2002 3/4

Завещание Б. Ваисова

Представляющее собой чрезвычайно интересное и крайне противоречивое явление в истории мусульманских народов Волго-Уральского региона второй половины XIX - начале XX века ваисовское движение оставило заметный след в истории развития ислама в России. Несмотря на то, что практически неизменным оставалось то, что ваисовцы находились в постоянном антагонизме — как с властями, так и с официальным мусульманским духовенством, на всех этапах развития движения доминировал один аспект: стремление добиваться решения возникающих вопросов путем политического диалога. В своем стремлении разрешить конфликты мирным путем Багаутдин Ваисов близок к Л. Н. Толстому, М. К. Ганди и другим, утверждающим не насилие, а мир.
Представляемые вниманию читателей документы взяты из протоколов экспертиз и, с нашей точки зрения, важны для понимания сути ваисовского движения. Это перевод двух документов, осуществленный экспертом профессором Казанского университета Н. Ф. Катановым с татарского и арабского языков на русский и им же собственноручно записанный в протоколе экспертизы.
Первый из представляемых документов - русскоязычный перевод с копии духовного завещания, написанного Багаутдином в период пребывания его в психиатрической лечебнице 19 июня 1888 года. Копию осуществил, как следует из самого документа, младший сын Багаутдина Газизян. В этом документе Багаутдин, обращаясь к своим сыновьям и родным, просит их продолжить его дело. Второй документ, под названием «Установление относительно казначейства военных молитвенников», судя по комментариям Н. Ф. Катанова, был переписан рукой Гайнана и подписан кроме него также Галяутдином и Гаяном. Кроме собственноручных подписей братья приложили также свои печати.
Определить точную дату, когда были сделаны данные копии, несколько затруднительно. В первом случае можно предположить сентябрь 1906 года, как указано в самом документе. Временная атрибуция второго документа осложняется тем, что в самом документе точная дата не указана, также как не совсем понятно, к чему относится указанная в копии дата - 5 марта 1904 года. Под документом стоят подписи трех сыновей Багаутдина, проживавших в то время в разных частях империи: Галяутдин преимущественно в Челябинске, Газизян — в селе Биденьга, a Гайнан - в Туркестане, где до середины февраля 1904 года отбывал наказание в Ашхабадской тюрьме2. Возможная встреча братьев могла состояться как в Туркестане, так и в Казани.
Поскольку перевод обоих документов был сделан не с оригинала, а с копий, вполне уместен и целесообразен вопрос об их авторстве и не являются ли они продуктом более поздней фальсификации? Вполне можно предположить, что оба документа являются результатом творчества сыновей Багаутдина (или даже старшего из них Гайнана). А выступление от имени последнего было крайне необходимо, учитывая то, что перед наследниками не просто остро стояла проблема лидерства, но и необходимость признания этих притязаний другими последователями Багаутдина.
Однако характер обоих документов, их стилистические особенности, позволяют сделать предположение, что в их основе действительно лежали подлинные документы. Например, первый документ, так называемое «завещание», могло быть основано на подлинном письме, написанном Багаутдином из больницы. Судя по всему, первое время врачи не препятствовали его контактам с родными и близкими. Зачастую эти контакты осуществлялись путем обмена письмами. Кроме того, Багаутдин, опасаясь отравления, отказывался принимать больничную пищу. Следовательно, его кормили родственники, ежедневно навещавшие больного. Вероятно, так продолжалось до осени 1889 года, когда в силу неизвестных пока причин был ужесточен режим содержания Б. Ваисова. В частности, по словам Ш. Сайфутдинова, изолированный руководитель общины присылал письма, в которых описывал все, что с ним происходит в лечебнице, какие ему приходится выносить притеснения и страдания. Несмотря на то, что перед нами перевод, по стилистике и языку этот текст очень близок к тому, что выходило из-под пера самого Б. Ваисова. Наконец, в ряде аутентичных источников неоднократно упоминается некое «завещание», на основании которого Гайнан выступал как преемник лидера общины. Однако в публикуемом ниже «завещании» упоминаются все пятеро сыновей Багаутдина - Салахутдин (от первого брака), Галяутдин, Гайнан, Гаян и Газизян, без выделения кого-либо из них персонально. Тем более, учитывая малолетство сыновей от второго брака, было бы логично «передать» руководство старшему сыну - Салахутдину. Но этого не было сделано3. Если бы документ являлся более поздней фальсификацией, то в интересах Гайнана было бы акцентировать внимание на своей персоне.
Хотя второй из публикуемых документов, так называемое «Установление относительно казначейства военных молитвенников», вызывает куда больше сомнений, тем не менее, ряд косвенных данных свидетельствуют в пользу его подлинности. В частности, во втором пункте правил речь идет о Багаутдине как о здравствующем человеке, находящимся во главе общины. Во-вторых, в одном из прошений, датируемых августом-октябрем 1894 года, также упоминаются двенадцать доверенных лиц, «выбранных на основании распоряжения дердеманд-дервиша»4. Думается, что для окончательной датировки этого документа необходимо будет привлечение новых источников.
В связи с датировкой и уточнением авторства данных документов встает проблема аутентичности источников описываемым событиям. Несмотря на то, что Багаутдин неоднократно привлекался к следствию, а в архивах сохранилось большое количество дел, относящихся к его персоне, очень часто исследователи вынуждены оперировать более поздними источниками. Однако при этом не учитывается тот факт, что молодые последователи, начиная с Гайнана, вольно или даже невольно могли искажать факты, приписывая собственные слова и мысли основателю движения, пытались таким образом придать себе больший авторитет и т. д.
Третий и четвертый документы представляют собой протоколы допроса обвиняемых братьев Ваисовых: Гайнана (Гинанутдина) и Галяутдина, дававших показания соответственно 23 мая 1909 года и 12 января 1910 года. Данные документы представляют интерес по ряду причин. Первый лист «протокола» содержит сведения личного характера, записанные со слов опрашиваемых. Далее следуют ответы на вопросы следователя, в которых Гайнан в сжатом виде изложил суть основных «претензий» ваисовцев к властям. Весьма интересны терминология и аргументация, используемые Гайнаном для обоснования собственной позиции, свидетельствующие о той эволюции, которую претерпело ваисовское учение со времен Багаутдина Ваисова. Интересно также сравнить показания двух братьев.
Документы даны в оригинальной орфографии с минимальными сокращениями.

