2001 3/4

Казанский университет в начале ХХ века

Казанский университет вступал в новый век, только что, пережив последствия студенческой сходки 1899 года и готовясь к своему 100-летнему юбилею. Заслуженный профессор университета Н.П.Загоскин (1851-1912) посвятил этому событию свой 4-х томный труд “История Императорского Казанского университета за первые сто лет его существования. 1804-1904”. Во введении к первому тому он выражал уверенность, что подобные празднования “обогатят отечественную литературу новыми трудами по истории русских университетов”. К сожалению, исследование было доведено автором только до 1827 года1.
В 1901 году Министерство просвещения рекомендовало университетам пересмотреть свои уставы и штаты. Комиссия, созданная в Казанском университете под председательством профессора Н.Ф.Высоцкого, предложила либерализовать устав 1884 года: выбирать ректора и деканов, подчинить университет напрямую министерству, минуя руководство Казанского учебного округа, дать право совету университета выбирать и увольнять профессоров, разрешить функционирование студенческих организаций, допустить женщин к слушанию университетских курсов и т.д. Комиссия продолжала свою работу по декабрь 1902 года. Ее “Труды” вышли в свет в 1903 году (пять томов). Однако утверждения предложений комиссии со стороны Министерства просвещения тогда не последовало. Это произошло лишь под влиянием революции 1905 года2.
Количество студентов в Казанском университете в начале ХХ века было следующим: 1900 год – 880, 1902 год – 873, 1903 год – 968 человек. В 1905 году из 1255 обучающихся 441 человек приходился на медицинский факультет, 333 - на юридический, 400 - на физико-математический и 81 - на историко-филологический. Социальный состав студентов выглядел следующим образом: дети дворян и чиновников в 1903 году – 507, в 1905 году – 639; мещан и разночинцев в 1903 году – 233, в 1905 году – 301; почетных граждан и купцов в 1903 году – 101, в 1905 году – 120; духовенства в 1903 году – 57, в 1905 году – 84; крестьян в 1903 году – 64, в 1905 году – 107 человек.
В начале ХХ века Россия переживала потрясение за потрясением: русско-японская война, революция 1905-1907 годов, первая мировая война, Февраль и Октябрь 1917 года – все это не могло не отразиться на развитии науки. Вместе с тем, как показывает практика, подготовка к войне и сами военные действия стимулируют развитие прикладных исследований и медицины, а время революционных потрясений привлекает внимание представителей общественных наук. Одним из подтверждений роста интереса к науке в рассматриваемый период могут служить данные по поступлению книг в научную библиотеку университета. На 1 января 1904 года в ней имелось 228 392 тома, к 1 января 1909 года поступило еще 43 727 томов; к 1 января 1914 года – 37 817 томов; к 1 января 1919 года – 557 томов.
Ученые Казанского университета достаточно активно участвовали в развитии как теоретических, так и практических отраслей знаний. Например, обсерватория университета, кроме обслуживания нужд преподавания и ведения научно-исследовательской работы, проводила непрерывные метеорологические, магнитные и другие геофизические наблюдения. В обсерватории находилась метеорологическая сеть востока России, содержавшаяся на средства Казанского и Уфимского земств, в ведение которых она была передана в 1909 году. В 1903-1907 годах обсерватория участвовала в международных исследованиях верхних слоев атмосферы.
Именно к этому времени относится и перенос магнитного отделения обсерватории за город, где в новых условиях с 1915 года профессор В.А.Ульянин разрабатывал и проверял новые электрические способы определения элементов земного магнетизма.
Ученые геологической кафедры занимались проблемами геологии и палеонтологии восточной полосы Европейской России, в частности, обширной области Западного Приуралья, Прикамья и Среднего Поволжья. Кроме того они являлись консультантами по вопросам водоснабжения, железнодорожного и других видов строительства.
Большое научное и прикладное значение имела деятельность сотрудников кафедры минералогии.
Широкую известность в мире приобрела кафедра чистой математики. На Казанский университет были возложены обязанности культуры геометрии, в особенности неэвклидовой.
