2003 1/2

" Работали столько, сколько требовалось..."

Медико-санитарное обеспечение ар­мии - далеко не самый распрост­раненный сюжет истории любой войны, в том числе гражданской. Между тем значимость его трудно переоценить. Армия, какая бы она не была, утратит свою боеспособность, если в строй не будут бла­годаря медикам возвращаться десятки ты­сяч раненых. Не следует забывать о необ­ходимости предотвращения на фронте мас­совых болезней или борьбы с эпидемиями. В годы гражданской войны, например, в Красной Армии тифом переболело 1,3 мил­лиона человек.

Одним из центров военной медицины в то время была Казань. В городе имелись различные лечебные учреждения, в том числе один из старейших в России воен­ный госпиталь, медицинский факультет университета, где работали крупные ученые. Медики Н. А. Миславский, В. С. Груз­дев, А. В. Вишневский, В. Е. Адамюк, А. Я. Гордягин и другие успешно разраба­тывали важные проблемы медицины и био­логии. Значительный вклад в военную ме­дицину вносили химики. Так, А. Я. Бого­родский и А. Е. Арбузов предложили спо­собы упрощенного получения ряда ле­карств и даже нашли специфический ме­тод обработки использованных перевязоч­ных материалов для выделения из них вто­ричного йода.

Губернский отдел здравоохранения, возглавляемый Н. В. Мальцевым, развер­нул тысячу новых больничных коек, создал три дезинфекционных отряда, установил строгий санитарный надзор в городе, осо­бенно на железнодорожном вокзале. Была введена трудовая повинность по очистке города, открыты курсы по подготовке са­нитаров и сестер.

О практической деятельности военных медиков тех лет сегодня нам расскажет уникальный документ - записки Нины Павловны Брюхановой-Таракановой, работавшей в 1919-1920 гг. на «головном пла­вучем» госпитале № 1025. Госпиталь этот на 300 коек размещался на одном из паро­ходов общества «Кавказ-Меркурий» и вхо­дил в состав 2-й армии Восточного фрон­та. Он следовал за наступавшими частями армии по рекам Волге, Каме и Белой, а с началом ледостава находился на зимней стоянке в Сарапуле на Каме.

Во время зимне-весеннего наступления войск Колчака в 1919 г., угрожавшего вы­ходом на Волгу и новым падением Каза­ни, госпиталь из Сарапула по зимнику был эвакуирован в Казань. Здесь его размести­ли в здании Шамовской больницы - луч­шем медицинском здании на Средней Вол­ге, построенном по образцу самых извест­ных больниц Европы.

Публикуемые фрагменты из воспоми­наний Н. П. Брюхановой-Таракановой от­носятся к казанскому периоду деятельнос­ти госпиталя. В них есть факты, не зафик­сированные в документах, представляю­щие интерес для исследователей граждан­ской войны.

 

 

 

Из воспоминаний Н. П. Брюхановой-Таракановой

1964 г.
г. Москва.

[...] В июле 1918 г. медико-санитарный отряд госпиталя № 1025 стал под городом Сарапул. Штаб 2-й армии в это время находился в Вятских Полянах. Начальником санча­сти 2-й армии был в то время Марченко, главным врачом госпиталя был Каган, хирургом — доктор Колодный, его помощник — студент последнего курса Казанского мединститу­та, доктор Жаков. В этот период времени госпиталь обычно пришвартовывался к приста­ни там, где были бои. Медперсонал брал носилки, запрягали 2-3 лошади в телеги и от­правлялись на вывозку раненых. Возили до тех пор, пока никого не оставалось, а на паро­ходе кипела работа: в операционной делали туалет ранам, больных приводили в состоя­ние транспортабельности, «срочные» случаи оперировались на месте и пароход уходил «груженый» в Казань, где передавал больных в стационары. Такова была, в основном, работа госпиталя.

Главным образом пароход курсировал между Сарапулом и Казанью с июля 1918 г. и до конца навигации, а на зимнюю стоянку оставался в Сарапуле и развертывался в зда­нии монастыря. В феврале или марте 1919 г. нам снова пришлось спешно эвакуировать­ся из Сарапула опять в Казань, забрав с собой только ящик с хирургическими инструмен­тами и очень небольшое число наиболее ценных медикаментов: кофеин, морфий и неко­торые другие «ядовитые», а все остальное оставили вместе с тов. Курбановским. Вместо него в Казани пришел работать тов. Жесткое Геннадий Иванович, 1898 г. р., член партии большевиков, по образованию провизор, окончивший Казанскую гимназию [...].