 

 ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. Продолжение публикации, см.: М. Кемпер, Д. Усманова. Ваисовское движение в зеркале собственных прошений и поэм // Гасырлар авазы — Эхо веков.-2001, № 3/4.-С.86-122.
  2. "Приговором Асхабадского окружного суда, состоявшимся 11 декабря 1902 года, за преступление, предусмотренное 271 (насильственное сопротивление власти) и I ч. 286 ст. (словесное оскорбление должностного лица) Улож[ения] о наказании] он присужден, по лишении всех особенных лично и состоянию присвоенных прав и преимуществ, к отдаче в исправительные арестантские отделения сроком на один год, каковое наказание он и отбыл в Асхабадской тюрьме с 12 февраля 1903 года по 12 февраля 1904 года". См.: РГИА. Ф.821. Оп.133. Д.508. Л.77-88.
  3. Более того, "завещание" является последним документом по времени, в котором упоминается имя Салахутдина. Уже в прошениях, датируемых осенью 1889 года, Шигабутдин Сайфутдинов упоминает лишь четверых малолетних сыновей Багаутдина. См.: Там же. Ф.41. Оп.2. Д. 1685.
  4. Там же. Ф.51. Оп.4. Д.3856. Л.206.

№ 1-2.

Из протокола экспертизы

6-7 апреля 1909 г.

