2011 1/2

«Ближе следить за ними, понимать и разделять их нужды» (Первый консул российского консульства в Джидде Шагимурад (Шагимардан) Мурясович Ибрагимов)

Одним из заметных событий в религиозной жизни российских мусульман стало открытие в 1891 г. консульства в Джидде. Это консульство стало центром организации паломничества к святым местам Мекки и Медины.
Следует заметить, что по целому ряду объективных причин проблема хаджа российских мусульман долгое время практически не регулировалась органами государственной властиI. Актуальность ей придало вхождение в состав России значительных территорий (Средняя Азия и Кавказ) с преимущественно мусульманским населением, сделавшее последователей этой религиозной традиции второй по численности конфессией в стране. В Департаменте духовных дел иностранных исповеданий МВД, Министерстве иностранных дел и генеральном консульстве в Константинополе в 1870-1880-х гг. развернулась активная дискуссия вокруг вопросов, связанных с хаджем российских мусульман. Она выявила общие недостатки в организации этой деятельности, главным из которых было признано отсутствие последовательной государственной поддержки паломников. Мусульманские подданные империи, уезжая на поклонение святым местам, попадали в сложные жизненные ситуации в незнакомой стране, подвергались опасности эпидемий, часто вспыхивавших в этом регионе. Они не всегда имели возможность обратиться за помощью к органам власти, получить правовое и финансовое содействие со стороны государства. Другим немаловажным недостатком в глазах администрации являлся слабый государственный контроль паломнического движения, вызывавший опасения, что во время хаджа богомольцы могут подвергаться «вредным влияниям» местных эмиссаров, «фанатизироваться» и «заражаться противогосударственными идеями».
В ходе разработки проекта нового консульства особое внимание было уделено личности его главы. Было признано важным назначение на эту должность последователя исламского вероучения. Это должно было показать мусульманам особое отношение к ним российского императора, чтобы повысить значение России в мусульманском мире. Выбор был сделан в пользу татарского дипломата и государственного деятеля, уроженца Оренбургской губернии, действительного статского советникаII Шагимурада (Шагимардана) Мурясовича Ибрагимова (1840-1891), много сделавшего для продвижения внешнеполитических интересов России в Казахской степи, Средней Азии и на мусульманском Востоке. Эта незаурядная фигура практически неизвестна современным исследователям.
Предлагаемые читателю материалы представлены краткой биографией Ш. М. Ибрагимова, составленной на основе его личного формулярного списка и разработанной для него доверительной инструкцией. Они раскрывают основные этапы жизни и деятельности первого российского консула в Джидде; цели открытия консульства; мотивы правительства, которыми оно руководствовалось при разработке этого проекта; предполагаемые формы государственного контроля и регулирования хаджа российских мусульман.
 
