2003 3/4

Немецкие историки о битве на Калке

Битва на Калке, которой ныне исполнилось 780 лет, — одна из значительнейших битв в средневековой истории Восточной Европы1. В германской историографии этому сражению уделяется особое место. Из множества историографических сюжетов выделим несколько: цели монгольского похода, причины поражения русско-кипчакского войска, значение и последствия битвы для Руси.

Цели похода немецкие историки определяют по-разному, подчеркивая его или завоевательный, или разведывательный характер. Например, Ф. Шуселька пишет: «В 1223 г. Чингис-хан отдал приказ двум своим самым лучшим полководцам завоевать земли западного побережья Каспийского моря»2. Б. Шпулер и X. Рюсс полагают, что основной целью похода была разведка; кроме того, по мнению Б. Шпулера, он необходим был «для закрепления недавних завоеваний на Кавказе»3.

Что касается причин поражения союзного русско-кипчакского войска, то в их трактовке немецкими историками за последние два столетия произошли определенные изменения. Исследователи XIX в. в данной связи внимание прежде всего обращали на «трусливость» кипчаков, а также на поведение в битве галицкого князя Мстислава Удалого. Кроме этих главных причин, упоминались неучастие в битве владимирского князя Юрия Всеволодовича4, «бездействие» в сражении киевского князя Мстислава Романовича5, вероломное убийство монгольских послов6, «предательство» воеводы Пласкини7, численное превосходство монгол8. В XX в. кипчаки были «реабилитированы». Б. Шпулер считает, что причиной поражения явились распри среди русских князей9. Изменившиеся трактовки в наиболее полном виде сформулированы в работах Л. Рюля. В них речь идет об отсутствии в союзном войске единого командования и помощи Запада, отсталости военного искусства у русских, о численном и военном превосходстве монгол10.

В вопросе о последствиях и значении битвы на Калке немецкие историки единодушны. Русь не извлекла уроков из поражения, время было бездумно растрачено на междоусобицы, вместо того, чтобы подготовиться к обороне, — таков общий лейтмотив историографических оценок. По мнению И. Хаммера-Пургшталя и О. Хётча, с 1223 г. можно говорить о конце самостоятельности Руси11. Ф. Шуселька пишет, что русские «предались легкомысленному веселью, пренебрегая мерами обеспечения безопасности»12. По мнению X. Роскошны, победа монгол остановила русскую экспансию на Восток, казалось, что она станет концом всего Русского государства, из-за междоусобиц страна предстала перед нашествием Батыя гораздо более слабой, чем в 1223 г. Т. Шиман удивляется: «Странно, что это событие имело на Руси небольшой резонанс. Казалось, что скоро русские совсем забудут о враге»13. Б. Шпулер о ситуации на Руси замечает следующее: «Поражение, из которого не было ими сделано серьезных выводов, больше сравнивалось с прежними многочисленными столкновениями с тюркскими жителями Степи. Они не начали никакой подготовки к будущей обороне. Князья продолжали свои распри, как будто ничего не произошло»14. Аналогичную мысль проводит X. Рюсс: «Не было предпринято ни политических, ни военных мер для предотвращения нового нападения татар... Неспособность создать действенную оборону вытекала из распространенной недооценки татарского удара, рассматривавшегося как единичный эпизод»15. Геополитические последствия выделил Л.Рюль, указав, что поражение русско-кипчакского войска привело Киевскую Русь к закату и обособлению будущей Украины16. Ниже приводятся отрывки из книг немецких исследователей И. Хаммера-Пургшталя, О. Вольфа, Т. Шимана, Б. Шпулера, X. Рюсса и Л. Рюля, посвященные битве на Калке, в переводе автора публикации.