И[сполняющий] д[олжность] судебного следователя Казанского окружного суда по особо важным делам, Шулинский, по делу о противозаконном сообществе, именующемся староверским обществом мусульман Ваисовского божьего полка, чрез эксперта профессора Казанского университета Н. Ф. Катанова, в присутствии нижеподписавшихся понятых производил осмотр и перевод двух документов на татарском и арабском языках из числа найденных при обыске 24 февраля сего года в квартире Гинануддина Ваисова, при чем оказалось следующее:
I. На двух листах почтовой бумаги малого формата написано по-арабски и татарски нижеследующее1:
«Завещание (да даст ему Превеликий Господь успех!). О Боже, помощь только в Тебе и ни в ком другом. Хвала Богу Всевышнему! Благодарение за милость Истинному! Тысячи тысяч и сотни тысяч хвал в изобилии и бессчетно Богу Господу миров! Благополучный конец богобоязненным! Благословение и привет лучшему из творений Божьих Мухаммеду, роду его и сподвижникам его всем! Аминь.
Богу принадлежит благоволение, милость и руководительство, а равно: защита и благословение вместе с хвалою и славословием и установлениями ислама.
Я, нижеупомянутый странник ислама, признанный и исследованный, дервиш, сын Хамзы, Багауддин Аль-Булгари, читающий молитвы, воитель за веру, Вайсов, завещаю, имея здравый ум и здравое тело и будучи в благополучии и здравии, находясь в сильном стеснении и плачась перед Богом, а иначе не дают свободного времени известные вам2. Мать моя Хиляль3, супруга моя Биби Гайнуль-джамаль, дорогой сын мой ходжа Мухаммед Саляхуддин, дорогой сын мой ходжа Мухаммед Галяуддин, дорогой сын мой ходжа Мухаммед Гинануддин, дорогой сын мой ходжа Мухаммед Гаянуддин и дорогой сын мой ходжа Мухаммед-Ибн-уль-Гайб Аль-Газизян Фахреддин, все вы знайте и внимайте, слушая и повинуясь душою и телом, принимайте к сведению вы не ждите того, чтобы я умер или меня убили и все совокупно друзья, напрягши все старания и решившись категорически, подавайте по всем нужным учреждениям прошения и требуйте возмездия за мою кровь с врагов, дел моих на дороге не оставляйте и требуйте души моей и добра моего, употребляйте свои старания ради получения моего довольства так, чтобы султан султанов признал доказательными мои просьбы и чтобы вы довели об этом до Оттоманской Порты, чтобы верующих мусульман никто кроме них не судил, о чем говорится и пишется и в поданных мною бумагах. Не будьте нерадивы! Да поймет тот, кто может понять. Прощайте! Затем очевидно, что всяким образом мне здесь причиняют ущерб и вред, т. е., делая окончательные притеснения, намереваются убить меня, о чем да не будет скрыто и да будет известно вам. 1888 года от Р[ождества] Хр[истова], 19-го июня, в воскресенье. Хвала Богу Всевышнему и благодарение за милость Господу истинному, мы избавились еще от одной гибели, как Он, слава Ему, по великой милости Своей, несколько раз избавлял от гибели и прежде, о чем также говорен и писан в поданных мною бумагах. Если бы не успел я во время поблевать, поиспражняться, то я совершенно мог бы погибнуть и умереть. Смотри, что делают эти проклятые пищу вашу не передают прямо из ваших рук, отдают зачем-то в их руки для того, чтобы мешать яд мышьяка4 и назад не берут. Затем притесняют, что нет сил переносить; другими вами измена и вероломство по отношению к Богу Царю обнаруживаются теперь. Чтобы скрыть эту измену, они давят меня тисками и говорят: «пусть подают бумагу хоть во врачебную управу или губернское правление, пусть берут на поруки, а до того не выпустим; пока не подашь жалобы, дескать так-то и так-то, тебя мы не покажем и отсюда не выпустим. Тебя некому взять». Вот почему не показывают меня вам. Они совсем пропащие и бессильные люди, требующие подачи бумаги. Да будет проклятие Божье насильникам! О если бы рты им набить землей, а на головы набросать камней, чтобы подальше быть от вкушения несправедливостей. О Бог мира. Аминь, аминь, аминь!...