Краткая биография первого российского консула в Джидде Ш. М. ИбрагимоваIII.
Ш. М. Ибрагимов родился в 1840 г. в дворянской семье. Поступил на обучение в Сибирский кадетский корпус, но по просьбе матери и вследствие разрешения крпусного командира от 23 июня 1854 г. был уволен из заведения по семейным обстоятельствам. Происходя из знатного сибирского дворянского рода, Ш. М. Ибрагимов начал свою службу в 1856 г. в должности султанского письмоводителя Кокчетовского окружного приказа области сибирских киргизов (казахов). Указом Правительствующего Сената от 12 декабря 1851 г. произведен за выслугу лет в коллежские регистраторы, 2 июня 1864 г. — в губернские секретари. Приказом военного губернатора области сибирских киргизов от 21 августа 1863 г. прикомандирован к канцелярии военного губернатора и допущен учителем казахского языка в Омскую киргизскую (казахскую) школу, учрежденную при областном правлении. С 23 июля по 25 декабря 1865 г. работал в комиссии, назначенной в Казахские степи для изучения начал будущего управления краем.
30 ноября 1867 г. Ш. М. Ибрагимов был переведен на должность переводчика персидского и татарского языков в канцелярию туркестанского генерал-губернатора, генерал-адъютанта Константина Петровича фон Кауфмана. С 19 апреля по 9 июня 1868 г. участвовал в походе против Бухарского ханства и состоял личным переводчиком при командующем войсками. В ходе военных действий Ш. М. Ибрагимов проявил исключительную доблесть, участвовал в основных сражениях этой кампании: 1 мая при штурме Самаркандских высот, 28 мая при занятии с боя Самаркандских садов, 22 июня при перестрелке на Ката-кургане, 2 июня  на Зарабулакских высотах, 8 июня при вторичном взятии г. Самарканда. По представлению К. П. фон Кауфмана 1 мая 1868 г. он награжден орденом Св. Анны 4 степени, 2 июня орденом Св. Станислава 3 ст. с мечами, 23 ноября 1869 г. орденом Св. Анны 3 степени с мечами. Высочайшим приказом, состоявшимся 21 июня 1870 г., за выслугу лет произведен в коллежские секретари. В 1870 г. перемещен на должность переводчика маньчжурского и татарского языков при канцелярии туркестанского генерал-губернатора с окладом в 1 200 руб.
Наряду с государственной службой в Туркестане Ш. М. Ибрагимов занимался научной и общественной деятельностью, с 1870 г. являлся редактором приложений к «Туркестанским ведомостям» на тюркских языках. В 1871 г. произведен за выслугу лет в чин коллежского асессора, награжден орденом Св. Станислава 2 степени. В 1873 г. в должности переводчика при командующем войском действующего отряда участвовал в походе на Хиву. За отличие в военных действиях 9 января 1874 г. награжден орденом Св. Станислава 2 степени с мечами, 11 ноября 1879 г. произведен в надворные советники. Приказом по войскам Туркестанского округа от 9 августа 1875 г. назначен в число лиц Главной квартиры войск, действовавших против Кокандского ханства на должность переводчика при командующем войсками действующего отряда, за что в 1876 г. был награжден орденом Св. Владислава 4 степени с мечами и произведен в коллежские советники.
По распоряжению туркестанского генерал-губернатора 20 января 1877 г. назначен членом и переводчиком в следственную комиссию по делу о злоупотреблениях, обнаруженных в управлении Куралтинского уезда. С 17 августа 1878 г. состоял в должности старшего чиновника особых поручений при туркестанском генерал-губернаторе по дипломатической части. Высочайшим приказом о чинах гражданских военного ведомства 22 июля 1879 г. произведен за отличия по службе в статские советники. 28 сентября 1880 г. пожалован персидским шахом орденом Льва и Солнца 3 степени.
Приказом по военно-народному управлению Туркестанского генерал-губернаторства от 23 января 1881 г. назначен председателем комиссии для рассмотрения переводов на тюркские языки «Свода положений об общественном, податном и поземельном устройстве Ферганской области». 26 июня 1881 г. возглавил посольство, отправленное к бухарскому эмиру. 24 марта 1882 г. произведен в действительные статские советники. Высочайшим приказом о чинах гражданских военного ведомства, состоявшемся 29 августа 1882 г., уволен по прошению от службы с мундиром и удовлетворением на службе. 29 июня 1884 г. определен вновь на службу в распоряжение туркестанского генерал-губернатора с сохранением за ним получаемой пенсии из Государственного казначейства по 600 руб. в год. 10 января 1886 г. прикомандирован для занятий к путевой канцелярии туркестанского генерал-губернатора, находившейся в Санкт-Петербурге. Приказом по Туркестанскому краю от 17 февраля 1890 г. назначен на должность чиновника для усиления личного состава Главного управления Туркестанского края.
Из личной жизни Ш. М. Ибрагимова известно, что он был женат на дочери касимовского купца А. Бакиева Айше Камяль, с которой в 1880 г. был разведен. 14 февраля 1891 г. вторично вступил в брак с дочерью штабс-капитана А. Рахимова Хуни-Дурхан.
В 1890 г. начинается новый этап в его жизни и государственной деятельности. 1 июля он был переведен на службу в МИД, а 22 ноября назначен консулом в Джидде. Умер 10 июля 1891 г.
 
