других участников террористической группы Быковского я не знаю. [...] Вынужден признать, что мои показания о том, что мне неизвестен состав террористической группы Быковского, ложны. Участниками террористической группы Быковского являются: Латынин, Пальвадре Марта, Коишевский Борис Андреевич и Адрианов Василий Степанович. [...]

Вопрос: Дайте показания об обстоятельствах вербовки Вами Адрианова в террористическую группу.

Ответ: В одну из встреч 1933 г. Быковский поручил мне связаться с Адриановым и выяснить, является ли Адрианов подходящим человеком для участия [в] террористической деятельности нашей контрреволюционной группы. Я - Худяков - это поручение Быковского принял.

Вопрос: Выполнили Вы это поручение Быковского?

Ответ: Да, выполнил. Зимой 1934-35 г. я встретился с Адриановым в помещении Института истории доклассового общества Академии материальной культуры. В результате состоявшихся переговоров в эту встречу я убедился, что Адрианов вполне пригоден для участия в террористической деятельности нашей контрреволюционной группы и сообщил об этом Быковскому. Быковский с моей характеристикой Адрианова согласился, но сказал, что до окончательного решения вопроса о привлечении Адрианова в террористическую группу, он - Быковский - переговорит с Адриановым еще сам лично. Встреча Быковского с Адриановым состоялась и в начале 1935 года, Быковский сообщил мне, что Адрианов дал согласие войти в состав террористической группы.

Вопрос: Дайте показания о практической деятельности Вашей террористической группы.

Ответ: Я уже показал, что со слов Быковского мне было известно о подготовке террористического акта над Ждановым группой Бусыгина.

Вопрос: Что именно и когда Вам рассказывал Быковский о подготовке террористического акта над тов. Ждановым?

Ответ: В январе или феврале 1935 года я был на квартире Быковского. Во время этой встречи мы с Быковским вели разговор в плане выяснения дальнейших практических задач контрреволюционного троцкистско-зиновьевского террористического подполья в связи с убийством Кирова. Быковскому, как своему непосредственному руководителю по контрреволюционной террористической деятельности я задал вопрос: "что же дальше?" Быковский сказал мне, что контрреволюционное троцкистско-зиновьевское подполье будет продолжать террористическую деятельность по подготовке террористических актов над членами Политбюро ЦК ВКП(б) и прежде всего над Сталиным. Быковский сказал мне, что террористическая группа Академии наук с участием Бусыгина приступила к подготовке террористического акта над Ждановым.

Вопрос: Когда и кто должен был совершить террористический акт над тов. Ждановым?

Ответ: Совершение террористического акта над Ждановым первый раз было намечено на 7 ноября 1935 года во время демонстрации. После того, как исполнение террористического акта 7 ноября 1935 года по неизвестным для меня причинам не удалось, было решено совершить покушение на Жданова во время демонстрации 1-го Мая 1936 года. Физическим исполнителем террористического акта над Ждановым был выделен Бусыгин, который, пользуясь связями в руководящих партийных органах, имел возможность получить пропуск на трибуну. 24 апреля 1936 года Бусыгин ездил в Москву для согласования с контрреволюционным троцкистско-зиновьевским террористическим центром плана террористического акта над Ждановым. С кем из членов контрреволюционного троцкистско-зиновьевского центра в Москве встречался Бусыгин, мне неизвестно.

Вопрос: Откуда Вам известно, что совершение террористического акта над тов. Ждановым было возложено на Бусыгина, а также и о плане этого покушения?

Ответ: О плане террористического акта над Ждановым и о том, что физическим исполнителем террористического акта будет Бусыгин, я узнал от Быковского при встрече с ним у него на квартире в апреле 1936 года.

Вопрос: Дайте показания о практической деятельности Вашей контрреволюционной террористической группы по подготовке террористического акта над тов. Кировым.

Ответ: [К] непосредственной подготовке террористического акта над Кировым группа приступить не успела, т. к. окончательно еще не была сформирована.

Вопрос: Вы показываете неправду. Настаиваем на правдивых показаниях по этому вопросу.

Ответ: Я показываю правду. [К] непосредственной подготовке террористического акта над Кировым наша террористическая группа приступить не успела.

Вопрос: Дайте показания о практической деятельности Вашей террористической группы по подготовке террористического акта над т. Ждановым.

Ответ: Наша террористическая группа являлась резервной. Непосредственную подготовку террористического акта над Ждановым наша группа должна была вести в случае провала группы Бусыгина.

Вопрос: Вы снова показываете неправду. Требуем правдивых показаний о практической деятельности Вашей контрреволюционной террористической группы по подготовке террористического акта над т. Ждановым.