Потом к вам в этом отношении такое завещание: Боясь Бога и совсем не боясь врагов, пошлите на рассмотрение полной комиссии в Государственный Совет вопрос о том, приказывал ли Государь им, говоря: грабьте дескать моих богомольцев, ссылайте в Сибирь, сажайте в больницу, чтобы не оставалось де зернышка воровства. Если такого указа Он не издавал, то откуда взяли такой закон, что все люди гражданской части, стоя за одно, делают измену. Да поймет... И прощайте! Снимите копию с этого самого его завещания и не молчите из боязни перед этими несправедливыми изменниками, когда они будут пугать, - это враги Бога и враги всех царей, враги людей всего мира. Теперь самые сильные из таких изменников и боязных людей пришли к концу. После того, как они ради уничтожения и истребления в людях всего мира правды разъясняли верующих и мусульман, они задумали прикончить всех царей, что стало известным народу всего мира, ясным и очевидным. После того, как я установил их ложные притязания своими поданными во все учреждения бумагами, вы же станете молчать, боясь упомянутых изменников и боязных людей, - лицо мое, клянусь Богом и посланником Божьим, и заступничество его от вас будут далеко; если же выкажете в этом деле старание настоящее, то в обеих мирах станете великими и дорогими судьями, в чем клянусь всеми священными книгами: Торой, Псалтырью, Евангелию и Кораном милостивым, а также всеми пророками и святыми. О Боже миров!... Вам в правом деле я - помощник и пособник. Привет господину страждующих, господину пророков и святых, гордости мира, благословенному и лучшему из творений Господа Мухаммеду и роду его и сподвижникам его всем. Да благословит Бог их милостью явною! Аминь, аминь, аминь, аминь. О дающий молящимся!
Я, вышеупомянутый странник ислама, известный и знаменитый в настоящее время, ищущий руководительство в Боге, главарь спасительного отряда, старающийся о правде, молящийся воитель за веру, скорбящий за мир дервиш Багауддин Аль-Булгари, сын признанного и изследованного дервиша Хамзы, Вайсов это благословенное завещание на 2 листах за № 294-м подписал и утвердил, и чтобы оно было имело значение во всех учреждениях, я приказал приложить к нему 2 различные и общеизвестные в знак власти печати. Привет вам и присным вашим при помощи Божьей. Год гиджры 1306-ой, 21 шевалля, в воскресенье. Город Казань, больнице — доме измены, как в тесной могиле; на чужбине и в скорбях рукою моею сочинено и написано. Во истину все принадлежит Богу и к нему все возвратится. Богу же принадлежат благоволение и благословение. Год христианский 1888-ой, 19 июня. Да проклянет Бог людей несправедливых, да набьет Он им рты землею, на головы да набросает камней. Да отвратит от гибельных их намерений, их бедствий и их неприятностей! Аминь, аминь, аминь.
Боже мой, да сделай завещание сильным перед обидчиками и изменниками.
10/8662/100 Кытмыр...
Писал ходжа Мухаммед Ибн-уль-гайб Аль-Газизян Фахруддин, сын скорбителя за мир, дервиш Багауддин Аль-Булгари Вайсов.
1906 г. от Р[ождества] Хр[истова] 10-го сентября.
Что подлинно составлено дервишем Ваисовым и совершенно верно, поручаю Богу, как и вас всех. О Боже! Дай пощады! О великий и дорогой Накшиата! О милостивый и всеблагой, окажи помощь с начала до конца, во всякое время, во всяком деле и положении и вечно. Во имя Божественных знамений и намеков и во имя Бога, кроме которого нет другого. Аминь, аминь, аминь. Привет тому, кто следует руководительству Божию.
Руку свою приложил я, скорбящий за мир дервиш Багауддин Хамзин Аль-Булгари Вайсов».
II. В 2 экземплярах, на листе писчей бумаги по-татарски написано следующее: «№ 51-ый Установление относительно казначейства военных молитвенников. 1. Для капитала ислама принесших присягу дервишей, составляющих общество мусульман спасительного отряда и стоящих твердыми ногами на пути к правде, заводится казначейство с книгами.