 

 ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. В российской историографии битву обычно датируют 31 мая 1223 г., в германской — 16 июня 1223 г. См.: J. Hammer-Purgstall. Geschichte der goldenen Horde in Kiptschak. Der Mongolen in Ru(5land.-Pesth,1840.-S.86; O. Wolff. Geschichte Mongolen oder Tataren besonders ihres Vordringes nach Europa, so wie ihrer Eroberungen und Einalle in diesem Welttheile.-Breslau,1872.-S.107; B. Spuler. Die Goldene Horde. Die Mongolen in Rutland. 1223-1502.-S.2; erweiterte Auflage.-Wiesbaden, 1965.-S. 12; исключением здесь является мнение X. Роскошны, который датирует битву 1224 г. См.: Н. Roskoschny. Die Wolga und ihre Zuflüsse. Geschichte, Etnographie, Hydro- und Orographie nebst Mitteilungen über das Klima des Wolgagebietes.-Leipzig,I'887'.-S.21'.
  2. F. Schuselka. Rupiand im Joche der Tataren, im Kampf gegen und um die Krim in Demüthigung und Übermuth gegen die Turkei.-Dresden,1854.-S.15.
  3. B. Spuler. O. a.-S.12; H. Rüss. Das Reich von Kiev // Handbuch der Geschichte Ruplands.-Bd.l.- Hbd. 1. Bis 1613. Von der Kiever Reichsbildung bis zum Moskauer Zartum. Hrsg. von Manfred Hellmann.-Stuttgart,1981.-S.352.
  4. F. Schuselka. O. a.-S.23-24; O. Wolff. O. a.-S.109.
  5. Он же. О. a.-S.21-22.
  6. F. von Erdmann. Temudschin der Unerschütterliche.-Leipzig,1862.-S.435.
  7. F. Schuselka. O. a.-S.23; O. Wolff. O. a.-S.109.
  8. О. Вольф оценивает численность монгольского войска в 200 тыс. воинов, см.: О. Wolff. О. а.-S.108.
  9. В. Spuler. Die Aussenpolitik der Goldenen Horde. Die Horde als Gro|3macht in Osteuropa und Vorderasien // JGO.-1940.-Heft 1-2.-S.4-5; Он же. Die Goldene Horde...-S.13.
  10. L. Rühl. Aufstieg und Niedergang des Russischen Reiches: Der Weg eines tausendjâhrigen Staates.- Stuttgart,1992.-S.24.
  11. J. Hammer-Purgstall. O. a.-S.88; O. Hoetzsch. Grundzüge der Geschichte Ru(31ands.-Stuttgart,1949.- S.35.
  12. F. Schuselka. O. a.-S.25.
  13. T. Schiemann. Geschichte Rupiands, Polens und Livlands bis zum 17 Jahrhundert.-Bd.l.-B.,1886.- S.160.
  14. B. Spuler. Die Aussenpolitik der Goldenen Horde...-S.5.
  15. H. Rüss. O. a.-S.353.
  16. L. Rühl. O. a.-S.24.

Из книги Йозефа Хаммера фон Пургшталя

«ИСТОРИЯ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ В КИПЧАКЕ. МОНГОЛЫ НА РУСИ»

[...] Так как весь поход продолжался только три года, то и битва на Калке могла состояться только в следующем [1223] году, и не 31 мая, а 16 июня, если это действительно была пятница, как указывает Татищев. [...] Монголы преследовали половцев до Половецкого вала, Азовского моря и Крыма, где монголы захватили Судак, и после того, как они покорили семь народов азовского побережья, они повернули на Русь. Котян (Kotjak), князь половцев, искал помощи у Мстислава Галицкого, своего тестя1. Он, скорее смелый, чем умный князь, созвал в Киев для совещания князей Чернигова, Киева, Волыни и Новгорода, где поставил вопрос о необходимости оказания помощи половцам для того, чтобы в случае поражения последних не стать жертвой монголов. Русское войско стояло у Днепра при Сарубе (Sarub), когда появились десять послов монголов, чтобы отговорить русских князей от оказания помощи половцам, как ранее они отсоветовали последним поддержать аланов. «Не на вашу страну, - говорили они, - мы напали, а на половцев, чтобы наказать этих наших рабов и конюхов». Пренебрегая международным правом, послы были убиты. Через семнадцать дней после этого, когда русское войско стояло на берегах Днепра у Олешья, вторично появились послы монголов, которые, узнав от половцев об убийстве первых послов, возложили всю вину на русских. [...]