Ответ: Мне известен план совершения террористического акта над Ждановым со слов Адрианова, который сводился к тому, что Адрианов собирался послать на имя Жданова подробное письмо по каким-то культурным вопросам (точно не помню) с тем, чтобы заинтересовать Жданова и добиться того, чтобы Жданов Адрианова принял. Во время этой аудиенции Адрианов и предполагал совершить покушение на Жданова. Разговор мой с Адриановым об этом плане происходил в разборочной мастерской Института антропологии и этнографии.

Вопрос: Какими боевыми средствами располагала Ваша террористическая группа?

Ответ: Адрианов говорил мне, что для осуществления намеченного им плана совершения террористического акта над Ждановым он воспользуется револьвером, который может получить под предлогом поездки в экспедицию в спецчасти Академии наук.

Вопрос: Следствие Вам не верит. Вы пытаетесь скрыть от следствия Вашу личную роль в террористической деятельности. Предлагаем дать правдивые показания о Вашей конкретной роли в подготовке террористического акта над т. Ждановым.

Ответ: О своей роли в подготовке террористического акта над Ждановым я показал все.

Вопрос: Вы продолжаете давать ложное показание, следствие еще раз требует правдивого ответа на поставленный вопрос.

Ответ: К своим показаниям по этому вопросу больше ничего добавить не могу.

Все вышеизложенное записано с моих слов правильно и мною лично проверено (подпись).

Допросили:

Оперуп[олномоченный] 1 отд[еления] СПО УНКВД ЛО лейтенант Госбезопасности (подпись).

Зам[еститель] нач[альника] 5 отд[еления] СПО УНКВД ЛО (подпись).

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.З. Л. 10-22.

I Далее приведены биографические сведения, см. предыдущий протокол.

 Обвинительное заключение по следственному делу С. Н. Быковского,

Ф. В. Кипарисова, М. Г. Худякова, В. С. Адрианова

19 октября 1936 г.
г. Ленинград

В период 1932-35 гг. участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации в Ленинграде Быковским С. Н. была создана в Государственной академии истории материальной культуры террористическая группа, которая вела подготовку террористических актов над товарищами Кировым и Ждановым в Ленинграде.

В качестве обвиняемых по настоящему делу привлечены: Быковский С. Н., Худяков М. Г., Кипарисов Ф. В., Адрианов В. С, в отношении участника группы Латынина материал следствия выделен в особое производство.

Следствием по делу установлено, что:

1. Быковский С. Н. в 1930 г. был завербован террористом Маториным в троцкистско-зиновьевскую группу в Академии наук и по контрреволюционной деятельности был связан с участниками группы: Маториным, Пригожиным, Бусыгиным и др. – осужденными Военной коллегией Верховного суда СССР 10 октября 1936 г.

2. В 1932 г. обвиняемые Быковский и Кипарисов вошли в состав террористической группы, созданной Пригожиным в ГАИМКе, и были в этот же период информированы Пригожиным о переходе троцкистско-зиновьевской организации к террористическим методам борьбы с руководством ВКП(б).

"...Я - Быковский - являлся участником контрреволюционной группы организации в ГАИМКе... Кроме меня в состав контрреволюционной группы в ГАИМКе входили: Приго-жин, Кипарисов..." (показания] Быковского от 8-9 августа 1936 г., т.1., стр.13).

"...Мне известны следующие лица, входящие в контрреволюционную троцкистско-зиновьевскую группу в ГАИМКе: Пригожий, Быковский... контрреволюционную троцкистско-зиновьевскую группу в ГАИМКе ... возглавлял Пригожий..." (показания] Кипарисова от 22 октября [19]36 г., т.З, л.д.27-28).

"...Пригожий поставил вопрос о необходимости борьбы с руководством ВКП(б) не путем организации сборищ и выработки определенного мнения, а путем террора в отношении отдельных руководителей ВКП(б)... я солидаризировался с установками Пригожина..." (показания] обвиняемого] Кипарисова от 28 октября [19]36 г., т.З, л.д.37).

3. На основе установок руководящих участникам троцкистско-зиновьевской террористической организации о создании небольших по численности, тщательно законспирированных, боевых террористических групп, Быковский в декабре 1932 г. приступил к созданию такой террористической группы в ГАИМКе, в которую им были завербованы Худяков, Латынин и Адрианов.

"В декабре 1932 г. ... Быковский информировал меня о том, что руководящие центры троцкистско-зиновьевского подполья заключили блок единства по борьбе с существующим руководством ВКП(б) и Советской власти.

... далее Быковский сообщил мне, что новая тактика объединенной борьбы троцкистов и зиновьевцев с существующим руководством ВКП(б) и Советской власти требует реорганизации существовавшей до сего времени сети групп.