Активно действовал ботанический кабинет, который изучал растительность Казанской губернии и ее связи с почвенным покровом и другими факторами, разрабатывая при этом новые методики исследования.
Настоящей научной школой морфологии беспозвоночных животных стал зоотомический кабинет.
Интересные исследования по различным вопросам зоологии проводились учеными зоологического кабинета, особенно профессором А.А.Остроумовым.
Одним из мировых центров развития химической мысли являлась лаборатория органической химии. Здесь в начале ХХ века очень плодотворно работал ученик А.М.Бутлерова А.М.Зайцев, в трудах которого получила дальнейшее развитие теория химического строения веществ.
Лаборатория неорганической химии занималась серьезными исследованиями, в частности в области соляных гидрантов.
На кафедре технологии и технической химии проводились классические исследования в области изучения оптических свойств органических соединений.
Большая работа по исследованию почв и удобрений велась на кафедре агрономии и агрономической химии.
В начале ХХ века активно формировалась коллекция этнографического музея.
Энгельгардтовская астрономическая лаборатория занималась исследованиями по меридианной астрономии, по наблюдению малых планет, комет и двойных звезд и по изучению вращательного движения Луны.
Большой вклад в развитие отечественной медицинской науки внесла факультетская терапевтическая клиника. В 1901- 1914 годах ее возглавлял профессор А.Н.Казем-Бек. Практически все клиники и кафедры медицинского факультета разрабатывали в начале ХХ века актуальнейшие вопросы медицины и здравоохранения. По сути, не было ни одной области медицины того времени, оставшейся вне поля зрения ученых университета, тесно связывающих теорию с практикой.
Часть студентов Казанского университета, а также отдельные преподаватели были отвлечены от своих непосредственных обязанностей участием в различных общественно-политических движениях и объединениях. С начала ХХ века этот процесс шел по нарастающей.
Если в университетском отчете за 1900-1901 учебный год говорилось, что “нарушений студентами их обязанностей по отношению к университету не было”, то уже в последующем картина резко меняется. Увеличение числа студенческих забастовок заставило правительство пойти на уступки. 22 декабря 1901 года были утверждены временные правила организации студенческих учреждений. Но пока совет университета образовывал комиссию для введения в действие временных правил, студенческие волнения приобретали все больший размах. В феврале 1902 года попечитель учебного округа и совет приняли решение о временном закрытии университета. Однако в действие оно не вступило, власти ограничились арестом зачинщиков выступлений. Эти события вызвали раскол в самой студенческой среде. Число настроенных лишь слегка оппозиционно уменьшается. Часть студентов охватывают революционные настроения, часть - вступает в борьбу с ними.
24 августа 1902 года вступили в действие новые студенческие правила, согласно которым были созданы институт кураторов и профессорский дисциплинарный суд. Последний рассматривал дела о нарушении порядка учащимися в здании университета, о столкновениях с преподавателями или другими должностными лицами. По новым студенческим правилам допускались курсовые собрания и назначение курсовых старост.
На ученом совете университета разгорелся спор о деятельности кураторов. Профессор В.Ф.Залеский видел в них своего рода инспекторов, пресекающих революционную пропаганду среди учащихся. Либеральные профессора Г.Ф.Шершеневич и М.Я.Капустин предлагали не торопиться, предварительно добиваться доверия со стороны студенчества.
Несмотря на временные уступки и послабления, в весеннем семестре 1902-1903 годов на 151 студента были наложены взыскания за произведенные беспорядки. Из них 43 человека были исключены из университета.
Начавшаяся русско-японская война еще больше поляризировала студенческую массу. Студенческие беспорядки 5 ноября 1904 года показали отдаленность профессуры от студенческого движения. Профессор Капустин тогда заметил, что существующий второй год дисциплинарный суд не решил ни одного дела. Ученый совет не счел возможным наказывать провинившихся. Все расследования и последующие решения проводились приказами ректора Д.И.Дубяго.