Русское войско расположилось на правом берегу Днепра. Мстислав Мстиславович переправился с десятью тысячью всадников через Днепр и ударил по татарам, предводитель которых - Хамабег (Hamabeg), сначала скрылся за курганами [...], а затем был обнаружен половцами и, с разрешения Мстислава, казнен. Гордая только за этот первый успех, вся русская армия переправилась через Днепр и девять дней двигалась к реке Калке (сейчас Калеца Екатеринославской губернии, недалеко от Мариуполя). После того как Мстислав Галицкий расположил свое войско на левом берегу Калки, он приказал наступать Йаруму (Jarum) - командующему половцев, и Даниилу с русской личной дружиной. Даниил и Олег Курский бросились в самую гущу врагов, но трусливые половцы, от удара монгол привели боевые ряды и удаленный лагерь в беспорядок, где оба Мстислава, Киевский и Черниговский, еще не были готовы к битве, так как галицкий князь, не желавшей делиться славой победителя, не оповестил их о начавшейся битве. Монголы преследовали бегущую русскую армию. Шесть князей, 70 самых смелых рыцарей были убиты, только от Киева пало десять тысяч, спаслась едва ли десятая часть войска. Русских грабили и убивали их же собственные союзники, половцы. Тем временем Мстислав Романович Киевский стоял еще на берегу Калки в укрепленном лагере; три дня монголы штурмовали его без успеха, и, в конце концов, предложили свободный выход за выкуп. Но один воевода вспомогательных войск, состоявший на службе у монголов, предал князей своего народа и выдал связанного Мстислава с его обоими зятьями в руки монголов. Монголы, разгневанные мужественным сопротивлением, казнили русских, троих князей задушили под досками, на которых совершили победную трапезу [...]. Ужасный символ господства монголов, он отныне два столетия с помощью тирании душил князей и народ, самостоятельность Руси была вздернута на виселице. [...]

 

J. Hammer-Purgstall. Geschichte der goldenen Horde in Kiptschak. Der Mongolen in Rupiand.-

Pesth,1840.-S.86-89.

 

Из книги Отто Вольфа

«ИСТОРИЯ МОНГОЛОВ ИЛИ ТАТАР»

 

[...] Когда татары узнали о приготовлениях русских, они послали десять послов в их лагерь, которые объяснили князю, что их народ никогда не причинял русским какого-либо вреда, а собирается лишь наказать половцев, которых они называли своими рабами и челядью, которые с древних времен были врагами русских, было бы хорошим делом объединиться с татарами, чтобы разграбить и уничтожить этих злодеев.

Русские посчитали это миролюбивое предложение за трусость или коварство, так как они уже знали об их обмане подобным способом половцев на Кавказе, что никакое обещание татарами не держится, и поэтому половцы и Мстислав легко склонились к убийству послов, что стало причиной беспощадной мести татар Руси. [...]

Когда русское войско выросло до 82 тысяч воинов, Мстислав с 10 тысячью всадников переправился через реку, разбил авангард татарской армии, а его командира Хамабека (Hamabek), спрятавшегося в пещере под курганом, велел половцам поймать и казнить. [...] Татары намеренно медленно удалялись в степи, русские следовали за ними девять дней (по Абуль-Гази - десять, по Рашид ад-Дину - двенадцать) до реки Калки, теперь Калеца. Здесь произошла битва, по Карамзину и его многим последователям - 31 мая 1224, по Хаммеру ([Hammer-Purgstall J.] Geschichte der goldenen Horde [in Kiptscak. Der Mongolen in Rupland.-Pesth,1840.]-S.86.) - 16 июня 1223, с которым мы также по многим причинам согласны, так как Татищев ([В. Н. Татищев.] История Российская.-[М..1774.-Т.З.]-С.440) указывает, что битва произошла в пятницу в начале июня. Русские должны были выступить двумя колоннами. Мстислав Киевский, Мстислав Черниговский и другие князья находились на значительном расстоянии от колонны армии Мстислава Галицкого и лежащего севернее Азовского моря на каменистом берегу реки современного городка Мариуполя и еще не заняли укрепленный лагерь. Тогда как Мстислав Галицкий, наивно уверенный в победе, решил единолично, без уведомления остальных о начале битвы, начать сражение, jaK как не хотел ни с кем делить славу победителя. Он приказал полководцу половцев Йаруму (Jerun), Даниилу Владимирскому и Курскому перейти реку и напасть на татар, так как он, наверное, заметил, что они снаряжались к битве, чтобы использовать неумную разобщенность русского войска. Доблестный Даниил с мужественной отвагой атаковал врагов, которых должно было насчитываться 200 тысяч воинов, дезорганизовал их и причинил им такой урон, что они уже начали отступать, как вдруг трусливые половцы обратились в бегство, бросились на русских, приведя их в беспорядок, таким образом, что русские не только не смогли более противостоять последовавшему после этого натиску врага, но и пришли в ужасное всеобщее замешательство. Мужественное сопротивление, которое оказывали отдельные русские отряды, послужило только тому, что сделало поражение еще большим; погибло 6 князей, 70 благородных людей и 9/10 всего войска. Трусливые, изменчивые половцы - причина этой войны и поражения, показали свой недостойный характер в том, что они с издевкой убивали бегущих русских, для того, чтобы завладеть их лошадьми и оружием, тем самым делая ужасное поражение еще более кровавым. В это время Мстислав Киевский и Мстислав Черниговский еще не знали о начале битвы, как вдруг татары атаковали укрепленный лагерь. Трое суток татары безрезультатно штурмовали лагерь, несмотря на усталость и тяжелые потери, тогда они предложили свободно уйти за выкуп. Когда же русские приняли предложение и покинули свои земляные укрепления, князья были схвачены выродившимся русским по имени Пласкиня, который был проводником легких подразделений на службе у татар, отряды русских были окружены и уничтожены; только из Киевской области пало 10 600 воинов.