Теперь, - заявил Быковский, - нужна особо тщательная конспирация, особо тщательная выверка людей и, безусловно, вредно существование крупных организаций. Нужны малочисленные, хорошо законспирированные, состоящие из крепких людей группы.

Быковский сообщил мне, что он лично такую самостоятельную группу организует и предложил мне принять участие в деятельности этой группы" (показания] Худякова от 29 сентября 1936 г., т.5 л.д.14).

4. Связанный с Быковским по совместной контрреволюционной деятельности в троцкистско-зиновьевской группе Академии наук Кипарисов был информирован Быковским о созданной им - Быковским террористической группе и ее персональном составе.

"... Я вербовал в террористическую группу Кипарисова Федора ... в конце 1933 г.

После того, как я сделал предложение Кипарисову об участии в террористической группе, он заявил мне ... что на эту тему у него был разговор с Быковским, у которого по словам Кипарисова, имеется террористическая группа, из участников которой Кипарисов мне назвал Латынина и Худякова..." (показания] Пригожина от 20-21 июля [19]36 г., т.2., л.д.25, 26).

Будучи осведомлен о принадлежности Худякова к террористической группе Быковского, Кипарисов летом 1935 г. заявил Худякову о том, что он - Кипарисов - является сторонником террористических методов борьбы с руководством ВКП(б).

"...О террористических намерениях Кипарисова я узнал при встрече с ним летом 1935 г. В процессе разговора, в котором мы критиковали политику ВКП(б) с контрреволюционных позиций и высказали враждебное отношение к руководству ВКП(б), Кипарисов заявил, что, по его мнению, бороться нужно по принципу: "если зло воплощено в конкретном человеке, надо этого человека уничтожить физически, тогда и воплощенное в нем зло будет уничтожено..." (показания] Худякова от 29 сентября 1936 г., т.5, л.д.16).

5. В декабре 1932 г. Худяков был завербован Быковским в террористическую группу и дал согласие на участие в подготовке террористического акта над тов. Кировым.

В начале 1935 г. Худяков был информирован Быковским о том, что террористическая группа Бусыгина готовит убийство тов. Жданова, и о том, что эта группа располагает уже разработанным планом совершения террористического акта.

Позже Худяков был информирован участником группы Адриановым об одном из вариантов осуществления убийства тов. Жданова, разработанном лично им - Адриановым.

"...я дал Быковскому свое согласие на участие в организуемой им террористической группе... Быковский прямо заявил мне, что конкретной задачей нашей группы является подготовка террористического акта над Кировым..." (показания] Худякова от 29 сентября [19]36 г., т.5, л.д.14).

6. В 1934-35 гг. Быковским был вовлечен в террористическую группу Адрианов, который предварительно обрабатывался Худяковым по заданию Быковского на протяжении 1933-34 гг.

"Быковский с моей характеристикой Адрианова согласился, но сказал, что до окончательного решения вопроса о привлечении Адрианова в террористическую группу он -Быковский - переговорит с Адриановым еще сам лично.

Встреча Быковского с Адриановым состоялась, и в начале 1935 г. Быковский сообщил мне, что Адрианов дал согласие войти в состав террористической группы" (показания] Худякова от 29 сентября [19]36 г., т.5, л.д.18).

В 1935 г. Адрианов обсуждал совместно с Худяковым план совершения террористического акта над тов. Ждановым и предложил разработанный им вариант, согласно которому, Адрианов брал на себя роль физического исполнителя террористического акта.

"...Адрианов собирался послать на имя Жданова подробное письмо по каким-то культурным вопросам (точно не помню) с тем, чтобы заинтересовать Жданова и добиться того, чтобы Жданов Адрианова принял. Во время этой аудиенции Адрианов и предполагал совершить покушение на Жданова" (показания] Худякова от 29 сентября [19J36 г., т.5, л.д.20-21).

На основании изложенного обвиняются:

1. Быковский Сергей Николаевич, 1896 г. р., ур[оженец] г. Москвы, русский, гражданин] СССР, быв[ший] член ВКП(б) с 1918 по 1936 г., быв[ший] офицер царской армии, до ареста зав. археологической секцией Ин[ститу]та антропологии и этнографии Ак[адемии] наук СССР. Женат, ранее судился за должностное преступление.

