2005 1

Первый Казанский уполномоченный Главархива

У истоков советского архивного строительства в Казанской губернии стоял профессор Иринарх Аркадьевич Стратонов. 8 февраля 1919 г. по предложению Главного управления архивным делом РСФСР он был назначен казанским уполномоченным Главархива, со 2 июля исполнял должность заведующего Губархива1. Специалист, получивший образование на историко-филологическом факультете Казанского университета2, затем профессор-историк этого университета3, И. Стратонов уже имел опыт работы с архивными источниками, понимал значение архивов в жизни общества.
В годы революции и Гражданской войны документальное наследие архивов сильно пострадало. И первые шаги, предпринятые уполномоченным И. А. Стратоновым, были направлены прежде всего на спасение и охрану архивов. Под его непосредственным руководством в феврале 1919 г. была образована Комиссия по охране и реорганизации архивного дела в губернии4. Положение архивов требовало безотлагательного внимания со стороны уполномоченного, принятия им решительных мер по сохранению документального архивного фонда. Часть архивов была заброшена, часть находилась под угрозой расхищения, в том числе Нотариальный архив и Соловецкая библиотека с ценнейшими рукописями. Благодаря И. Стратонову, удалось добиться охраны этих собраний.
Одна из основных задач, стоявших перед образовавшимся Казанским губархивом, была задача централизации архивного дела. И. Стратонов считал, что централизация архивного дела на тот момент не была первой необходимостью и не могла в должной мере осуществляться вследствие нехватки кадров, денежных средств, помещений5. Своей первоочередной задачей он определил работу по учету и спасению документов существующих архивов. Комиссия по охране и реорганизации архивного дела во главе с И. Стратоновым осмотрела архивы в Казани и губернии, находившиеся в бедственном состоянии. Так, в Тайницкой башне Кремля был найден разграбленный архив Казенной палаты. Было предложено вывезти остатки этого архива в здание Казанских высших женских курсов и приступить к его разборке и описанию. Разгромленными оказались также архивы канцелярии губернатора и духовной консистории. Почти полностью был сожжен ценный архив Архиерейского дома с рукописями XVII и XVIII вв. Комиссия побывала также в Спасской башне Кремля, где хранились копии старых метрик упраздненных духовных правлений. «…При входе в башню масса снегу, под снегом и в снегу оказались документы и печатные книги. Они были извлечены из снега и внесены вовнутрь помещения; снег, насколько возможно, руками был выброшен из башни»6 — так описаны результаты осмотра.
В своей деятельности по охране архивов И. Стратонов придерживался правила: не вывозить архивные документы, хранившиеся в удобных и надежных помещениях. К примеру, комиссия отметила утрату более 200 земельных планов архива Казанской губернской чертежной комиссии при переезде из здания присутственных мест в Кремле в дом бывшего Крестьянского банка. Были предприняты меры по сохранению для архива этого здания, удобного «не только для хранения дел, но и для работ»7.
Так описаны формы и методы работы И. Стратонова с городскими и уездными архивами: «В каждом архиве уполномоченный: 1) указывал на декрет Совета Народных Комиссаров от 1 июня 1918 г. о централизации архивного дела и необходимости хранить архивы; 2) указывал на нежелательность хранения в архивных помещениях вещей, легко доступных огню или могущих вызвать сырость; 3) вручал анкетные листы печатного образца для заполнения нужными сведениями и присылки в Управление уполномоченного»8.
И. Стратонов большое значение придавал систематизации, описанию и разборке архивов. В 1919 г. была создана Комиссия по разборке архивов9. Важную работу проводила специальная комиссия и по описанию рукописей Соловецкой библиотеки и других рукописных собраний в составе профессоров: И. А. Стратонова, И. М. Покровского, Н. М. Петровского, Н. В. Петрова, стипендиата Петроградского университета А. И. Никифорова. К разборке столбцов был приглашен архивист Московского архива С. И. Порфирьев, а для разборки и описания грамот и дел поступающих архивов XVII-XVIII вв. — научные сотрудники В. В. Овчинникова и М. С. Шашабрина. А. И. Никифоровым были описаны рукописи и старопечатные книги Свияжского Успенского монастыря и Раифской Пустыни10. Описания эти были готовы к печати. Уполномоченный, понимая важность создания специального печатного органа при Губархиве для опубликования научных трудов комиссии, ходатайствовал о выделении средств на это мероприятие.
И. Стратонов предпринял попытки по выявлению и собиранию архивных документов в волостях и деревнях. В предписаниях Клянчинскому и Черемышевскому волостным Советам указывалось на необходимость собрать у крестьян рукописи и книги, оставшиеся от разгрома библиотек землевладельцев Васильевых и Осокиных11.
В целях охраны архивов были составлены предписания учреждениям об изоляции, хранении и охране архивных документов. Главархивом велась переписка с местными органами власти по вопросу разгромленных архивов.
В декабре 1919 г. И. А. Стратонов обратил внимание Главархива на противозаконность действий ГубЧК по вывозке архива бывшего жандармского управления из помещения Казанского университета без ведома уполномоченного12. Это стало началом конфликта И. Стратонова с властью. Деятельность И. Стратонова в Обществе социологии и философии Казанского университета (1920 г.), принципиальная жизненная позиция ученого, не боявшегося открыто высказывать свои мысли о бедственном положении высшей школы, не могли остаться незамеченными органами ОГПУ. 2 августа 1922 г. он был арестован13, а затем выслан из страны.
И. Стратонов прожил 20 лет в эмиграции: сначала в Германии, а затем во Франции. В годы Второй мировой войны он участвовал в антифашистском движении Сопротивления, оказывал помощь советским пленным солдатам, снабжая их одеждой, лекарствами. Жизнь И. Стратонова оборвалась в 1942 г.: он погиб от рук гестапо в концентрационном лагере14.
Татарстанские архивисты с благодарностью вспоминают И. Стратонова как организатора архивного дела в Казанской губернии. Хотя не до конца изучена биография ученого и пока не удалось отыскать его фотографии, мы не теряем надежды и уверены в сохранении памяти о первом архивисте республики.

ПРИМЕЧАНИЯ:
1. НА РТ, ф. Р-7, оп. 1, д. 3, л. 13.
2. Там же, ф. 977, оп. Л. д., д. 34157.
3. Там же, оп. 619, д. 23, л. 442, 442 об.
4. Там же, ф. Р-7, оп. 1, д. 6, л. 1.
5. Там же, л. 3.
6. Там же, л. 2.
7. Там же.
8. Там же, д. 12, л. 3.
9. Там же, л. 35.
10. Там же, д. 6, л. 6 об., 7.
11. Там же, л. 7.
12. Там же, л. 52, 52 об.
13. Там же, ф. Р-1337, оп. 18, д. 16, л. 5.
14. Малышева С. Ю. Казанские профессора — пассажиры «философского» парохода // Культурная миссия Российского Зарубежья. История и современность. – М., 1999. – С. 53-60.

Наталья Шарангина,
заместитель директора НА РТ