2003 3/4

Полковник М.Г. Крымов

Родился М. Г. Крымов 7 апреля 1891 г. в д. Мукмень-Каратай Кузайкинской волости Бугульминского уезда Самарской губернии в семье муллы Галиуллы Идиатулловича Крымова. Последний, получив место в д. Мендеево Казанской губернии, перевозит туда свою семью, где и проработал до 1920 г. Детство Маргазиан провел в этой деревне. В 1906 г. отец развелся с его матерью, Сабирой Мухаметзяновной. С этого времени связь с ним была потеряна. Мать же переехала в свою родную деревню Юлтимирово Бугульминского уезда Самарской губернии и работала учительницей.

У Маргазиана было два брата: Мирсаид (1888-1918) и Ахад (1902-1927).

В 1907 г. Маргазиан уехал в Казань и поступил в Татарскую учительскую школу, где в течение пяти лет учился на земскую стипендию.

После окончания учебы работал народным учителем в земской школе д. Чубуканы Мензелинского уезда Уфимской губернии. В августе 1915г. перевелся на ту же должность в д. Таверово того же уезда. Но учительствовать ему здесь не пришлось по причине призыва в армию1.

Службу М. Г. Крымов начал в Казани рядовым 95-го запасного батальона. Через несколько месяцев его отправляют на Кавказ, затем в Тифлис в школу прапорщиков. После окончания школы в начале сентября 1916 г. М. Г. Крымов становится младшим офицером и служит в г. Челябинске.

В феврале 1917 г. представляет свою воинскую часть в Челябинском Совете рабочих и солдатских депутатов. В марте вступает в партию эсеров и в апреле избирается председателем рабочего комитета, участвует во Всероссийском мусульманском съезде.

В августе 1917 г. по настоянию Совета рабочих и солдатских депутатов М. Г. Крымов стал командиром роты, членом Челябинской Госдумы и исполкома, членом президиума солдатской секции. В сентября этого же года он — председатель комитета своего 109-го запасного пехотного полка2.

Во время корниловского мятежа М. Г. Крымов назначается исполняющим обязанности начальника Челябинского гарнизона. Под его руководством ликвидируется мятеж в 163-м запасном полку. После подавления мятежа все солдаты-мусульмане Челябинского гарнизона объединились в роту, командиром которой был назначен М. Г. Крымов.

С августа по октябрь 1917 г. М. Г. Крымов как начальник обороны города руководил организацией и обучением красногвардейских отрядов, железнодорожников, рабочих сталевого завода, ряда мелких предприятий и каменноугольных копий. В октябрьские дни в качестве начальника гарнизона руководил обороной Челябинска против есаула Титова и местных казачьих отрядов. После сосредоточения крупных сил советских войск в Челябинске и создания их штаба стал его членом.

В первые месяцы после установления Советской власти М. Г. Крымов был комиссаром гарнизона и 32-й пехотной запасной бригады, членом штаба исполкома и ВРК. В качестве члена штаба участвовал в руководстве операциями против атамана Дутова вплоть до подавления Советской власти в Челябинске3.

В феврале-марте 1918 г. М. Г. Крымов был направлен в Уфу. Здесь он избирается членом Уфимской ЧК, выполняет спецработу по ликвидации мусульманских контрреволюционных организаций. С конца марта и до начала мая непосредственно участвовал в операциях, будучи комендантом г. Троицка (во время блокады его казаками), членом штаба челябинских войск.

В мае М. Г. Крымов вернулся в Челябинск в качестве окружного военного комиссара. 27 мая город был захвачен восставшим чехословацким корпусом, через три дня М. Г. Крымов бежал из Челябинска. В с. Белоярском встретился с небольшим отрядом красных, сюда же прибыли некоторые бежавшие из Челябинска советские работники. С этим отрядом направился в Шадринск, по пути подавляя местные кулацкие восстания и освобождая советских работников. Из Шадринска отряд был направлен в Екатеринбург, а оттуда в Уфу4.

В Уфе его избрали губернским военным комиссаром и членом оперативно-полевого штаба. В качестве последнего М. Г. Крымов руководил операциями против чехословаков и учредиловцев, наступавших со стороны Самары и Челябинска.