С приездом в Казань произошли перемены и в командовании госпиталем: главным врачом стал доктор Титов. Он был болен туберкулезом. Предвещали, что долго он у нас не проработает. Военкомом стал Степанов-Сомров Иван Иванович; начфин, он же де­лопроизводитель строевой части, — мой муж, прибывший из Ленинграда, его звали Геор­гий Николаевич Тараканов. Появились новые сестры — Верочка Бут и Федорова, казанс­кие уроженки. Верочка была единственной дочерью профессора Казанского университе­та, лет ей было не более 19, Федоровой же было лет 30, но они сразу подружились. Работали врачи из Казани — Кабанов, Жаков, сестры Старух Анна Николаевна, Майстер Полина Лазаревна, хирургическая медсестра 19-ти лет (Майстер была сестрой с закон­ченным мед[ицинским] образованием, училась в общине сестер милосердия, окончила в Варшаве гимназию, вся семья ее была беженцами, обосновавшимися в гер­манскую войну в г. Казани), а также две родных сестры Макаренко — Мария и Татьяна, еще Добромыслова и Зелени-хина. Я же приехала к мужу на фронт в Казань 15 мая 1919 г. 8 декабря 1919 г. мой муж Г. Н. Тараканов умер. Я засту­пила официально на должность делоп­роизводителя строевой части 1025 гос­питаля и проработала в этой должнос­ти до перехода госпиталя на «трудовой фронт». Наш госпиталь просущество­вал благополучно до самой демобили­зации. Никто не роптал на тяжесть на­шего положения, никто ничего не тре­бовал, а работали столько, сколько тре­бовалось — под силу тебе это или нет. Даже тогда, когда среди работников госпиталя стал свирепствовать сыпной тиф, и смерть косила больных беспо­щадно — кто лег, тот не вставал боль­ше, другие продолжали работать, не бежали и не искали себе спасения. Было единство... У нас царила глубо­кая сознательность того дела, которое мы делали, во имя чего страдали.

В мае или в июне 1919 г. в Казани восстал запасной полк. Лекпом Тюня-ев Михаил Иванович чуть не попал в руки мятежников. Утром, около 9 часов, он пришел в санитарное управление по делам госпиталя и услышал, что с ок­раин к центру направляется полк мя­тежников, а когда вышел из санупра, то увидел перед собой на земле, на мос­товой залегшую роту курсантов. Мет­рах же в 300 перед ними шла нестрой­ными рядами толпа мятежников. Курсанты сначала дали залп в воздух, а затем, видя, что мятежники продолжают свое движение вперед, открыли беглый огонь. Помимо курсантов против мятежников выступили отряды матросов и отдельные части войск, в результате мятежники очень быстро были разгромлены. [...]

В Казани при госпитале был создан театрально-художественный кружок, в котором играли приехавшие из Москвы врач Савельева Татьяна Андреевна, медсестры и сани­тарки. Театральный кружок выступал перед ранеными бойцами.

Нельзя не вспомнить, как проходили наши общие собрания, которые устраивались почти еженедельно. На этих собраниях военком и главврач рассказывали нам о положе­нии на фронте, о тех задачах, которые предстоит нам выполнить. Каждое собрание кон­чалось пением революционных песен. Мы все любили слушать, как наш заведующий аптекой Жесткое Геннадий Иванович исполнял «Ранена береза, на коре серебристой по­катилась слеза» или «Средь шумного бала тебя я увидел».

В Казани госпиталь работал до 1-го июля 1919 г. Затем он был переброшен в г. Сара­пул, где пробыл со 2-го по 7 июля, но развернуться в этом городе не пришлось, т. к. приказ пришел двигаться дальше в г. Осу Пермской губ[ернии].

В г. Осе госпиталь простоял с 9-го по 30 июля 1919 г. [...] затем опять все мы погрузи­лись на пароход и через Еловку, Сарапул, Ижовку, Елабугу, Сызрань, Самару прибыли в Вольск 6 августа 1919 г. [...] 12 января 1920 г. госпиталь был передан в ведение 10 армии и приказали проследовать по железной дороге в г. Царицын, затем в Армавир.

20 мая 1920 г. госпиталь прибыл во Владикавказ. Здесь фронтовой госпиталь переве­ли на «трудовой фронт» для укрепления мед[ицинской] помощи мирному населению.

ЦГА ИПД РТ, ф.ЗО, оп.З, д.535, л. 1-20.


Любовь Хузеева,
зам. директора ЦГА ИПД РТ