Мстислав Старый, великий князь киевский и оба его зятя, князья Андрей и Александр [...], были задушены под досками, на которых татарские военачальники совершили победную трапезу. [...] Теперь вся Русь была беззащитна перед беграничной яростью татар, ничто не могло ее умалить, даже если бы жители городов прибыли к ним, неся крест, моля о пощаде, или если они без всякого сопротивления открыли бы им ворота, татары разграбили бы города, без различия возраста, состояния и пола убили бы [жителей], [а] их дома были бы преданы огню. Единственным князем, который смог бы противостоять варварам, был великий князь Юрий Владимирский или Суздальский. Однако его слишком поздно призвали [в Киев на сбор русского войска], хотя он отправил под руководством своего племянника Василия Константиновича Ростовского вспомогательное войско, но когда этот князь достиг Чернигова, уже стал известен несчастный исход битвы при Калке, после чего он сразу повернул в Ростов, так как он не мог решиться без большого подкрепления выступить против всей армии татар. Огромный страх охватил всю Русь, ожидая близкого конца, весь народ со всех мест спешил в церкви, где он день и ночь настойчиво молил небо о спасении. И Господь милостиво предотвратил и на этот раз гибель от самого большого, вселяющего ужас государства. После того, как татары продвинулись на север до Днепра, до Чернигова и Новгород-Северского, грабя, паля и сжигая, в начале осени они медленно повернули назад в области половцев, зимой - к Дону и Волге. [...]

О. Wolff. Geschichte Mongolen öder Tataren besonders ihres Vordringes nach Europa, so wie ihrer

Eroberungen und Einâlle in diesem Welttheile.-Breslau,1872.-S.106-109.

 

Из книги Теодора Шимана

«ИСТОРИЯ РОССИИ, ПОЛЬШИ И ЛИВОНИИ ДО XVII СТОЛЕТИЯ»

[...] Русь пришла в движение. Нельзя было игнорировать того, что новые соседи были опаснее, чем побежденные ими половцы. Слух принес на Русь [весть] лишь о части того, что натворил Чингис-хан (Dschingiskhan) и его подданные, и кажется, всем должно было быть ясно, что предстояла борьба не на жизнь, а на смерть. [...] Съезд князей в Киеве решил выступить в поход и, когда послы монголов дерзко предложили совместно с ними напасть на половцев, они, несмотря на международное право, были казнены. Тогда второе посольство объявило войну.

Конечно же, 82 тысячи вышедших против врага воинов были той вооруженной силой, которую Русь давно не видела. Нужно также обратить внимание на то, что положение монгольского войска под командованием Джэбэ (Tschepe) и Субэдэ (Subutai) было в том смысле тяжелым, что не имело надежного пути отступления. Хотя народы обеих сторон Кавказа были существенно ослаблены, но все же не уничтожены; если бы монголы потерпели поражение, то, без сомнения, дорога сюда им была бы закрыта. [...]