В том, что:

  1. Является активным участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации, совершившей 1 декабря 1934 г. злодейское убийство С. М. Кирова и подготовлявшей ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и советского правительства, и принимал личное участие в подготовке террористических актов над т. Кировым в 1932-34 гг. и тов. Ждановым в 1935-36 гг.
  2. С 1930 г. являлся участником троцкистско-зиновьевской группы в Академии наук, возглавлявшейся Маториным, и в 1932 г. вошел в террористическую группу Пригожина в ГАИМКе.
  3. По заданию организации в декабре 1932 г. создал и возглавил террористическую группу в ГАИМКе, подготовлявшую убийство тов. Кирова.
  4.  Завербовал в террористическую группу Латынина, а также Худякова и Адрианова, совместно с которыми обсуждал план подготовки террористического акта над тов. Ждановым.
  5. Был связан по террористической деятельности с участником троцкистско-зиновьевской организации Бусыгиным, Пригожиным и Маториным, знал о том, что террористическая группа Бусыгина готовит совершение террористических актов в 1934 г. над тов. Кировым и в 1935 г. над тов. Ждановым, т.е. мв пр.пр. ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР.

Изобличается обвиняемым Худяковым (показания) от 29 сентября [19]36 г.), обвиняемым Кипарисовым (показания) от 28 октября [19]36 г. и очной ставкой с ним от 15 декабря [19]36 г.), обвин[яемым] Пригожиным (показания] от 20-21 июля [19]36 г., обвиняемым] Папаян (показания] от 22-23 июня [19]36 г.), обвиняемым] Зайдель (показания] от 15 июня [19]36 г.), обвиняемым] Томсинским (показания] от 21 июля [19]36 г.), обв[иняемым] Адриановым ([показания] от 11 декабря [19]36 г.)

Признал себя виновным в том, что являлся участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации. Свою террористическую деятельность отрицает.

2. Худяков Михаил Георгиевич, 1894 г. р., ур[оженец] быв[шей] Вятской губ[ернии], г. Малмыж, русский, гр[ажданин] СССР, б/п, в 1917 г. состоял в партии эсеров, до ареста - научный сотрудник Академии истории материальной культуры, холост.

В том, что:

  1. Является активным участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации, совершившей 1 декабря 1934 г. злодейское убийство С. М. Кирова и подготовлявшей ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, и принимал личное участие в подготовке террористических актов над т. Кировым в 1932-34 гг. и тов. Ждановым в 1935-36 гг.
  2. Являлся участником террористической группы Быковского, которым был завербован в 1932 г. и дал согласие на участие в подготовке террористического акта над тов. Кировым.
  3. Принимал участие в вербовочной деятельности террористической группы, в частности, по заданию Быковского вербовал в 1933-34 гг. Адрианова (показания] Адрианова от 29 сентября [19]36 г.).
  4. Знал через Быковского о том, что террористическая группа Бусыгина готовит убийство тов. Жданова.
  5. Совместно с участником террористической группы Адриановым обсуждал план совершения террористического акта над тов. Ждановым, разработанный Адриановым, т. е. в пр. пр. ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР.

Изобличается показаниями: обвиняемого] Пригожина (показания] от 20-21 июля [19]36 г., обвин[яемого] Кипарисова (показ[ания] от 3 ноября [19]36 г.) и обвин[яемого] Адрианова (показ[ания] от 11 декабря [19]36 г).

Виновным себя признал.

3. Кипарисов Федор Васильевич, 1886 г. р., ур[оженец] Московской области, г. Загорск, русский, гражд[анин] СССР, быв[ший] член ВКП(б) с 1920 г., историк ГАИМКа. Женат.

В том, что:

  1. Является активным участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации, совершившей 1 декабря 1934 г. злодейское убийство С. М. Кирова и подготовлявшей ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, и принимал личное участие в подготовке террористических актов над т. Кировым в 1932-34 гг. и тов. Ждановым в 1935-1936 гг.
  2. В 1932 г. был завербован Пригожиным в террористическую группу, созданную последним в ГАИМКе и был информирован Пригожиным о переходе троцкистско-зиновьевской организации к террористическим методам борьбы с руководством ВКП(б).
  3. Был связан по совместной контрреволюционной деятельности с Быковским и был информирован последним о созданной им - Быковским - террористической группе и ее персональном составе.
  4. Летом 1935 г. обсуждал совместно с участником террористической группы Худяковым вопрос о необходимости совершения террористических актов над руководством ВКП(б), заявив, что он, Кипарисов, является сторонником террористических методов борьбы с руководством ВКП(б) (показания] Кипарисова от 28 октября [19]36 г., т. е. в пр. пр. ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР).

Изобличается: обвин[яемым] Быковским (показ[ания] от 8-9 августа [19]36 г.), обвин[яемым] Худяковым (показ[ания] от 29 сентября [19]36 г.), обвин[яемым] Пригожиным (показ[ания] от 20-21 июля [19]36 г.), обвин[яемым] Томсинским (показ[ания] от 3 июля [19]36 г.).