Январь 1905 года университет встретил ожиданием и подготовкой забастовки. В сложной ситуации оказался профессорско-преподавательский состав. С одной стороны, нельзя было допустить срыва занятий, с другой – нельзя было и проводить их. 24 января 1905 года свыше 30 профессоров подписали бумагу на имя попечителя с просьбой о временном прекращении занятий. Вечером их просьба была удовлетворена. 5 февраля был сорван совет. Выступая на нем, профессор Шершеневич обвинил ректора и администрацию в неспособности контролировать ситуацию. Он заявил, что университет – это профессора и студенты, и только в их единении кроется жизненная сила университета.
9 февраля совет обсуждал сообщение об участившихся избиениях студентов черносотенцами. Причем профессора юридического факультета провели самостоятельное расследование, и пришли к выводу о попустительстве хулиганам со стороны полиции. Совет университета обсуждал очень существенный вопрос о корнях проходивших беспорядков. Профессора спорили, истекают ли они из самих устоев университетской жизни или происходят из ситуации вне его. Естественно, большинство членов совета говорило о необходимости введения нового устава с полной автономией и свободой преподавания. Совет просил у правительства разрешить ему избрать ректора и проректора, а факультетам - деканов; представить советам право решать все учебные и студенческие дела; все дела о студенческих проступках передать профессорскому дисциплинарному суду с отменой особых полномочий ректора; подчинить инспекцию исключительно выборному ректору и т.д. 27 августа 1905 года были опубликованы “Временные правила”. Судя по их содержанию, большая часть требований советов университетов была удовлетворена.
В 1905 году начал активно действовать академический профессорский союз, призванный обеспечить академический быт на началах академической свободы и автономии. Наряду с этим казанская группа академического союза младших преподавателей требовала организации общественного контроля за действиями факультетских собраний и совета.
В 1905 году учебный год был объявлен, но из-за митингов долго не мог начаться. 28 сентября решением совета университет был закрыт до 6 октября. Члены совета просили студентов не превращать университет в арену политической борьбы. Одновременно профессора пришли к выводу, что без общей политической свободы организовать нормальное обучение невозможно. Сложные отношения студенчества с профессурой продолжались и в октябре 1905 года. Вместе с тем профессора вынуждены были не допускать разгрома студенческого движения правительством, иначе была бы уничтожена автономия университета. Разрешенные советом митинги во дворе университета полиция разгоняла, но в здание не заходила. 16 октября 1905 года вокруг него шли столкновения студентов с полицией, 17 октября совет закрывает университет. Весь день шли столкновения, из-за которых пострадало здание университета. 19 октября совет посылает телеграмму С.Ю.Витте с требованием назначить следствие и предать суду казанского губернатора.
Руководство университетом осуществлял особый комитет. Он был избран “в помощь правлению для охраны университета” в составе 5 профессоров, 5 младших преподавателей и 5 студентов. При обсуждении нового проекта устава университетов университетская комиссия во главе с профессором Н.Ф.Высоцким настаивала на автономности, свободе научного исследования и свободе преподавания.
Начало ХХ века выдалось трудным для Казанского университета. Стало ясно, что в академических стенах укрыться от общественной жизни невозможно. Вопрос свободы общества оказался теснейшим образом связанным с научно-исследовательской работой и преподаванием.

Примечания:
1. Загоскин Н.П. История Императорского Казанского университета за первые сто лет его существования. 1804-1904: В 4-х т. - Казань, 1902-1904. - Т. 1. - Т. 2. Ч. 2. (1814-1819) - Т. 3. Окон. Ч. 2 и Ч. 3. (1814-1819, 1819-1827) - Т. 4. Окон. Ч. 3 (1819-1827).
2. Корбут М.К. Казанский государственный университет имени В.И.Ульянова-Ленина за 125 лет. - 1930. - Т. 2. - С. 146-150. В состав комиссии входили профессора В.П.Васильев, Д.А.Гольдгаммер, Н.П.Загоскин, Д.Н.Зейлигер, Д.А.Корсаков, П.М.Леонтьев, И.Н.Смирнов, Г.Ф.Шершеневич, А.А.Штукенберг.

Александр Литвин,
кандидат исторических наук