Русские решили упредить врага и напасть на их лагерь. Мстислав с 10 тысячами отборного войска уничтожил один отряд отступающих монголов. Его уверенность росла. Затем основная часть русского войска переправилась через Днепр и 12 дней без отдыха преследовала врага. После чего он 16 июня 1223 г. внезапно остановился на берегах Калки для решающего сражения. Обе стороны сражались с безмерной храбростью несколько дней, пока, наконец, победа не досталась монголам. Ненадежных половцев охватила паника, вследствие чего русские были вынуждены отступить. Их отступление перешло в дикое, гибельное бегство. Лишь Мстислав Киевский, которого монголы осаждали безрезультатно три дня, еще держался в своем укрепленном лагере у Калки. Монголы предложили мужественным храбрецам свободно уйти, и, как это часто бывало, они не выполнили договора, напав на них. Из-за предательства Мстислав со своими обоими зятьями попал в руки монголов. В ярости из-за длительного сопротивления монголы задушили князей под досками, на которых пировали победу. [...]

Странно, что это событие имело на Руси небольшой резонанс. Казалось, что скоро русские совсем забудут о враге, летописи лишь сухо сообщают: «Про этих злых татар мы не знаем, ни откуда они пришли, ни куда исчезли».

Чингис-хан сам вызвал своих полководцев для проведения большого съезда по поводу будущих действий. [...]

Т. Schiemann. Geschichte Rupiands, Polens und Livlands bis zum

17 Jahrhundert.-Bd. 1 .-Berlin, 1886.-S. 158-160.

 

Из книги Бертольда Шпулера

«ЗОЛОТАЯ ОРДА. МОНГОЛЫ В РОССИИ»2

[...] Основание государства Золотая Орда в Кипчакской степи (так назывались на Востоке с древности области севернее и северо-восточнее Черного моря) принадлежит к концепции государства Чингис-хана (Ğingiz Hân), который, находясь в конфликте с правителем Ирана Хорезмшахом Мухаммедом II ибн Текешем (Hörizm-Sâh Muhammad ibn Tekes), дал приказ совершить первый разведывательный поход в эти области. [...] Это предприятие одновременно было призвано закрепить недавние завоевания на Кавказе. [...]

С подавлением куманов поход Субэдэ (Sübödâi) мог бы найти свое окончание, если бы вождь куманов Котян (Kotjan) не обратился с просьбой о помощи к своему зятю, галицкому князю Мстиславу Мстиславовичу Удалому, и другим русским князьям и не предупредил бы об угрожающей им опасности. Поэтому монгольские полководцы потребовали покорности и от русских. Русские вероломно убили иностранных послов, чем неизбежно вызвали на себя татарский поход возмездия.

Конечно, русские князья иногда терпели поражения от жителей Степи, так же, как и отражали натиск тамошних народов. Но до серьезной угрозы Русскому государству, в частности из Кавказа, дело еще никогда не доходило. Кто мог при этих обстоятельствах обвинить русских князей в том, что они занялись подготовкой без особой осторожности? В таких случаях, как и раньше, большинство князей объединялось для обороны, также и великий князь Владимирский выставлял вспомогательный отряд. Несмотря на небольшой первый успех у Половского кургана при переходе через Днепр, отдельные русские князья впали в распри, которые существенно ослабили боевую мощь всего войска. В этом состоянии, скорее всего в пятницу, 16 июня 1223 г. русские вступили в решающее сражение на Калке (теперь Калеца), притока впадающей у Таганрога в Азовское море реки Кальмиус. Русская армия была полностью разбита, многие князья попали в плен и были казнены.

Монголы довольствовались этим успехом, достигнув цели наказания союзников Хорезмшаха и их помощников. Субэдэ продвинулся до Новгорода Святопольского3 и повернул после карательного похода в страну волжских булгар, а затем назад, к основному войску Чингис-хана.

Такое поведение захватчиков, казалось, подтвердило практику, которая была у русских с народами Степи. Русь не подверглась никакой значительной угрозе. Таким образом, не шла какая-либо подготовка к будущему крупномасштабному нападению. Распри князей имели свое продолжение, словно ничего не произошло. Имя татар на годы исчезает из русских летописей. Только один князь, кажется, сделал серьезные выводы из события. Всеволод Мстиславович Смоленский (и Герцике (Gerzike) в Ливонии) вступил в контакт с немцами Риги и вместе с тем - с Западом, чтобы они обратили внимание на монгольскую опасность. [...]