  1. Упомянутое казначейство сохраняется в заведении «мусульманская академия» у господина Багауддина Аль-Булгари, дервиша, скорбителя за мир, шейха шейхов, главы военных молитвенников.
  2. Для принятия вспомоществлений членов спасительного отряда с упомянутой выше казначейской тетради (или казначейских книг) снимается копия и посылается во все места, где живут члены спасительного отряда, т. е. по городам и селениям, и во все области, даже в земли семи государей, ко всем мусульманам спасительного отряда.
  3. Отчеты для включения в общий отчет мусульманской академии должны быть присылаемы упомянутыми муллами 2-жды в год в главное казначейство.
  4. Вышеупомянутая казначейская книга, предназначенная для приема вспомоществлений членов спасительного отряда, подразделяется на 3 части (или: степени): первую, вторую и третью.
  5. В первую часть заносятся вспомоществления людей торговых, во вторую — ремесленников и третью — земледельцев.
  6. В упомянутое казначейство с дервишей спасительного отряда, т. е. собратьев всех 3 ступеней, поступления по числу душ взимаются ежегодно в месяцы мухаррем, без израсходования и без препятствия, добровольно, ибо это — путь к Богу, а кто будет лицемерить, того надо бояться, как лицемеров, на которых по слову Божьему падет проклятие Божье; следов лицемерия нужно сторониться. Да поймет...
  7. С людей торговых имеет быть взимаемо подушно, т. е. с мужчин и женщин, по 3 рубля; с людей ремесленных — по 2 рубля; а людей земледельческих — по 50 копеек. Когда не будет возможности упомянутую сумму внести в казначейство в месяц мухаррем, то будет дано отсрочки 3 месяца, до месяца Ребига в последних числах, тянуть же нельзя будет. Кто же опоздает, на того будет наложен двойной платеж.
  8. Распоряжение упомянутым казначействам предоставляется изволению господина главаря спасительного отряда, а равно и распоряжение вспомоществованиями. Служение при казначействе, также собираемые в нем суммы, полная запись того, откуда поступили деньги, от какого населения, в каком годе или месяце и на какие статьи израсходованы суммы казначейства, - все это поручается казначею, мулле мусульманской академии.
  9. В упомянутое казначейство с согласия дервишей спасительного отряда и господина главаря оного, назначаются 12 почтенных лиц.
  10. Упомянутые почтенные лица к казначейству должны относиться с вниманием, старанием и согласием ради пользы общества мусульман, и названные 12 почтенных лиц должны быть из спасительного отряда.
  11. Упомянутые 12 почтенных лиц представителей спасительного отряда, сам собою разумеется должны быть в согласии и повиновении как предписаниям закона, так и изволении господина главаря отряда, и относиться к ним душевно и сердечно, нелицеприятно и беспрепятственно. Конечно, конечно, конечно. Другими словами, во всех делах и делах особенных должны радеть о пользе мусульманской нации.
  12. Все состоящие в спасительном отряде верующие дервиши должны повиноваться и приносить присягу главарю отряда и не должны прекословить и приносить ему убытки.
  13. В казначейство будут принимаемы вспомоществления всей нации на нужды ислама и, по желанию жертвователей, имена их заносятся в книгу.
  14. Дервиши общества мусульман спасительного отряда должны вносить гушр и зякат (т. е. налоги на доходы и в пользу общества) в казначейство до истечения года.
  15. Вспомоществования почтенных лиц должны быть заносимы в вышеупомянутую приходную книгу, без сомнения, без всякой фальши, не будут расходуемы даже в ничтожной доле ни на себя, ни на торговые дела, ни на что другое.
  16. Если кто-нибудь, не относясь к упомянутым делам с должным вниманием, будет увлечен пристрастием и истратит деньги из казначейства военных молитвенников, то, конечно, он будет считаться изменником и согласно Корану всеславному и Шаригату святому должен будет получить наказание, без всякого снисхождения, в присутствии господина главаря молитвенного отряда и общества мусульман. Конечно, конечно, конечно.
  17. Жалобы всех верующих мусульман и дервишей спасительного отряда на всякое затруднительное из своих дел должны быть подаваемы, конечно, в мусульманскую академию, главарю спасительного отряда, который будет удовлетворять просьбы по порядку, а не в беспорядке.
  18. Когда жалобы всех состоящих в вере ислама лиц будут присланы, то они будут принимаемы в присутствии господина главаря спасительного отряда и удовлетворяемы согласно Корану всеславному и Шаригату святому.
  19. Все состоящие в спасительном отряде верующие дервиши должны слушаться вышеупомянутых правил, повиноваться им и принимать их душою и сердцем, без лицемерия и препятствия, радея о правах и твердо об этом заботясь, и неукоснительно должны относиться к приказаниям господина главаря спасительного отряда.
  20. Если кто-нибудь будет прекословить приказаниям господина главаря спасительного отряда, упомянутым выше, и не станет их признавать, высказывая измену, то без всякого сомнения он попадет в кондуитную книгу и будет считаться одним из лицемеров; он не будет допускаем на беседы и заседания спасительного отряда и к участию в его решениях; к нему будут применены слова священного предания. Сказал пророк (да благословит его Бог и да приветствует!): «согласие относится к установлениям Божьим, как руководство, разногласие относится только к лицемерам». Сказал пророк (да благословит его Бог и да приветствует!): «растрата общего относится к изменникам». «Привет тем, кто пользуется руководством». «Отвечает за своих последователей только всеславный, избранный Мухаммед, отмеченный Богом  (да благословит его Бог и да приветствует!)». Сказал Бог Всевышний: «кто слеп в настоящем, тот слеп и в будущем и будет блуждать по дороге ко спасению. Для того у нас есть очевидное удовлетворение».

