2011 1/2

Перо! Открой — какой владеешь тайной…

Вот уже сто лет то утихает, то вспыхивает неожиданной силой, но никогда не угасает, интерес к творчеству Дэрдменда — классика татарской поэзии. Он оставил небольшое по объему, но яркое, глубокое по смыслу творческое наследие. Многие стихи Дэрдменда, порой вызывавшие разные толки, до сих пор поражают своей глубиной. Он жил в одно время с Габдуллой Тукаем, Маджитом Гафури, Сагитом Рамиевым и многими другими татарскими поэтами начала ХХ в., но разительно отличается и от них, и от современников тюркоязычной литературы того времени. Дэрдменд, скорее, татарский собрат русских поэтов Серебряного века, которых характеризовала, как точно отмечал Николай Бердяев, ярко выраженная «эстетическая чувствительность».
Дэрдменд (Рамиев Закир Мухаммедсадыкович) родился 23 ноября 1859 г. Литературную деятельность начал с перевода какого-то популярного в те годы французского романа, который сжег, устыдившись его вульгарности. Отдельные его стихи печатались в казанских газетах. При жизни он не издал ни одной своей книги, хотя имел для этого неограниченные возможности. Журналисту, поинтересовавшемуся почему поэт так поздно начал писать и публиковаться, он ответил, что много времени потратил на обеспечение своей материальной свободы, дабы иметь возможность достигнуть духовной. Он был одним из богатейших людей, владея со старшим братом Шакиром золотыми приисками на Урале. Часть полученной прибыли братья жертвовали на содержание учебных заведений, мечетей и на другие благотворительные цели. Братья Рамеевы учредили и издавали в Оренбурге популярные в свое время татарскую газету «Вакыт» и журнал «Шура». Именно в этих изданиях сначала редко, а со временем регулярно, стали появляться стихотворения за подписью «Дэрдменд». Редакция и автор тщательно оберегали тайну псевдонима. Свое творческое кредо, а также суть псевдонима, Дэрдменд обозначил в следующих строках:
 
Перо! Открой — какой владеешь тайной,
Суть быстротечной жизни начертай мне.
С бумагою дружна слеза твоя живая,
Поведай грусть свою, свои желанья.
 
У дедовских могил, душа моя, бессонно
Досадою отцов, их горечью дыши!
Здесь черная земля — вся из обид и стонов.
Чьи эти жертвы? Кто они — скажи?
(Перевод Н. Беляева).
Ни читатели, ни литературная общественность не догадывались о том, что под псевдонимом, означающим «печальный», выступает не литератор, а человек из предпринимательской среды.
Дэрдменд, очевидно, внимательно изучал реакцию на свои стихи читателей, писательских кругов и общества в целом. И только убедившись в том, что они восприняты публикой, встретившись с цитатами из своих стихов в произведениях других авторов, он снял завесу тайны со своего псевдонима.
Это были годы первой русской революции, когда кипели политические страсти, просочившиеся даже в литературу, в русскую и национальную. И на этом фоне стихи Дэрдменда обращают на себя внимание своей аполитичностью, философским спокойствием, таинственной, завораживающей недосказанностью.
В тоске я лежу порой,
Наполнен вселенскою тишиной,
Лишь эхо проносится над головой.
Я вопрошаю:
— Что это? Где это?
Воды бурлят вместо ответа,
Качается роща, шумит!..
(Перевод Л. Григорьевой).
Сердце поэта очень тонко реагировало на события бурного века, но не восторгами, а глубокими сомнениями, не стихотворной публицистикой, а поэтическими раздумьями о душе человека, о его судьбе в переломный период истории.
Некоторые критики склонны считать, что Дэрдменд в начале ХХ в. пребывал в состоянии растерянности, даже подавленности, и в доказательство цитируют стихотворение «Корабль»:
 
И день и ночь
Грохочет море,
А паруса рвет ветер злой.
Не превозмочь,
Не переспорить,
Несет корабль к земле чужой.
 
Волна нагрянет,
Ее кручина
Швырнет корабль страны родной.
Какая тянет
Нас пучина
И жертвы требует какой?
(Перевод М. Зарецкого).
 
В этом произведении некоторые усматривают фатализм, безысходность, порой даже неприятие поэтом перемен в жизни общества. Они постарались этот ярлык навесить на все творчество Дэрдменда, оценив всю его жизнь, как жизнь «эксплуататора народных масс», предав забвению имя поэта на долгий срок. Но стихотворение оказалось бессмертным, ибо оно вневременное и всеохватное. Разве не актуален сегодня вопрос: «Какая тянет нас пучина и жертвы требует какой?»
Творчество Дэрдменда говорит о том, что поэт, как и вся прогрессивная часть общества, ожидал светлых перемен, был готов пожертвовать ради этого даже жизнью.
 
За материнский, отцовский кров
И тысячу жизней отдать не жаль;
За край, в котором родился и рос,
Последней капли крови — не жаль.
(Перевод Н. Беляева).
 
В дни революции 1917 г. и в годы Гражданской войны, когда многие бежали из России, поэт остался на родине. Дэрдменд умер 9 октября 1921 г., не достигнув и 62 лет — голод и лишения подорвали здоровье некогда богатейшего человека России, добровольно отдавшего свои золотые прииски государству. Дэрдменд был истинным патриотом своей Родины, принявшим ее судьбу как свою.
В 2009 г. общественность отметила 150-летие со дня рождения поэта, а в 2011 г. — 90 лет со дня его смерти. Творческое наследие Дэрдменда по своему объему действительно невелико. Поэтому слухи о том, что часть его архива была в годы Гражданской войны увезена за рубеж, вызывают надежду и желание вести поиски в этом направлении — велик соблазн верить в то, что «рукописи не горят».
Ренат Харис