Признал себя виновным в том, что являлся участником троцкистско-зиновьевской группы Пригожина и солидаризировался с террористическими установками последнего. В остальном виновным себя не признал.

4. Адрианов Василий Степанович, 1904 г. р., ур[оженец] г. Ленинграда, русский, гражд[анин] СССР, б/п, до ареста научный работник Ин[ститу]та антропологии и этнографии, женат.

В том, что:

  1. Является активным участником контрреволюционной троцкистско-зиновьевской террористической организации, совершившей 1 декабря 1934 г. злодейское убийство С. М. Кирова и подготовлявшей ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, и принимал личное участие в подготовке террористических актов над тов. Кировым в 1932-34 гг. и тов. Ждановым в 1935-36 гг.
  2. В 1935 г. был завербован в террористическую группу Быковским и Худяковым и дал согласие участвовать в террористической деятельности группы.
  3. В 1935 г. разработал и обсуждал совместно с Худяковым план совершения террористического акта над тов. Ждановым, причем взял на себя роль физического исполнителя этого террористического акта, т. е. в пр. пр. ст.58-8 и 58-11 РСФСР.

Признал себя виновным в принадлежности к троцкистско-зиновьевской группе Быковского, отрицая свою террористическую деятельность.

Полностью изобличается показаниями обвин[яемого] Худякова (от 25 сентября [19]36 г.).

На основании вышеизложенного дело подлежит рассмотрению Военной коллегией Верховного суда СССР в порядке закона от 1 декабря 1934 года.

Настоящее обвинительное заключение составлено в г. Ленинграде 19 октября 1936 г.

Зам нач. СПО УГБ УНКВД ЛО капитан Госбезопасности (подпись) [...]

Справка:

  1. Обв[иняемый] Быковский арест[ован] 4 августа [19]36 г. и сод[ержался] в ДПЗ.
  2. Обв[иняемый] Худяков арест[ован] 10 сентября [19]36 г. и сод[ержался] в ДПЗ.
  3. Обв[иняемый] Кипарисов арест[ован] 27 августа [19]36 г. и сод[ержался] в ДПЗ.
  4. Адрианов арест[ован] 6 ноября [19]36 г. и сод[ержался] в ДПЗ.

Веществен[ные] доказательства: рев[ольвер] системы "Коровина", изъятый у Быковского, и 8 боевых патрон[ов]; винчестер, изъятый у Адрианова, сданы коменданту УНКВД ЛО.

Зам[еститель] нач[альника] 1 отд[еления] СПО мл[адший] лейтенант Госбезопасности (подпись) [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. 1.1. Л.23-31.

Протокол закрытого судебного заседания выездной сессии Военной коллегии Верховного суда Союза ССР

19 декабря 1936 г.
г. Ленинград

Председатель - армвоенюрист В. В. Ульрих
Члены: диввоенюристы Н. М. Рычков и Я. П. Дмитриев
Секретарь - военный юрист 1 ранга А. А. Батнер

Заседание открыто в 10 ч. 20 мин.

Председатель объявляет о том, что подлежит рассмотрению в порядке постановления ЦИК Союза ССР от 1 декабря 1934 года дело:

  1. Быковского Сергея Николаевича,
  2. Худякова Михаила Георгиевича,
  3. Кипарисова Федора Васильевича и
  4. Адрианова Василия Степановича - по обвинению в преступлениях, предусмотренных ст.ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР.

Секретарь докладывает, что подсудимые находятся в зале суда под стражей и что свидетели в суд не вызывались.

Председатель удостоверяется в самоличности подсудимых и спрашивает их, ознакомлены ли они с обвинительным по делу заключением. Подсудимые отвечают утвердительно. Им разъяснены их права на суде. Ходатайств, а также отвода составу суда подсудимыми не заявлено.

По предложению председателя секретарем оглашено обвинительное заключение. Председатель разъясняет подсудимым сущность предъявленного им обвинения и спрашивает их, признают ли они себя виновными.

Подсудимые:

  1. Быковский - признал себя виновным только в принадлежности к к[онтр]-р[еволюционной] троцкистско-зиновьевской организации, отрицая свою террористическую деятельность;
  2. Худяков - виновным себя признал;
  3. Кипарисов - признал себя виновным только в том, что разделял террористические намерения Пригожина и состоял в группе последнего, а в остальном свою виновность отрицает;
  4. Адрианов - отрицает свою террористическую деятельность, а в остальном признает себя виновным.

Все подсудимые на вопрос председателя ответили, что данные ими на предварительном следствии показания они помнят, правильность их полностью подтверждают и дополнить их ничем не имеют.