Доверительная инструкция д[ействительному] с[татскому]
с[оветнику] Ибрагимову
13 мая 1891 г.
Константинополь.
№ 301
Доверие Императорского правительства призвало Вас к исполнению обязанностей консула в ДжеддеIV, причем на Вас возложено и открытие этого нового поста.
Цель его учреждения состоит преимущественно в покровительстве нашим паломникам, ежегодно в значительном числе отправляющимся на поклонение мусульманским святыням в Мекку и Медину. Для сего и было приказаноV полезным иметь в главном пункте, откуда отправляются поклонники русского представителя мусульманского вероисповедания, как имеющего возможность ближе следить за ними, понимать и разделять их нужды, состоя с ними и в наиболее близких сношениях.
Формальная сторона Ваших сношений с поклонниками разъяснена Вам отдельными указаниями как в смысле общих прав и обязанностей Ваших относительно русских подданных, так и по частным вопросам, возбужденным Вашим Превосходительством и требовавшим особых наставлений. К сему прилагаются правила, выработанные в посольстве для руководства в сношениях наших консульств с мусульманскими паломниками.
Представляя себе представить эти правила на утверждение высшего начальства, для придания им более обстоятельного характера, я прошу Вас пока ограничиться принятием их к собственному руководству и приглашением поклонников к их соблюдению. Мне остается, следовательно, в этом отношении лишь обратить Ваше внимание на необходимость общего наблюдения за хаджем, т. е. за его влиянием на наших поданных; за стремлениями, преследуемыми в сношениях с ними местного духовенства; и в особенности на воздействие на них крайних, часто недобросовестных фанатиков, отправляющихся для их сманивания в Россию, а равно и сопровождающих их во время прохождения ими хаджа. Вам, без сомнения, представлено будет, по ознакомлении с подробностями этих недобросовестных происков, сделать представление в посольство относительно средств к ограждению от них наших подданных и к подчинению последних Вашему законному и покровительственному влиянию. При этом особое внимание Ваше должно будет быть обращено на русских же подданных, оставшихся после поклонения святыням в Аравии на жительстве, как там, так и на пути прохождения поклонников, и занимающихся теперь заманиванием и собиранием своих соотечественников, на счет которых они наживаются. При этом Вы не должны терять из виду, что нашим покровительством пользуются не только русско-подданные, но и уроженцы среднеазиатских ханств, обращающиеся за своими нуждами к России. Совершенно иначе должны Вы, однако, относиться к довольно многочисленным политическим выходцам из наших пределов и из дружественных нам ханств Средней Азии, проживающих в ХеджазеVI, стараясь следить за их действиями и образом мыслей. Вы отнюдь не должны входить с ними в близкие сношения. Хотя некоторые из них будут, быть может, искать сближения с Вами, или даже вашего покровительства, дабы поднять свое значение в глазах своих соотечественников и тем вернее вести свои подкопы под существующий на родине порядок вещей.
Для уяснения себе в подробности нужд и требований поклонников Вам важно будет ознакомиться с путями их следования и стараться установить статистические данные о их числе, месте прохождения и направления в Мекку через различные местности. Внимание Ваше, естественно, будет обращено при этом на ближайший к Медине порт Ямбо, а равно и на Персидский залив, через которые пребывает и отправляется довольно многочисленная часть паломников. Если бы Вы признали затем нужным назначение в некоторые наиболее важные пункты агентов, то Вы имеете сделать о том представление императорскому правительству, руководствуясь в выборе лиц для этих должностей [с] крайней осторожностью. То, что сообщено выше о настроении русских и среднеазиатских поклонников, должно, естественно, быть распространено и на мусульманское паломничество вообще. Вам важно знать, какое влияние имеет поездка в Мекку и Медину на миросозерцание мусульманских народов вообще, в особенности паломническое; а также и какое значение имеет при этом для них принадлежащее султану звание халифа, т. е. вождя правоверных; до какой степени почитается он в различных средах мусульман нетурецко-подданных, особенно же русских; а также какой вес имеет и приобретает в их глазах его политическое положение, как владетеля, принадлежащего к составу европейских государств империи. Вам легко понять будет, сколь большой интерес представляет для нас это последнее обстоятельство.
В непосредственной связи с этим вопросом стоит и общий размер власти султана в Аравии и смежных с нею землях. За отдаленностью этих местностей от Европы, затруднительного проживания в них и исключительною обособленностью их политического и общественного строя, они весьма мало знакомы Европе. Вам, как мусульманину, могущему иметь туда доступ и завязать там связи, возможно, ознакомиться с условиями тамошнего быта и представить консульству ценные о них сведения.
Я не сомневаюсь, однако, что Вы будете руководствоваться при этом крайней осторожностью, дабы отнюдь не сделаться предметом наветовVII опасных и ловких интриганов или не возбудить несбыточных надежд в среде населения, хотя имеющего часто трудное и неблагоприятное существование, но поставленного своим географическим положением и историческим прошлым в невозможность разом выйти из условий государственной жизни, в которую их ставит зависимость от Турции.
При этом я должен поручить Вашему особенному вниманию в этих местах Англию. Пользуясь хаджами как средством для сближения своих мухаммеданских подданных с арабами и приобретая ч[е]рез них в их среде и на их начальство обаяние для себя, великобританское правительство, господствуя в Египте, старается подчинить своему влиянию и принадлежавшие Египетскому халифату святые места ислама. В наших видах не может лежать подобное увеличение значения Англии в мусульманском мире и на Востоке, вообще. А потому и Вам следует, при имеющихся, несомненно, представляющихся случаях выставлять как благорасположение, выказываемое к исламу русским государем и его правительством, так и желание наше сохранить в среде мусульманского мира настоящий, наиболее соответствующий его нуждам строй, доколе сам султан, как вождь правоверных, будет с[о] своей стороны ценить дружбу русского царя и относиться к нему с доверием и откровенной преданностью верного союзника. Между соседними с Хеджазом и ЙеменомVIII странами, наблюдение за положением коих тоже входят в круг Вашей деятельности, одно из наиболее важных мест должен занимать НедждIX, где стараниями Англии утверждается и поддерживается почти неподконтрольная султану династия Рашидов. В еще большей зависимости от Англии находятся так называемые владения Маскатского и Оманского султанаX, ровно и других побережных владений. Не имея возможности установить с ними непосредственных отношений, Вы можете, однако, пользуясь пребывающими оттуда на поклонение влиятельными лицами, ознакомиться постепенно с ними, приобрести среди них доверие и уважение и заручиться некоторым влиянием. Подобные связи могли бы служить к ослаблению, с одной стороны, всемерного в этих местах обаяния англичан, с другой — к приобретению для себя этим путем воздействия, на строящегося к утверждению и даже расширению там своей власти султана турецкого, коего дружба нам всегда желательна при могущих возникнуть на Востоке усложнениях.
Я должен в заключение указать Вам лишь на необходимость обратить внимание на условия торговли вообще и русской, в особенности, в пределах вверенного Вашему наблюдению края и соседних с ним земель. Изучив нужды местного населения и источники их удовлетворения, Вы будете в состоянии представить императорскому правительству веские соображения касательно развития нашего там сбыта и установления наших торговых сношений, служащих, как Вам известно, в наш век одним из главных проводников политического влияния.
Заметим, поручая Вам стремиться особенно к усилению и поддержанию наилучших сношений с местными властями, при содействии коих Вы вернее всего в состоянии будете исполнять Ваши обязанности и защищать порученные Вам интересы, я не сомневаюсь, что при глубокой и многосторонней Вашей опытности и преданности долгу, Вы вполне успеете в исполнении возложенных на вас обязанностей и тем оправдаете доверие Государя Императора.
 НелидовXI.
 