Боже мой, сохрани нас, о всещедрый, от всех бед и болезней в особенности, о всещедрый; от всякого неустройства последнего времени, от зловредных козней Антихриста и Антимухаммеда и от зловредных ученых настоящего времени, и не уводи нас с его света иначе, как только с верою в Тебя и свидетельством о том. Да благословит Бог лучшее из своих творений, Мухаммеда, род его и всех его сподвижников. Аминь, аминь, аминь. Превелик Бог, превелик Бог. Нет другого Бога, кроме единого. Превелик Бог, превелик Бог. Хвала Богу, ибо Он — выше всего, выше всего и нет другого Бога, кроме единого. Превелик Бог, превелик Бог, Ему - хвала. Превелик Бог, превелик Бог, и нет другого Бога, кроме единого. Превелик Бог, превелик Бог, Ему - хвала. Боже мой, благослови Мухаммеда и род Мухаммеда так, как Ты благословил Авраама и род Авраама, ибо Ты -всехвален и всеславен. Боже мой, даруй счастье Мухаммеду и роду Мухаммеда, как Ты даровал счастье роду Авраама и самому Аврааму, ибо Ты - всехвален и всеславен. Хвала Богу, Господу миров, великая, ибо Он наделяет своим благом и обеспечивает в избытке. Да благословит Бог лучшее из своих творений, Мухаммеда, и род его и всех его сподвижников. Аминь, аминь, аминь.
Дурной человек от руки правосудия 100 000 воплей издаст, ибо кто убежит от правосудия? Видишь ты, что у них нет веры.
Нижеподписавшийся и известный в настоящее время, сотрудник ислама, главарь спасительного отряда военных молитвенников, благородный потомок Мухамеда и сеидов, ходжа Мухаммед Гинануддин, сын скорбителя за веру иже во святых дервиша Багауддина, Аль-Булгари Вайсов руку приложил и печать свою оттиснул. Я, член спасительного отряда военных молитвенников и вспомоществователь вышеупомянутого казначейства, согласно всем установлениям Шаригата благородный потомок Мухаммеда и сеидов, ходжа Мухаммед Галяуддин, сын скорбителя за веру дервиша Багауддина, Аль-Булгари Вайсов руку свою и печать свою приложил. Я, член спасительного отряда военных молитвенников и казначей вышеупомянутого казначейства, имам мусульман (т. мулла) благородный потомок Мухаммеда и сеидов ходжа Мухаммед Гаян, сын дервиша Багауддина, Аль-Булгари Вайсов руку свою и печать свою приложил.
К документу приложены на 3-й странице 3 оттиска: 1, оттиск татарской печати «ходжа Мухаммед Гинануддин, потомок сеидов», 2, оттиск русской печати большого размера «сотрудник всему миру Духовного отца Ваисова наследник худжа Мухамет Галя Эддин Хамзин Вайсов», 3, оттиск русской печати большого размера «сотрудник всему миру Духовнаго отца Ваисова наследник имомаль муслимин худжа Мухамет Гаян Хамзин Ваисов».
На последней, 4-й, странице татарскими буквами того же почерка, что и весь документ, кроме подлинных подписей Галяуддина и Гаяна, сделанных другими почерками, по-русски написано: «Город Казань. Императорский Молитвенный Здание. Мактаб Гирфан. Канцелярия Божьяго дервиша и духовного отца Ваисова я наследник сектант Божьяго дервиша и духовного отца Ваисова и начальник Ваисовский Божьего полка ходжа Мухаммед Гинануддин Вайсов. Проверен и с подлинным верен».
Оба экземпляра копии писаны на графленной писчей бумаге, причем заголовки скопированы с печатных бланков Ваисова, снабженных 3-мя флагами, с отличием служат лишь 2 листа: 1, под правым флагом внизу написано по-татарски: «1904-го года от Рождества Хр[истова] марта 5-го дня, пятница» и под средним флагом внизу по-татарски: «Кытмыр 10/8642/100...», 2, под всеми тремя флагами крупно по-татарски и по-русски написано «Боже мой, призри Августейшего Монарха Николая Александровича, Государя и Детей Его до конца веков. Аминь, аминь, аминь. № 51-ый».
[...]5 Эксперт проф[ессор] Император[ского] Казан[ского] универ[ситета] Николай Катанов [...]6
За экспертизу желаю получить вознаграждение. Проф[ессор] Н. Катанов.