В. Spuler. Die Goldene Horde. Die Mongolen in Rupland. 1223-1502.-S.2, erweiterte Auflage.-

Wiesbaden,1965.-S. 12-15.

 

Из книги Хартмута Рюсса

«КИЕВСКОЕ ГОСУДАРСТВО»

[...] Два монгольских военачальника Джэбэ (Ğâba) и Субэдэ (Sübödai) предприняли разведывательный поход из западной хорезмийской провинции Азербайджан на Северный Кавказ, столкнулись здесь с половцами и обрушились на Крым. Против неизвестного и вызывающего ужас врага половцы объединились с некоторыми князьями Южной Руси, но были разгромлены у Калки, притока Кальмиуса (1223). По не очень достоверным источникам, побежденные должны были оплакивать 70 тысяч погибших. Некоторые князья, среди которых был и великий князь киевский Мстислав Романович, простились с жизнью, другим с трудом удалось бежать. Победоносные монгольские отряды преследовали остатки войска вплоть до Днепра, но все же повернули, не достигнув Переяславля4, на северо-восток в сторону государства волжских булгар, здесь они не подвергли себя опасности столкновения из-за потерь, а также изможденности сил. На Руси тешили себя мыслью, что Бог послал это тяжелое испытание «за наши грехи», не было предпринято ни политических, ни военных мер для предотвращения нового нападения татар [...]. Неспособность создать действенную оборону вытекала из распространенной недооценки татарского удара, рассматривавшегося как единичный эпизод, тем более, что никто не знал ни «откуда они пришли», ни «куда они исчезли». [...]

Н. Rüss. Das Reich von Kiev // Handbuch der Geschichte Ruplands.-Bd. l.-Hbd 1. Bis 1613. Von der Kiever Reichsbildung bis zum Moskauer Zartum. Hrsg. von Manfred Hellmann.-Stuttgart,1981.- S.352-353.

 

Из книги Лотара Рюля

«ВЗЛЕТ И ПАДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ»

[...] Русские с куманами собрались на битву без единого военачальника численностью около 10 тысяч воинов. Встреча с монголами на Калке стала катастрофой для русских, которые нанесли удар, не дождавшись подкрепления с Запада. Русское войско было уничтожено, благодаря превосходству конных монголов в дальнобойности стрел [...].

Разгром на Калке показал низкий уровень военного искусства русских, их неспособность составить тактический план и подготовить поход. [...] Не хватило ни дальновидности, ни осторожности, они были в полном неведении об их новом враге, который уже разгромил, покорил либо рассеял грузин, осетин на Северном Кавказе и народы Степи. Это событие было больше чем поражение поспешно собранного войска против опытного, хорошо организованного, превосходящего в вооружении и численности врага. Оно стало причиной того, что с Киевом как с державой уже никто никогда больше не считался. Политическим следствием гибели двух князей [киевского и черниговского] стал альянс между их наследниками и великим князем Галицким. Этот вид конфедерации с помощью куманов отделил их от русского Севера, где господствовали Владимиро-Суздальское и Новгородское княжества. Этот раскол еще за 14 лет до монгольского нашествия показал различное развитие между русским Севером, Югом и Юго-Западом. В то время как Север, под длившимся около 240 лет татарским сюзеренитетом, выступил в виде ядра нового государственного образования вокруг Москвы, Суздаля, Владимира и Твери; Галиция, Волынь, а также старые крепости Киев, Чернигов и Смоленск должны были на западной границе с трудом сдерживать натиск Литвы и Польши (представителей латино-католической культуры), а вскоре и крымских татар, за которых вступалась Османская империя.

L. Rühl. Aufstieg und Niedergang des Russischen Reiches: Der Weg eines tausendjâhrigen Staates.- Stuttgart,1992.-S.24.

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. Галицкий князь Мстислав Мстиславович Удалой (ум. 1228) был зятем Котяна.
  2. Цитируется по второму дополненному изданию, первое издание вышло в Лейпциге в 1943 г.
  3. Имеется в виду Новгород-Северский, ныне на территории Черниговской области Украины.
  4. Имеется в виду Переяслав, ныне Переяслав-Хмельницкий Киевской области Украины.

Марат Гатин,
аспирант КГУ