После эвакуации из Уфы и ликвидации губвоенкомата был представителем губернского Совета боевых организаций при командовании 2-й армии. Когда эта армия в начале осени 1918г. разбилась на правую и левую группы, был назначен начальником оперативной части левой группы, а после переформирования — в 5-ю Уральскую дивизию помощником начальника дивизии5.

В ноябре 1918 г. был командирован в Москву и назначен заведующим военным отделом Мусульманской военной коллегии при Наркомвоенморе. Вышел из партии левых эсеров.

В конце 1918 г. решался вопрос об открытии в Москве мусульманских командных курсов. Центральная мусульманская военная коллегия поручила заведующему военным отделом М. Г. Крымову разработать этот вопрос и доложить на одном из заседаний. 4 декабря ЦМВК постановила открыть командные курсы примерно на 200 человек, но уже в Казани, причем 1 января 1919г. Докладчику поручалось окончательно выяснить все вопросы, касающиеся курсов.I

Приехав в Казань, М. Г. Крымов в составе комиссии из трех человек приступил к организационной работе по открытию курсов. В течение двух месяцев был подобран командный состав, набраны преподаватели по всем предметам, организованы учебная и хозяйственная части, лазарет, приобретена часть обмундирования, артиллерийского, инженерного снаряжения и т. д. В конце концов удалось получить и помещение — здание бывшего Петровского училища, которое однако требовало значительного ремонта6.

С курсами M. Г. Крымов был связан по март 1919 г. Затем непродолжительное время командовал Отдельной Татарской стрелковой бригадой.

6 апреля в газете «Кызыл Армия» вместе с Ш. Усмановым он публикует воззвание «Свободолюбивые татарские джигиты — под красное знамя». В нем руководители формируемой бригады призывали бывших офицеров и писарей на службу в штаб бригады, телеграфистов, телефонистов, саперов, минометчиков, пулеметчиков, врачей, фельдшеров, сестер милосердия—на службу в полки и команды, агитаторов и инструкторов — на работу в политическом отделе бригады. В этом же номере газеты была опубликована редакционная статья «Татарская бригада», в которой сообщалось о ходе формирования части7.

С конца апреля 1919 г. по январь 1920 г. М. Г. Крымов служил помощником начальника оперативного отряда, начальника оперативного отдела и начальника штаба Укрепленного района, формировавшегося в Казани. Затем это последовательно было переименовано в Сарапульский, Челябинский, Акмолинский укрепрайон. Будучи в Челябинске, женился на Евгении Андреевне Павилонской.

В самом начале 1920-х гг. М. Г. Крымов исполнял обязанности начальника штаба 175-й и 103-й бригад.

С июня по сентябрь 1921 г. был старшим помощником начальника штаба Экспедиционного корпуса 5-й армии, руководившего операциями по ликвидации банд барона Унгерна8.

С октября 1921 по август 1926 г. М. Г. Крымов учился в Военной академии им. М. В. Фрунзе. Здесь он осваивал английский и турецкий языки и, по официальной версии, направлялся в распоряжение разведуправления штаба РККА. На самом деле, М. Г. Крымов почти пять лет находился в Турции и выполнял спецзадание9.

После зарубежной командировки следует непродолжительная служба в штабе Кавказской Краснознаменной Армии. С ноября 1932 г. по июль 1933 г. он вновь в Академии им. М. В. Фрунзе в качестве слушателя оперативного факультета, который окончил «весьма удовлетворительно»10.

В течение последующих полутора лет судьба М. Г. Крымова была связана с нашим городом. Здесь он занимал должность начальника штаба 1-й Казанской стрелковой дивизии, а также неоднократно временно исполнял обязанности начальника этого соединения".

В феврале 1935 г. М. Г. Крымов назначен помощником начальника штаба 19-го стрелкового корпуса. Однако прибыв к месту службы, получил новое направление— на этот раз в академию им. М. В. Фрунзе — руководить кафедрой общей тактики. Здесь в декабре 1935 г. ему присваивают звание полковника. Через три года М. Крымова понижают в должности до руководителя кабинета кафедры тактики первого курса, затем ассистента. В октябре 1938 г. М. Г. Крымов увольняется в запас12.