Судом произведены очные ставки:

  1. Подсудимого Худякова с подсудимым Адриановым. Худяков на этой очной ставке подтвердил свои показания в части, уличающей Адрианова во всех предъявленных последнему обвинениях, однако Адрианов отрицает правильность утверждений Худякова, заявляя, что никогда террористом не был и террористических намерений не имел.
  2. Первоначально подсудимого Худякова, а затем подсудимого Быковского – обоих с подсудимым Кипарисовым. На этих очных ставках Худяков и Быковский подтвердили свои показания в части, уличающей Кипарисова. Последний отрицает правильность показанного Худяковым и Быковским.
  3. Подсудимого Худякова с подсудимым Быковским. Худяков подтвердил свои показания в части, уличающей Быковского. Последний все же отрицает свою террористическую деятельность.

Председателем оглашены в выдержках данные на предварительном следствии показания Пригожина, Папаян, Заидель, Томсинского в части, уличающей Кипарисова и Быковского. Оба последних заявили, что все эти показания они считают ложными, но объяснить, почему все эти лица дают такие показания, не смогли.

Судебное следствие объявлено законченным и подсудимым предоставлено последнее слово, в котором:

  1. Быковский - повторяет свои показания.
  2. Худяков - просит учесть его чистосердечное признание и отнестись к нему снисходительно.
  3. Кипарисов - заявляет, что сказать в свое оправдание ему нечего.
  4. Адрианов - заверяет суд, что он, Адрианов, все сделает для того, чтобы искупить свои преступления.

Суд удалился на совещание. По возвращении суда с совещания председателем оглашен приговор.

В 11 ч. 15 мин. заседание закрыто.
 Председатель армвоенюрист (подпись)
 Секретарь военный юрист 1 ранга (подпись)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.34-36.

Приговор выездной сессии Военной коллегии Верховного суда Союза ССР

19 декабря 1936 г.
г. Ленинград

В составе:

Председательствующего армвоенюриста В. В. Ульрих. Членов: диввоенюристов Н. М. Рычкова и Я. П. Дмитриева. При секретаре военном юристе 1 ранга А. А. Батнер.

В закрытом судебном заседании, в городе Ленинграде 19 декабря 1936 года, рассмотрела дело по обвинению:

  1. Быковского Сергея Николаевича, 1896 г. р., служащего;
  2. Худякова Михаила Георгиевича, 1894 г. р., служащего;
  3. Кипарисова Федора Васильевича, 1886 г. р., служащего;
  4. Адрианова Василия Степановича, 1904 г. р., служащего - в преступлениях, предусмотренных ст.ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР.

Предварительным и судебным следствием установлена виновность Быковского, Худякова, Кипарисова, Адрианова в том, что они являлись активными участниками к[онтр]-р[еволюционной] троцкистско-зиновьевской террористической организации, осуществившей 1 декабря 1934 г. злодейское убийство т. С. М. Кирова и подготовлявшей в 1934-1936 гг., при помощи агентов фашистской Гестапо, ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и советского правительства, лично входили в состав боевой террористической группы, созданной Быковским в Государственной академии истории материальной культуры, и приняли участие в подготовке террористических актов в 1932-1934 гг. против т. Кирова и в 1935-1936 гг. против т. Жданова, т. е. в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.319 и 320 УПК РСФСР, Военная коллегия Верхсуда СССР
приговорила:

  1. Быковского Сергея Николаевича,
  2. Худякова Михаила Георгиевича,
  3. Кипарисова Федора Васильевича и
  4. Адрианова Василия Степановича

к высшей мере наказания - расстрелу с конфискацией всего, лично им принадлежащего имущества.

Приговор окончательный, обжалованию не подлежит и на основании постановления ЦИК СССР от 1 декабря 1934 г. подлежит немедленному исполнению. Председательствующий армвоенюрист (подпись) Члены диввоенюристы (подписи)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.37-38.

 Справка

1936 г.
г. Ленинград
Секретно

Приговор о расстреле Быковского Сергея Николаевича приведен в исполнение в г. Ленинграде 19 декабря 1936 г. Акт о приведении приговора в исполнение хранится в особом архиве 1-го спецотдела НКВД СССР, том № 9, лист № 429.

Начальник 12 отделения 1 спецотдела НКВД СССР лейтенант госбезопасности (подпись) [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.39.

Справка

1936 г.
г. Ленинград
Секретно

Приговор о расстреле Худякова Михаила Георгиевича приведен в исполнение в г. Ленинграде 19 декабря 1936 г. Акт о приведении приговора в исполнение хранится в особом архиве 1-го спецотдела НКВД СССР, том № 9, лист № 431.