НА РТ. Ф.41. Оп.13. Д.З. Л.93-98об.

 

Из протокола допроса обвиняемого

23 мая 1909 г.

В камере своей судебный следователь Казанского окружного суда по особо важным делам допрашивал нижепоименованное лицо в качестве обвиняемого; при чем на основании 408 ст[атьи] Уст[ава] уголовного] суд[а], удостоверившись в его самоличности, объявил допрашиваемому, что на него падает обвинение в том, что в 1905/9 гг. организовал и участвовал в сообществе, именуемом староверским обществом мусульман Ваисовского божьего полка, каковое сообщество целью своей деятельности поставило неповиновение законам и законным распоряжениям и постановлениям властей, т. е. в преступлении, предусмотренном I ч[астью] 125 ст[атьи] Угол[овного] Улож[ения].
На предложенные Следователем вопросы обвиняемый отвечал:
Зовут меня Ходзя Мухаммед Гинануддин Багауддинов (Эль-Булгари) Вайсов
Возраст обвиняемого во время совершения преступления 30 лет
Родился г. Казань
Крещен
Прописан д. Молвино, Косяковской в., Свияжского у.
Рождение — брачное.
Жительство г. Казань, Ново-Татарская cл., Большая Симбирская ул., д. Пахомова
Национальность Булгарский турок, по крови араб7
Звание Природное духовное лицо
Чин —
Отношение к воинской повинности - К воинской повинности призывался, но освобожден. Почему — не знаю.
Религия и вероисповедание. Старовер мусульманского Ваисовского Божьего Полка
Степень грамотности Грамотный по русски и мусульмански
Семейные отношения Женат на двух женах: одна в Казани Биби Сайран8 и от нее 2 детей, другая в Иолотани Мервского у. Биби Гайша, от нее детей нет, до 1903 г. был женат на Биби-Хатиме, с которой развелся, детей от нее не было.
Особые заслуги и пожалования такими орденами и знаками отличия, на лишение коих, согласно 945 ст[атья] Уст[ава] уголовного] суд[а], представляется на усмотрение Императорского Величества.
Занятие или ремесло Торговля в Казани и Средней Азии без вывески
Имеет ли недвижимое имущество - Надел крестьянский при д. Молвиной
Особых примет - нет
Подвержен ли привычному пьянству - нет
Совершил ли преступление в состоянии опьянения - нет
Отношение к потерпевшему от преступления —
Судимость прежняя и состояние под следствием по другим делам - Судился ранее за кражу Окружным Судом и безвинно был приговорен в тюрьму на 1 год и который отбыл. Судился еще в 1902 г. Асхабадским Окр. Судом за сопротивление власти и тоже безвинно приговорен был в арест. Отделение на 1 год и который отбыл в тюрьме. У Городского Судьи г. Симбирска за кражу не судился и вообще более ни за что не судился.
Я слышал в чем меня обвиняют, но виновным себя в организации и принадлежности к сообществу, поставившему целью своей деятельности возбуждение к неповиновению или противодействию закону или распоряжениям властей — я не признаю. Не признаю виновным потому, что староверское мусульманское общество Ваисовского Божьего Полка, представителем которого в настоящее время я являюсь, не преследует никаких антигосударственных целей, а если и вводит в свое учение неповиновение некоторым законам и распоряжениям властей, то единственно тем, которые не допустимы с точки зрения нашего религиозного учения. [...] Я считаюсь сардаром, т. е. предводителем нашего сообщества, духовным начальником его. При мне состоит совет из 12 поверенных, которыми состоят Ибрагим Зайнуллин Оглы Эль Булгари, Мубаракша Гадыльшин Оглы Эль Булгари, Хуснуддин Хусаин Оглы Эль Булгари, Шихабуддин Сайфутдин Оглы Эль Булгари, Ахметхан Мухамед Оглы Эль Булгари, Мухамед Гали Байрам Гали Оглы Эль Булгари, Ахмет Гирей Мухамедша Оглы Эль Булгари, Сабигатулла Нигматулла Оглы Эль Булгар, Мингазетдин Сайфуддин Оглы Эль Булгари, Нурмухамед Мухамедзян Оглы Эль Булгари; других же не помню по именам и фамилиям, но они указаны в прошениях. Все живут в Казани за исключением Сибагатуллы, живущего в дер. Биденьга Симбирского у., Мингазетдина, живущего в д. Молвиной, Нурмухамеда, живущего в г. Самаре. Вспомнил, что остальные 2 поверенных мои братья — Худзя Мухамед Галяуддин, живущий в Челябинске, и другой Худзя Мухаммед Гаян, живущий в д. Биденьга. Под прошениями подписываются они сами при приезде в Казань, или доверяют подписаться кому-нибудь другому, потому что по нашему учению мы все «одно тело, одна душа, одно бытие». Они состоят при мне для разрешения разных вопросов согласно Шариату. При нашем молитвенном доме я состою имамом, т. е. духовной главой, а сам в другие места назначаю от себя других имамов. Мы считаем себя верноподданными и слугами Его Императорского Величества, но не признаем гражданской власти, чуждой нашей религии и потому не имеющей права вторгаться в нашу чисто религиозную жизнь. Никакой Марии Брусничкиной в Коканде я не знаю. Разные сборы, как то за хикмет, за свидетельства и пр. существуют для того, чтобы общество наше имело возможность существовать. Пока больше ничего показывать не буду, но в будущем оставляю за собой право дать более подробные объяснения для оправдания деятельности нашего общества.
Сотрудник всего мира и Преемник дервиша Божьего духовного отца Ваисова Худзя Мухаммад Гинануддин Багавуддин оглы Ильбулгари Вайсов. [Подпись по-татарски]
[Подпись и. о. судебного следователя]

НА РТ. Ф.41. Оп.13. Д.З. Л.146-148об.

Протокол допроса обвиняемого

12 января 1910 г.