В начале 1939 г. его принимают на работу преподавателем военной кафедры Московского института стали им. И. В. Сталина. Одновременно он ведет занятия по военной подготовке в школах Москворецкого района. В том же году М. Г. Крымова исключают из рядов ВКП (б), в которых находился двадцать лет, «по мотивам обмана партии, выразившегося в несообщении парторганизации о расстреле отца»13.

В связи со своим увольнением из РККА М. Г. Крымов пишет письмо в Народный комиссариат обороны с просьбой о возвращении в ее ряды. В ответе, направленном ему центральной комиссией при Управлении по командному и начальствующему составу, говорилось: «Комиссия, учитывая необходимость накопления командиров запаса, решила оставить Вас в запасе с изменением пункта статьи увольнения. Решение комиссии утверждено заместителем народного комиссара обороны и приказом НКО № 04856 от 30 ноября 1939 г. изменен пункт статьи увольнения 43 «б» на 43 «а»14.

В октябре 1941 г., имея на руках мобилизационное предписание, М. Г. Крымов прибывает в Высший военный гидрометеорологический институт Красной Армии и зачисляется на должность старшего преподавателя общевойсковой тактики. В личном деле сохранились две его институтские характеристики. Одна написана начальником кафедры подполковником Опришко (19 сентября 1942 г.), а вторая — временно исполняющим обязанности военного комиссара ВВГМИ, батальонным комиссаром Сарычевым (21 сентября 1942 г.).

Приведем соответственно из них фрагменты. Фрагмент первый: «В Высшем военном гидрометеорологическом институте работал преподавателем с октября 1941 г. по сентябрь 1942 г. На этой работе показал себя грамотным и политически развитым командиром. Любит свое дело. За недостаточную дисциплинированность в работе имеет от начальника института два взыскания15. С товарищами не общителен, грубоват к подчиненным. Может быть использован на работе в тыловых частях»16. Фрагмент второй: «На этой работе показал себя грамотным и политически развитым командиром. В своей повседневной работе не смог сработаться с преподавательским составом, т. к. вместо терпеливой помощи и показа действовал окриком или нотациями. Свою же работу как преподаватель знает. С 1935 по 1938 г. был преподавателем в Военной Академии им. Фрунзе. В обучении слушателей добился неплохих результатов, но свой опыт работы другим передавал недостаточно умело.

Скрытен и упрям. Свои ошибки не признает. Мстителен и способен к очернению товарищей по работе, выставляя себя в выгодном свете, в силу чего создал вокруг себя нервную и недружелюбную обстановку. Пребывая в институте, старался не упоминать о причинах расстрела своего отца. В период с 1917 по 1918 г. состоял в партии левых эсеров, о чем также отмалчивался. В работе дисциплинирован.

Выводы: Должности ст[аршего] преподавателя в высшем учебном заведении не соответствует. Может быть использован в тыловых частях или в системе всеобуча»17.

Находясь в институте, М. Г. Крымов 23 февраля 1942 г. принял военную присягу18. В августе того же года его направляют в распоряжение отдела кадров Среднеазиатского военного округа «для прохождения дальнейшей службы». Однако здесь отказываются от него из-за «невозможности использовать, в округе на равнозначащей должности»19.

Наконец было решено отправить М. Г. Крымова в действующую армию. 6 октября 1942 г. он прибывает в г. Тамбов на должность заместителя командира 98-й стрелковой дивизии. Местом дислокации дивизии был определен Сталинград. Прослужил он в этой должности всего семь месяцев. В боевой характеристике от 2 февраля и 20 марта 1943 г., подписанной его непосредственным начальником полковником Серегиным, говорилось: «Тов. Крымов в занимаемой должности с октября 1942 г., до этого был преподавателем тактики в гражданском вузе. Будучи в 1937 г. уволен из рядов РККА, быстро утерял армейский уклад, а командный стаж его был слишком мал (после гражданской войны не командовал войсковыми частями). Оторванность его от полевых частей сказалось на его руководстве по обучению войск, где он потерял авторитет вследствие незнания боевых опытов частей.