АВПРИ, ф. 149, оп. 502-1 (старый), д. 3312, л. 4-13 об. Копия.
 
Публикацию подготовил
Радик Исхаков,
кандидат исторических наук


I. Впервые вопрос о хадже российских мусульман был поднят в органах государственной власти в 1742 г. в связи с запросом астраханского губернатора В. Н. Татищева (Архив внешней политики Российской империи историко-документального департамента МИД РФ (АВПРИ), ф. 131, Татарские дела 1742 г., д. 2). В 1744 г. на челобитье «казанских ясашных татар» о дозволении им совершить паломничество к святым местам и торговой деятельности в Константинополе Правительствующий Сенат ответил отказом, предписав астраханскому губернатору не отпускать впредь подданных Российской державы в Мекку (АВПРИ, ф. 131, Татарские дела 1744 г., д. 1). Лишь в 1803 г. император Александр I указом от 23 марта 1803 г. велел оренбургскому военному губернатору В. М. Бахметьеву дозволить проживающим в России бухарцам совершать хадж, что законодательно закрепило право российских мусульман на совершение паломничества (Полное собрание законов Российской империи. – СПб., 1830. – Собрание 1-е. – Т. XXVII. – № 20681. – С. 309).
II. Чин действительного статского советника в соответствии с «Табелью о рангах» являлся гражданским чином 4 ранга, позволявшим замещать должности начальника департамента, губернатора, градоначальника, приравнивался к военному званию генерал-майор.
III.  Биография Ш. М. Ибрагимова составлена на основе «Формулярного списка бывшего консула Российско[го] императорского в Джидде д[ействительного] с[татского] с[оветника] Шагимурада (Шагимардана) Мурясовича Ибрагимова» // АВПРИ, ф. 159, оп. 464, д. 1473, л. 1-19 об.
IV. Имеется в виду г. Джидда, расположенная в западной части Аравийского полуострова (здесь и далее подстрочные примечания автора вступительной статьи).
V. Возможно, здесь переписчик допустил ошибку, написав вместо «признано» — «приказано».
VI.  Хеджаз — область в центральной части Аравийского полуострова.
VII. Навет (устар.) — ложное обвинение, клевета.
VIII. Йемен — район в южной части Аравийского полуострова.
IX. Неджд — провинция в Саудовской Аравии. В XVIII в. являлась основным центром движения ваххабитов, создавших здесь теократическое государство Недждский эмират.
X. Государство, существовавшее на севере Аравийского полуострова в XVII — начале ХХ вв.
XI. Инструкция составлена известным русским дипломатом, российским генеральным консулом в Константинополе, действительным статским советником Александром Ивановичем Нелидовым (1835-1910).