В г. Челябинске и[сполняющий] д[олжность] судебного следователя Троицкого окружного суда по 3-му участку Челябинского уезда, согласно своего постановления от по треб[ованию] № 407 суд[ебного] следователя по особо важным делам допрашивал нижепоименованного в качестве обвиняемого; предварительно удостоверившись на основании 403 ст[атьи] Уст[ава] уголовного] суд[а], в его самоличности и объявил ему, что он обвиняется в том, что в 1905/9 гг. он участвовал в качестве члена и поверенного ислама, в сообществе мусульман Ваисовского Божьего полка, во главе которого стоял брат его Гинанутдин Вайсов, проживающий в г. Казани, целью сообщества возбуждение к неповиновению и противодействию закону, т. е. 1 п[ункт] 125 ст[атьи] Уголовного] Улож[ения].
На предложенные Следователем вопросы допрашиваемый отвечал:
Имя отчество фамилия? Ходжа Мухамет Галяутдин Багаутдинов Вайсов
Возраст 30 лет
Место рождения — г. Казань
Место приписки — д. Молвина, Косяковской вол., Свияжского у.
Настоящее место жительства г. Челябинск, Офицерская ул., д. Чупрякова
Звание (состояние, сословие и чин)? — Член Староверского о-ва мусульман Ваисовского Божьего Полка
Народность и племя? - мусульманин
Религия? магометанская
Степень образования? малограмотный
Семейные отношения? женат, имею двоих малолетних детей
Занятие и ремесло? торговля фруктами
Степень имущественного обеспечения? — товара имею до 2000 рублей
Особые приметы — нет
Не состоите ли в каких-либо отношениях с потерпевшим по настоящему делу —
Нет ли особых заслуг? - нет
Не был ли под судом? не судим
Отбытие воинской повинности и обозначение того Уездного Воинского Начальника, у кого состоящий в запасе обвиняемый находится на учете — призывался по льготе 1-го разряда.
Признаете ли себя виновным? Я не признаю себя виновным в приписываемом мне преступлении. В свое оправдание могу сообщить, что я совершено никакого участия в сообществе, поставившего целью противодействие закону и властям не принимал и ни на каких прошениях не расписывался, кроме одного, поданного лично Государю Императору Николаю II от своего имени об утверждении за мною отцовского наследства. Лично я подчиняюсь и гражданской власти и закону. Например, я ежегодно выправляю промысловое свидетельство, являлся лично к призыву на военную службу, плачу подати и налог в Косяковской волости по 8 копеек за десятину (Допрашиваемый Хамзин Вайсов предъявил: 1) квитанцию Казанского казначейства на рубль в уплату по 8 коп. налога за десятину земли, квитанция выдана 6 июня 1899 г. за № 141119 на имя наследника Худжи Мухаметова Галяутдина Ваисова; 2) промысловые свидетельства за 1908, 7 и 9 годы на торговые предприятия 4 разряда из Челябинской Городской Управы; 3) два патента за № 440 и 545 на продажу табачных изделий, выданных Челябинским Казначейством). Паспорта я не имею и живу по свидетельству за № 147, выданному мне отцом Багаутдином Ваисовым, каковое свидетельство и представляю. (Было представлено свидетельство за № 147, прилагаемое к исполненному требованию). В Казани я был лишь в 1904 году, позднее же не был. Больше показать ничего не имею, так как никакого сообщества с преступной целью не знаю. Ходжа Мухамет Галяутдин Хамзин Вайсов. [...]9

НА РТ. Ф.390. Оп.1. Д.3185. Л.37-38 об.

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. С этой фразы и до конца, кроме подписей понятых, написано собственноручно Н. Ф. Катановым.
  2. Этими словами Багаутдин указывает на те притеснения, которые ему приходилось терпеть в Казанской окружной лечебнице.
  3. Возможно, имелась в виду мать супруги. Собственная его мать, по словам самого Багаутдина, Биби-Ямиля Мухамедьяровна умерла в 1850 году в г. Казани. См.: НА РТ. Ф.41. Оп.2. Д.1073. Л.33 об. К тому же, указан ная в документе Хиляль никак не годилась ему в матери, ввиду престарелого возраста самого Багаутдина (78 лет).
  4. Речь идет о том, что «враги» Багаутдина пытаются его отравить, подмешав в пищу мышьяк. Надо сказать, что подобные опасения, более напоминающие манию, высказывались Багаутдином еще в начале 1883 года, Тогда он, подозреваемый в истязании троих малолетних мальчиков-учеников, в свою очередь обвинял последних в попытках его отравить мышьяком. См.: НА РТ. Ф.41. Оп.2. Д.1О73. Л.2-4.
  5. Указаны исправления и далее подпись следователя.
  6. Подписи понятых.
  7. Последнее утверждение встречается в ряде документов и связано с его притязаниями на кровное родство с пророком Мухаммедом. В одной из докладных записок на имя председателя Совета министров (2 февраля 1909 г.) Гайнан Вайсов следующим образом обосновывал эту легенду: «Приблизительно в 6-м веке по мусульманскому летоисчислению к булгарскому князю Айдерхану прибыло трос арабских проповедников магометанской веры, один из коих Зюбяир Биниджегеда был потомком пророка Магомета, и по преданию, женился на ханской дочери Туйбики, при чем от них то и пошла династия болгарских ханов, а под влиянием проповеди Зюбяира болгарское царство приняло магометанскую веру; что пало это царство вследствие нашествия татар, которые однако приняли от болгар мусульманскую веру; что Багаутдин Хамзин Вайсов был потомком болгарских ханов ...». Цит. по: НА РТ. Ф.41. Оп.13. Д.8. Л.47-47 об.
  8. Среди бумаг, изъятых у Гайнана Ваисова и описанных экспертами, упоминается и документ о разводе его с женой Биби Сайран Ганетдиновой от 16 мая 1907 г. В разводной, подписанной обеими сторонами, было сказано, что Г. Вайсов отдает жене одного мальчика и одну девочку. См.: НА РТ. Ф.41. Оп.13. Д.З. Л.83 об.
  9. Подпись собственноручная Галяутдина Ваисова. Далее следует неразборчивая роспись младшего судебного следователя и постановление, о том, что у обвиняемого взята подписка о неотлучке.

Публикацию подготовила
Диляра Усманова,
кандидат исторических наук