Будучи в боевой обстановке растерялся и в 4[-м] с[трелковом] п[олку] допустил личную панику, чем окончательно подорвал веру в себя. Будучи посылаем в части, всегда блуждал, поручения не только не выполнял, но их путал, чем усложнял положение в руководстве. Авторитетом не пользуется. В общении с подчиненными вызывает конфликт. Личная военная грамотность теоретическая есть, но не соразмеряет с обстановкой вследствие неумения ее учитывать.

Вывод: Занимаемой должности не соответствует. Оставить в дальнейшем нет возможности, использовать возможно в запасных частях»20.

Ознакомившись со столь нелестной характеристикой, вышестоящее командование направляет М. Г. Крымова в распоряжение Военного Совета Южного фронта, который в апреле месяце решил использовать его на той же должности, но уже 387-й стрелковой дивизии. Но и здесь он не снискал себе славы. Вот что писал о нем в июне 1943 г. его начальник полковник Макерьев: «Партии Ленина-Сталина и Социалистической родине предан. Политически и морально устойчив. Общее и политическое развитие хорошее. Состояние здоровья не устойчивое.

Теоретически подготовлен очень хорошо, но в бою свои знания по своему укладу характера применить не может — в бою не решителен, не инициативен, страдает излишней осторожностью. Физическое напряжение переносит с трудом. Целесообразнее использовать на преподавательской работе в военно-учебных заведениях».

Данный вывод с добавлением: «на штабной работе» поддерживается командиром 37-го стрелкового корпуса генерал-майором Гороховым21.

Тем не менее М. Г. Крымов в действующей армии и с июня по август 1943 г. исполняет обязанности командира своей дивизии. Далее его перебрасывают на командование 127-й дивизией Южного фронта (с ноября 1943 г. — 1-й Украинский фронт), которая принимает участие в освобождении Донбасса, и показывает свои лучшие качества22. Доказательством является присвоение дивизии наименования «Чистяковская». Она за отличие отмечается в приказе Верховного Главнокомандующего от 4 сентября 1943 г. Сам М. Г. Крымов получает орден боевого Красного Знамени23. Здесь его принимают кандидатом в члены ВКП(б).

Казалось бы, все хорошо. И вдруг в декабре 1943 г. уже прославившегося комдива отстраняют от должности «за плохое руководство дивизией, за отсутствие заботы о быте и питании личного состава» и зачисляют в распоряжение Военного Совета 1-го Украинского фронта24.

Через два месяца М. Г. Крымова назначают исполняющим должность командира 38-й стрелковой дивизии, а с апреля 1944 г. — заместителем командира 232-й стрелковой Сумско-Киевской Краснознаменной ордена Богдана Хмельницкого и Суворова дивизии (2-й Украинский фронт) по строевой части.

В мае 1944 г. командир дивизии генерал-майор Козырь подписывает боевую характеристику на М. Г. Крымова: «На должность заместителя командира дивизии по строевой части прибыл 20 апреля 1944 г. За время службы в вверенной мне дивизии, в занимаемой должности ни в чем себя не проявил. Безынициативен, в работе вял и постоянно ждет приказа. Приказы выполняет вяло, всегда с некоторыми ирониями. К подчиненным относится безразлично, не требовательный. Характер очень слабый, но большого мнения о себе.

При наличии высшего образования, которое им закончено ни один раз, он мог бы этой должности соответствовать, но благодаря тому, что он преломить и приложить свои теоретические знания в практической работе не умеет, считаю — должности заместителя командира дивизии по строевой части не соответствует.

Вывод: Может быть использован на преподавательской работе или же на административной работе».

Данный вывод поддерживает командир 51-го стрелкового корпуса генерал-майор Любовцев. А вот командующий войсками 40-й армии Герой Советского Союза генерал-лейтенант Жмаченко и член Военного Совета армии генерал-майор Кулик были иного мнения. Они посчитали, что М. Г. Крымов «должности заместителя командира дивизии соответствует»25.