Начальник 12 отделения 1 спецотдела НКВД СССР лейтенант госбезопасности (подпись) [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.40.

Справка

1936 г.
г. Ленинград
Секретно

Приговор о расстреле Кипарисова Федора Васильевича приведен в исполнение в г. Ленинграде 19 декабря 1936 г. Акт о приведении приговора в исполнение хранится в особом архиве 1-го спецотдела НКВД СССР, том № 9, лист № 430.

Начальник 12 отделения 1 спецотдела НКВД СССР лейтенант госбезопасности (подпись) [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.41.

Справка

1936 г.
г. Ленинград
Секретно

Приговор о расстреле Адрианова Василия Степановича приведен в исполнение в г. Ленинграде 19 декабря 1936 г. Акт о приведении приговора в исполнение хранится в особом архиве 1-го спецотдела НКВД СССР, том № 9, лист № 429.

Начальник 12 отделения 1 спецотдела НКВД СССР лейтенант госбезопасности (подпись) [...]

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7.Л.42.

 

Верховный суд Союза ССР Определение № 4н-04780/57 Военная коллегия Верховного суда СССР

27 июня 1957 г.
г. Москва
Секретно

В составе: председательствующего полковника юстиции Борисоглебского и членов: полковников юстиции Озерова и Петровича, рассмотрев в заседании от 27 июня 1957 г. в порядке ст.378 УПК РСФСР

Заключение главного военного прокурора
 по делу:

1) быв[шего] зав[едующего] археологической секцией Института антропологии и этнографии Академии наук СССР - Быковского Сергея Николаевича, 1896 года рождения, уроженца г. Москвы, арестованного 3 августа 1936 года;

2) быв[шего] научного сотрудника Государственной академии истории материальной культуры - Худякова Михаила Георгиевича, 1894 года рождения, уроженца г. Малмыж, бывшей Вятской губернии, арестованного 9 сентября 1936 года;

3) быв[шего] историка Государственной академии истории материальной культуры- Кипарисова Федора Васильевича, 1886 года рождения, уроженца г. Загорска, Московской области, арестованного 16 августа 1936 года;

4) быв[шего] научного работника Института антропологии и этнографии - Адрианова Василия Степановича, 1904 года рождения, уроженца г. Ленинграда, арестованного 5 ноября 1936 года.

Все вышеперечисленные лица осуждены приговором Военной коллегии Верховного суда СССР от 19 декабря 1936 г. по ст.ст.58-8 и 58-11 УК РСФСР к ВМН - расстрелу, с конфискацией имущества.

Заслушав доклад тов. Озерова заключение пом. главного военного прокурора - подполковника юстиции Голобородько, Военная коллегия Верховного суда СССР
установила:

По приговору суда Быковский, Кипарисов, Худяков и Адрианов признаны виновными в том, что все они являлись участниками антисоветской троцкистско-зиновьевской организации и входили в состав боевой террористической группы, созданной осужденным Быковским в Государственной академии истории материальной культуры в г. Ленинграде.

В заключении указывается, что Быковский, Кипарисов, Худяков и Адрианов были привлечены к уголовной ответственности и осуждены необоснованно, т. к. в результате дополнительной проверки, проведенной по их делам, вскрыты новые обстоятельства, опровергающие предъявленные им обвинения, и в связи с вновь открывшимися обстоятельствами в заключении предлагается приговор Военной коллегии Верховного суда СССР в отношении Быковского, Кипарисова, Худякова и Адрианова отменить, а дело в уголовном порядке прекратить, за отсутствием состава преступления.

Рассмотрев материалы дела, Военная коллегия Верховного суда СССР, соглашаясь с доводами заключения прокурора, руководствуясь ст.378 УПК РСФСР,
определила:

Приговор Военной коллегии Верховного суда СССР от 19 декабря 1936 года в отношении Быковского Сергея Николаевича, Худякова Михаила Георгиевича, Кипарисова Федора Васильевича и Адрианова Василия Степановича по вновь открывшимся обстоятельствам отменить и дела о них за отсутствием состава преступления в уголовном порядке прекратить.

Председательствующий (подпись)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.48-49.

 Решение Военной коллегии Верховного суда Союза ССР, направленное
начальнику УКГБ по Ленинградской области, начальнику учетно-архивного
 отдела КГБ при Совете Министров

19 июля 1957 г.
г. Москва
 Секретно

Копия: в Главную военную прокуратуру на № 2/5-3808-36 в 1 спецотдел МВД Союза ССР (для сведения) в учетно-архивный отдел КГБ при Совете Министров СССР.

Направляю для исполнения определение Военной коллегии Верховного суда СССР от 27 июня 1957 года по делу Быковского Сергея Николаевича и других.