Оценка вышестоящего начальства не может быть проигнорирована. Видимо, не случайно, что через два месяца тот же генерал Козырь пишет, что если в начале «по прибытии в дивизию полковник Крымов недостаточно проявил себя как заместитель командира дивизии в связи с его переживаниями снятия с командования дивизией, то в настоящее время все недостатки полковник Крымов устранил и к работе относится добросовестно, к подчиненным требователен и настойчив, — характер недостаточно твердый.

В тактической обстановке разбирается хорошо, тактичен, грамотен, решения принимает правильно, дисциплинирован, исполнителен, в общении с подчиненными культурен.

Делу партии Ленина-Сталина и социалистической родине предан, занимаемой должности соответствует».

Данная характеристика визируется как командиром корпуса, так и командармом26. М. Г. Крымов был награжден очередным орденом боевого Красного Знамени27.

В декабре его направляют в 206-ю стрелковую Корсуньскую Краснознаменную ордена Суворова, ордена Кутузова дивизию заместителем командира по строевой части (2-й Украинский фронт). Здесь М. Г. Крымов, как пишет командир дивизии полковник Дременков, «за короткое время пребывания в дивизии показал себя тактически грамотным, волевым командиром. Имеет боевой опыт в руководстве частями дивизии, всегда находится в боевых порядках и контролирует ход боевых действий, своевременно донося командованию дивизии обстановку.

Лично смел, дисциплинирован, требователен к себе и своим подчиненным. Авторитетом среди офицерского состава пользуется. Выдержан, морально устойчив. Делу партии Ленина-Сталина и социалистической родине предан.

Вывод: «Занимаемой должности соответствует»28. В феврале 1945 г. гвардии полковник М. Г. Крымов был награжден орденом Ле нина29.

Возможно, ко дню Победы он получил бы повышение по службе и очередное звание. К сожалению, 15 апреля 1945 г. М. Г. Крымов геройски погибает в бою на территории Чехословакии в Самборе30.

 I Курсы получили наименование "2-е советские мусульманские пехотные курсы командного состава". Рассчитаны они были на 300 курсантов.

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. ЦГА ИПД РТ, ф.ЗО, оп.З, д. 1652, л.54.
  2. Там же.
  3. Более подробно о деятельности М. Г. Крымова в 1918 см. статью «Октябрьский переворот в Челябинске и вооруженная борьба пролетариата на Урале», подготовленную им в Военной академии РККА им. М. В. Фрунзе 19 апреля 1937 г. См.: Объединенный государственный архив Челябинской области, ф.П-526, оп.2, д. 100, л.37-88; И. Г. Гиззатуллин. Защищая завоевания Октября. Центральная Мусульманская Военная коллегия. 1918-1920.-М., 1979; М. Гыбайдуллин. Революционер, хђрби ќитђкче // Казан утлары.-1967.-№ 9.-С.88-94.
  4. ЦГА ИПД РТ, ф.ЗО, оп.З, д. 1652, л.56.
  5. Там же, л.57.
  6. Там же.
  7. Там же, л. 17.
  8. Там же, л. 17, 24.
  9. Там же, л. 17.
  10. Там же, л.8.
  11. Там же, л.9,17.
  12. Там же, л. 17, 58.
  13. Там же, л. 13, 58.
  14. Там же, л. 13.
  15. Там же.
  16. Там же (первое взыскание было получено 13 марта, второе — 25 августа 1942 г.).
  17. Там же, л.42.
  18. Там же, л. 10.
  19. Там же, л.43, 44.
  20. Там же, л.48.
  21. Твои освободители, Донбасс-Донецк, 1973.-С.286-290.
  22. Там же.-С.356-358; ЦГА ИПД РТ, ф.ЗО, оп.З, д. 1652, л. 17.
  23. Там же, л. 15.
  24. Там же, л. 19.
  25. Там же, л.22.
  26. Там же.
  27. Там же.
  28. Там же, л.60.
  29. М. Гыбайдуллин. Указ. соч.-С95.

ЦГА ИПД РТ, ф.ЗО, оп.З, д. 1652, л.19.

Яков Гришин,
доктор исторических наук,

Дамир Шарафутдинов,
 кандидат исторических наук