При установлении ближайших родственников реабилитированных прошу, не объявляя полностью содержания определения, сообщить им лишь результат рассмотрения дела, и вручить прилагаемую справку, а дату исполнения сообщить в Военную коллегию и Главную военную прокуратуру. Одновременно разъясните в соответствии с указанием КГБ при СМ СССР [...]I от 24 августа 1955 г., порядок получения свидетельства о смерти реабилитированных. Адрес родственников Худякова, Кипарисова и Адрианова Военной коллегии не известен. На приеме в Военной коллегии 5 июля 1957 г. жене Быковского -Сухотиной Вере Константиновне выдана справка о реабилитации ее мужа.

Начальника учетно-архивного отдела КГБ при Совете Министров по Ленинградской области прошу об исполнении определения в части возвращения конфискованного имущества или возмещения его стоимости родственникам реабилитированных сообщить в Военную коллегию. Гр[ажданка] Сухотина проживает: г. Ленинград, ул. Чайковского, Д. 47.

Для ГВП - копия определения на 2 л. с № м/б 13914

Для 1 С/О МВД СССР - копия определения на 2 л.

Для УАО УКГБ при СМ по Лен. обл. от н/вх № 08043 дело № П-404820 с подлинным определением в 14 том. И копия определения на 8 л.

За председательствующего судебного состава Военной коллегии (подпись) М. Русаков

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело
№ П-23819. Т.7. Л.57.

I Далее неразборчиво

Справка Военной коллегии Верховного суда Союза ССР, направленная
начальнику управления милиции УМВД г. Ленинграда, начальнику
1 спецотдела МВД Союза ССР, главному военному прокурору

11 декабря 1956 г.
г. Москва
Секретно

Прошу дать указание соответствующему отделу ЗАГС о выдаче гражданке Сухотиной В. К. свидетельства о смерти ее мужа Быковского С. Н.

Сообщаю, что Быковский Сергей Николаевич, 1896 года рождения, был осужден Военной коллегией Верховного суда Союза ССР 19 декабря 1936 года и, отбывая наказание, умер 2 февраля 1940 года.

Гр. Сухотина В. К. проживает по адресу: г. Ленинград, ул. Чайковского, 47.

Зам. председателя Военной коллегии Верховного суда Союза ССР полковник юстиции В. Борисоглебский

Верно: судебный секретарь Военной коллегии Верховного суда СССР (подпись)

Архив УФСБ но С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело
№ П-23819. Т.7. Л.58.

 Справка Военной коллегии Верховного суда Союза ССР, направленная
начальнику управления милиции УМВД г. Ростов-на-Дону, начальнику
1 спецотдела МВД Союза ССР, главному военному прокурору

20 декабря 1957 г.
г. Москва
Секретно

Прошу дать указание соответствующему отделу ЗАГС о выдаче гражданке Телегиной Антонине Яковлевне свидетельства о смерти ее мужа Андрианова В. С.

Сообщаю, что Андрианов Василий Степанович, 1904 года рождения, был осужден Военной коллегией Верховного суда Союза ССР 19 декабря 1936 года и, отбывая наказание, умер 23 января 1939 г.

Гр. Телегина А. Я. проживает по адресу: г. Ростов-на-Дону, ул. Тельмана, д.З б.

Зам. председателя Военной коллегии Верховного суда Союза ССР полковник юстиции В. Борисоглебский

Верно: судебный секретарь Военной коллегии Верховного суда СССР (подпись)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело
№ П-23819. Т.7. Л.59.

 

Справка Военной коллегии Верховного суда Союза ССР,
направленная в отдел ЗАГСа исполкома Моссовета,
начальнику 1 спецотдела МВД Союза ССР, главному военному прокурору

8 февраля 1957 г.
г. Москва
Секретно

Прошу дать указание соответствующему отделу ЗАГС о выдаче гражданину Кипарисову А. Ф. свидетельства о смерти его отца Кипарисова Ф. В.

Сообщаю, что Кипарисов Федор Васильевич, 1886 года рождения, был осужден Военной коллегией Верховного суда Союза ССР и, отбывая наказание, умер 4 мая 1939 года.

Гр. Кипарисов А. Ф. проживает по адресу: г. Москва, К-1., Ермолаевский пер., 17.

Зам. председателя Военной коллегии Верховного суда Союза ССР полковник юстиции В. Борисоглебский

Верно: судебный секретарь Военной коллегии Верховного суда СССР (подпись)

Архив УФСБ по С.-Петербургу и Ленинградской области. Архивно-следственное дело

№ П-23819. Т.7. Л.60.

 

Публикацию подготовил
Булат Султанбеков,
профессор